Шеф с системой. Империя вкусов (СИ) - "Afael" - Страница 44

Он повернулся к помощнику:

— Нужно действовать тоньше, умнее. Ключ к ослаблению Угрюмого — его новый актив. Этот неизвестный торговец. Если убрать его с доски, расширение Угрюмого захлебнётся само собой. Без единой капли крови в открытом столкновении.

Пауза. Белозёров подошёл к столу, взял серебряный колокольчик, позвонил негромко.

В дверь почти сразу вошёл второй человек — высокий, худой, в сером плаще с капюшоном. Лицо невыразительное, забываемое. Один из людей Службы Внутреннего Порядка.

— Слушаю, глава.

— В Ремесленном квартале появился новый торговец пирожками, — сказал Белозёров ровным голосом. — Работает под покровительством Угрюмого, живёт в Слободке. Мне нужно знать о нём всё. Абсолютно всё. Кто он, откуда, чем живёт, кого боится, кого любит.

Человек в сером кивнул молча.

Белозёров медленно повернулся к нему. В его холодных серых глазах появился хищный, расчётливый блеск:

— И главное, — добавил он тихо, — найди его слабое место. У каждого человека оно есть. Всегда. Нужно только поискать достаточно внимательно.

Глава 17

Утром я тихо поднялся с матраса, чтобы не разбудить спящих детей, спустился вниз.

На кухне было холодно, печь ещё не топили. Я быстро разжёг огонь, подбросил дров, поставил воду греться в большом котле. Потом начал доставать купленные вчера припасы — мешок с мукой, мясо, капусту, морковь, яйца.

Через полчаса на кухню спустилась Варя. Молча кивнула мне, подошла к печи, проверила жар. Начала месить тесто.

Потом потянулись остальные. Работали как обычно. Быстро, слаженно. Тесто, начинка, лепка, жарка. К середине утра пирожки лежали готовые — четыре вида, тёплые, ароматные.

— Завтракать, — сказал я.

Варя разлила горячую кашу по мискам, нарезала хлеб. Пока я ел, думал о том, что расширились мы резко, а производство не оптимизировали. Во-первых, готовить продолжали мы четверо, правда сегодня пришлось привлекать помощников и то довольно долго провозились. Во-вторых, продукты…

Я допил молоко из кружки, поставил её на стол:

— Матвей, иди сюда. Давай посмотрим на закупки за последние дни, что там у нас творится.

Он достал свои записи, придвинулся ближе, устроился рядом:

— Смотри, вот тут всё расписано. Позавчера Варя купила муку у торговца Николая на Ремесленной площади. Десять фунтов отдала за шесть серебряных монет.

— Неплохая цена получается, — кивнул я одобрительно.

— Да, я тоже так подумал, но вот вчера уже я покупал, понимаешь? Пошёл к другому торговцу — к Ивану на рынке в нашем районе. Десять фунтов обошлись уже в семь серебряных. Пришлось переплатить, потому что у Николая к тому времени вся мука уже закончилась, ничего не осталось.

Я нахмурился, почувствовав неладное:

— Так это получается дороже на целый серебряный? За один и тот же объём?

— Ага, именно так и выходит, — Матвей кивнул, листая дальше свои записи. — И это ещё не всё, слушай дальше. С мясом вообще история интересная получается. Три дня назад Варя брала у мясника Григория — мясо было отличное, свежее такое, розовое, почти совсем без жил и прожилок.

— Ага, помню его. Хорошее было мясо.

— Да, но позавчера уже я покупал, а у Григория не было ничего подходящего. Пришлось идти к Семёну. Ну вроде мясо тоже нормальное было на вид, но заметно жилистее чем у Григория. Пирожки выходили не такие нежные.

Варя подошла к столу, вытирая руки о свой передник, вмешалась в разговор:

— А вчера днём я снова пошла к Григорию, думала возьму как раньше. Прихожу, а он мне сразу заявляет — цену, говорит, поднял на два медяка за каждый фунт. Просто так, без объяснений особых.

Я потёр переносицу, чувствуя как нарастает раздражение:

— Значит цены скачут туда-сюда как угорелые, и качество товара тоже скачет вместе с ними…

— Точно так, — подтвердил Матвей. — И это ещё не конец списка, дальше больше. Капуста — сегодня четыре медяка стоит, завтра уже шесть просят за точно такой же кочан. Морковь — то попадается свежая, сладкая, сочная, то вялая какая-то, как будто неделю уже лежит. Яйца вообще отдельная песня — как повезёт, понимаешь? То крупные хорошие принесут, то мелкие какие-то.

Варя скрестила руки на груди, посмотрела на меня с лёгкой обидой:

— Слушай, Александр, но мы же правда стараемся изо всех сил. Всегда выбираем лучшее из того, что вообще есть на рынке в тот момент. Неужели это не видно?

— Вижу прекрасно, Варя, — сказал я мягче. — И ценю очень. Дело совершенно не в вас с Матвеем, не подумайте. Проблема лежит совсем в другой плоскости.

Я встал из-за стола, обвёл взглядом всех собравшихся детей, которые уже позавтракали и сидели, слушая нашу беседу:

— Давайте все послушайте меня очень внимательно сейчас. У нас появилась серьёзная проблема, и её надо решать немедленно.

Все разговоры мгновенно стихли. Дети уставились на меня широко раскрытыми глазами.

— Вот в чём дело, — продолжил я, стараясь говорить просто и понятно. — Качество наших пирожков в последнее время скачет вверх-вниз, как цены на рынке. Сегодня нам попалось хорошее свежее мясо — и пирожки получаются вкусные, сочные, просто пальчики оближешь, а завтра мясо досталось жилистое, не такое — и пирожки выходят уже заметно хуже по вкусу. То же самое с мукой — то она свежая ароматная, то уже не очень. Овощи — то сочные хрустящие, то вялые безвкусные.

Петька нахмурил брови, явно не понимая в чём проблема:

— Ну так мы же стараемся каждый раз выбирать получше, разве нет?

— Конечно стараетесь, я же вижу, — перебил я его. — Но дело вообще не в старании или желании. Дело в самом подходе к закупкам, понимаешь? Мы покупаем продукты где попало, у кого попало. У разных торговцев постоянно. И каждый раз цена оказывается другая, и качество тоже другое. Вот это в корне неправильно, так дальше продолжаться не может.

Я сел обратно на лавку, посмотрел серьёзно сначала на Варю, потом на Матвея:

— А теперь подумайте вот о чём. Люди, которые покупают наши пирожки — они же не слепые и не глупые. Они всё прекрасно чувствуют. Сегодня человек купил у нас пирожок — попробовал, ему очень понравилось, вкусно. На следующий день снова покупает — а пирожок уже не такой, похуже. Что он может подумать в такой ситуации? Правильно — что нам доверять нельзя. Что сегодня ему просто повезло, а завтра запросто может не повезти совсем.

Варя медленно кивнула, на лице появилось понимание:

— Да, теперь понимаю о чём ты. Действительно проблема. И что же нам с этим делать?

— Выход один, и он совершенно очевидный, — твёрдо сказал я, вставая. — Нам срочно нужны постоянные надёжные поставщики. Понимаете о чём я? Люди, которые будут давать нам хороший качественный товар не когда придётся, а всегда. Стабильно. Мукомол, у которого мука всегда одного и того же высокого качества и продаётся по одной справедливой цене без скачков. Мясник, у которого мясо постоянно свежее и без жил. Огородник, у которого овощи всегда сочные и хорошие.

Матвей почесал затылок задумчиво:

— Звучит разумно, спору нет, но как же их найти, этих поставщиков? Где искать таких людей?

— Этим займусь я сам лично, — ответил я решительно, направляясь к двери за плащом. — Прямо сейчас пойду. Отправлюсь на главный рынок города. Буду ходить между рядами, разговаривать с людьми, расспрашивать, искать тех, кто нам подходит.

Тимка неуверенно поднял руку, как ученик на уроке:

— А что нам тогда делать? Мы тоже идём с тобой?

— Нет, вы будете работать как обычно, — сказал я, надевая плащ. — Берёте свои корзины с пирожками и идёте торговать по городу. Всё как всегда. Только Маша с Гришей остаются сегодня дома, отдыхают и готовят всем нам обед.

Дети начали собираться, поднялись из-за стола. Разбирали свои корзины с тёплыми пирожками, проверяли не порвались ли тряпицы для укрытия, разбивались на привычные пары для торговли.

— Вечером обязательно встретимся все вместе, — крикнул я им вслед. — Посчитаем сколько заработали за день!