Шеф с системой. Рецепт победы (СИ) - "Afael" - Страница 24

Ярослав остановился у окна и долго смотрел во двор крепости:

— Может, управляющий просто перестраховывается? Может, дядя действительно изменился, увидев нашу силу, наши успехи?

— Возможно, — согласился я. — Люди меняются. Особенно когда видят, что старые методы не работают.

— Именно! — Ярослав повернулся ко мне с оживлением. — Помнишь, как он говорил про старых пней? Про то, что нужно приспосабливаться к переменам? Это же логично — он понял, что будущее за новыми идеями.

Я кивнул, но сомнения не покидали меня:

— С другой стороны, его поддержка появилась очень кстати. Словно он заранее знал, что нам понадобится помощь.

— Что ты хочешь сказать?

— Что умный человек всегда думает наперед и если Всеволод действительно такой дальновидный, каким его считает Степан, то он мог просчитать развитие ситуации заранее.

Ярослав сел в кресло напротив меня:

— Алексей, ты меня пугаешь. Получается, даже добрые дела можно трактовать как злой умысел?

— Не злой умысел, а расчет, — уточнил я. — Помощь может быть искренней, а может быть — вложением в будущие отношения.

— И как же нам понять, что правда?

Я задумался. Действительно, как отличить искреннюю поддержку от хитрой игры? Особенно если игрок достаточно умен, чтобы делать все правильно.

— Наблюдать, — сказал я наконец. — Внимательно наблюдать. Если Всеволод искренен, его поведение будет последовательным. Если играет — рано или поздно проскользнет что-то, что выдаст его истинные мотивы.

— А пока что?

— А пока что мы благодарим его за помощь и продолжаем работать, но держим глаза открытыми.

Ярослав кивнул, но я видел, что внутренний конфликт его мучает. С одной стороны — искренняя благодарность дяде, который помог в трудную минуту. С другой — сомнения, посеянные человеком, которому он тоже доверял.

— Знаешь, что меня больше всего беспокоит? — сказал я.

— Что?

— Если Степан прав, и Всеволод действительно ведет какую-то игру, то мы уже в ней участвуем. Хотим мы того или нет.

Ярослав помрачнел:

— И что тогда делать?

— Играть лучше него. Быть благодарными, но не слепыми. Принимать помощь, но не становиться зависимыми от нее.

— Это сложно.

— Политика всегда сложна, но у нас есть преимущество — мы знаем о возможной опасности. Значит, можем к ней подготовиться.

Мы еще долго обсуждали ситуацию, взвешивая все «за» и «против». К концу разговора пришли к согласию: будем благодарны Всеволоду за помощь, но будем наблюдать за ним. Очень внимательно.

— Главное — не показывать, что мы что-то подозреваем, — сказал я на прощание.

— Согласен. Если он действительно играет, то лучше, чтобы он считал нас наивными союзниками.

Ярослав ушел, оставив меня наедине с тревожными мыслями. Я понимал, что вступаю в опасную игру, правила которой мне не до конца ясны. Только выбора не было — слишком много зависело от того, кто окажется прав: мудрый управляющий со своими подозрениями или благодетельный брат князя со своей помощью.

Время покажет.

Утром четвертого дня строительства я понял, что больше так продолжаться не может. Я метался между площадкой сыроварни, колбасным цехом в подвале, где созревали первые партии, и основной кухней, где требовалось готовить для всей крепости. Три фронта работы, и на каждом нужно мое личное присутствие.

— Матвей, — позвал я своего помощника, когда он принес очередную партию овощей для варки. — Подойди сюда.

Он приблизился, держа в руках кочан капусты. За последние месяцы мой ученик заметно изменился — движения стали увереннее, взгляд внимательнее. Он уже не был тем робким мальчишкой, который боялся лишний раз заговорить.

— Мне нужно с тобой серьезно поговорить, — сказал я. — О твоем будущем.

Матвей насторожился:

— Что-то не так, мастер?

— Наоборот, все правильно. Ты вырос, Матвей. Стал настоящим поваром и пора тебе взяться за собственный проект.

В его глазах мелькнул интерес смешанный со страхом:

— Собственный?

— Посмотри вокруг, — я обвел рукой кухню, где кипела привычная работа. — Наши воины здоровы, накормлены, довольны, но их привычный набор еды стоит и разнообразить, разве нет?

Матвей кивнул.

— Я поручаю тебе придумать новые блюда для обеда и ужина, — продолжил я. — Используй наши принципы: баланс, питательность, вкус. Сделай так, чтобы воины не просто наедались, а получали удовольствие от еды.

— Но мастер, — забеспокоился Матвей, — а если я не справлюсь? А если испорчу?

— Не испортишь. У тебя есть знания, есть понимание продуктов, а главное — есть я и Федот. Спрашивай совета, но решения принимай сам.

Я положил руку ему на плечо:

— Это твоя проверка, Матвей. Твоя возможность показать, чему ты научился и убедиться в том, что ты можешь.

Он выпрямился, и я увидел в его глазах решимость:

— Я не подведу, мастер.

— Знаю, а теперь иди к Федоту, обсуди с ним детали и помни — у тебя есть неделя на разработку нового первого рецепта. Федоту передай, что руководство кухней временно на нем. Я в него верю. Он кормил всех пока меня не было, так что справится.

Когда Матвей ушел, полный энтузиазма, я почувствовал странное облегчение. Впервые за долгое время у меня освободилось немного времени для себя и я решил воспользоваться этой возможностью, чтобы лучше узнать мир, в котором живу. Так что я отправился на торговую площадь.

Когда Морозовы отступили тракты снова стали проходимыми и купцы, хоть и с опаской, но смогли добираться и до нас.

Торговая площадь крепости была сердцем местной жизни. Здесь, между рядами лавок и палаток, кипела та самая повседневная деятельность, которая делает любое поселение живым. Я редко бывал здесь — обычно за некоторыми продуктами, которых не было в крепости, ходили мои помощники, а я был слишком занят, чтобы тратить время на прогулки.

Но сегодня все изменилось. Я не спешил, никуда не торопился, просто шел и наблюдал.

— Мастер Алексей! — окликнул меня знакомый голос.

Я обернулся и увидел Гордея — торговца специями, у которого мы регулярно покупали травы и специи, соответственно.

— Какими судьбами на площади? — спросил он с улыбкой. — Обычно вас только помощники видят.

— Решил прогуляться, — ответил я. — Узнать, как живет крепость.

— А живет неплохо, — Гордей указал на свой прилавок, уставленный мешочками и баночками. — Особенно после вашей последней победы. Тракты стали свободными, да еще и князь выделил людей для сопровождения. Торг пошел, как видите!

Я подошел ближе к его товарам. Здесь были не только знакомые мне местные травы, но и что-то экзотическое.

— А это что? — спросил я, указывая на маленький мешочек с темно-красными зернами.

— А, это новинка, — оживился торговец. — Перец из южных земель. Острый, как огонь, но с необычным сладковатым привкусом.

— Можно попробовать?

Гордей отсыпал несколько зерен мне на ладонь. Я раскусил одно и сразу почувствовал знакомый жар, но действительно с удивительным послевкусием.

— Интересно. А где вы это взяли?

— У купца из Византийских земель. Он говорил, что там этим перцем мясо консервируют. Долго хранится без порчи.

Консервация специями — это была интригующая идея. Я купил немного перца и попросил Гордея рассказать больше о южных землях.

Следующий час я провел, переходя от торговца к торговцу, расспрашивая их о далеких краях, о диковинных товарах, о том, как живут люди за пределами нашего княжества. Купец с тканями рассказывал о шелковых караванах из Китая. Торговец металлом делился историями о дамасской стали. Продавщица меда описывала горные пасеки, где пчелы собирают нектар с редких цветов.

— Мастер, — обратился ко мне пожилой торговец кожами, — а правда, что вы новое производство затеяли? Сыр какой-то делать будете?

— Правда, — кивнул я. — А откуда знаете?

— Так вся крепость только об этом и говорит, — усмехнулся он. — Одни радуются, что новые продукты появятся. Другие ворчат, что деньги на ветер тратим.