Шеф с системой. Рецепт победы (СИ) - "Afael" - Страница 16

— Что ты хочешь? — наконец спросил он.

— Поговорить. Как разумные люди. — Ярослав указал на вход в главный зал. — Пройдемте. Там нам никто не помешает.

Богдан колебался. Войти в свою собственную крепость как проситель было унизительно, но выбора у него не было.

— Хорошо, — процедил он сквозь зубы.

Мы прошли в главный зал — тот самый, где когда-то Богдан пировал с друзьями и принимал послов. Теперь за длинным столом сидел Ярослав, а по бокам от него расположились мы с Бориславом.

Богдан сел напротив, и я увидел, как ему тяжело дается каждое движение. Он был сломлен, но еще не сдался окончательно.

— Говори, — сказал он. — Каковы твои условия?

— Мои условия просты, — начал Ярослав. — Ты немедленно отзываешь всех своих воинов с наших земель. Прекращаешь набеги, грабежи, убийства. Подписываешь договор о вечном мире между нашими родами.

— И все? — недоверчиво переспросил Богдан.

— Не все. Ты возмещаешь ущерб, нанесенный нашим селам. Золотом, зерном, скотом. Сумма будет немалая.

Богдан стиснул зубы:

— Сколько?

Ярослав назвал цифру. Богдан побледнел — сумма была действительно огромной.

— Это разорит мой род, — сказал он.

— Не разорит, но заставит несколько лет жить скромнее, — равнодушно ответил Ярослав. — Третье условие — информация.

— Какая информация?

— О твоем союзе с Морозовыми. О их планах. И главное — о том, кто в крепости моего отца передает вам сведения.

Богдан дернулся, словно его ударили:

— Откуда ты знаешь?..

— Знаю. И ты расскажешь мне все, что знаешь сам.

Долгое молчание. Богдан смотрел в стол, борясь с собой. Наконец поднял голову:

— А если я откажусь?

— Тогда твоя семья отправится в дальние земли. Навсегда. А ты можешь попытаться взять эту крепость штурмом. Посмотрим, хватит ли у тебя людей.

— Ты… ты чудовище, — прошептал Богдан.

— Я княжич, которого осадили враги, — спокойно ответил Ярослав. — И я делаю все, чтобы защитить свою семью. Точно так же, как сейчас ты пытаешься защитить свою.

Еще одна долгая пауза. Потом Богдан медленно кивнул:

— Хорошо. Я согласен на твои условия.

— На все? — уточнил Ярослав.

— Да. Я отзову людей. Заплачу контрибуцию. Расскажу, что знаю.

— Тогда начинай, — сказал Ярослав. — С информации.

Богдан вздохнул:

— У Глеба есть человек в крепости твоего отца. Высокопоставленный. Кто именно — не знаю. Глеб держал это в тайне даже от союзников. Знаю только, что сведения приходили регулярно и были очень точными.

— Что еще?

— Планировался удар на следующей неделе. Одновременный штурм с трех сторон. Морозовы должны были атаковать главные ворота, мы — северную стену. А третий отряд…

Богдан замолчал.

— Что третий отряд?

— Должен был ударить изнутри. Кто-то из ваших людей должен был открыть потайной ход.

Меня пробрал холодок. Предательство было еще глубже, чем мы думали.

— Кто этот человек?

— Не знаю. Клянусь, не знаю. Глеб не доверял такие секреты никому.

Ярослав кивнул:

— Хорошо. Теперь о контрибуции. Когда сможешь доставить первую часть?

— Первую соберу быстро, остальное через неделю. Если дашь время собрать.

— Дам. Я не зверь, Богдан. Ты разорял мои земли, убивал моих людей. Согласись, я поступаю с тобой по-человечески. Другой бы на моем месте… — он не стал договаривать, а Богдан кивнул, понимая справедливость его слов. — Твоя семья остается у нас до тех пор, пока не будет выплачена последняя монета. Они будут жить как жили, а потом вернуться к тебе. Я гарантирую это.

Богдан сжал кулаки, но промолчал. Он понимал — торговаться больше не с чем.

— Договор я подпишу сейчас, — сказал Ярослав. — А ты подпишешь его при всех своих капитанах, чтобы никто потом не мог сказать, что ты действовал под принуждением.

— Как будто это не так, — горько усмехнулся Богдан.

— Принуждение — это когда у тебя нет выбора, — ответил Ярослав. — У тебя выбор был и ты его сделал.

Через час договор был подписан. Богдан поставил свою подпись дрожащей рукой, а потом долго смотрел на документ.

— Можно… можно я увижу их? — тихо спросил он. — Если нет, то хоть весточку от них ты можешь передать?

Ярослав достал из-за пазухи свиток — письмо, которое все же разрешил написать Варваре перед отъездом:

— Твоя жена писала. Они целы и здоровы. Наверное, уже приехали к нам. Если хочешь их увидеть — приезжай к моему отцу.

Богдан развернул письмо и прочел. По его лицу текли слезы.

— Спасибо, — прошептал он.

— Выполни все условия договора, и ты их увидишь, — сказал Ярослав. — Слово Сокола.

Богдан кивнул и поднялся со своего места. Он постарел лет на десять за эти несколько часов.

— Война окончена, — сказал он.

Потом были сборы и мы с большим караваном отправились домой.

Крепость Соколов встретила нас криками радости, которые, казалось, могли разнести каменные стены. Наш отряд входил в главные ворота под звуки рогов и барабанов, а люди высыпали из домов, чтобы своими глазами увидеть героев, вернувшихся с победой.

Но это было только начало.

Ярослав ехал впереди на своем боевом коне, коней специально выгнали к нам, чтобы мы заехали в крепость на них. Так величественнее сказал Степан и мы не стали спорить. А за ним, привязанное к седлу, волочилось по земле знамя Боровичей.

— Князь! — кричали люди. — Князь Святозар! Выходи встречать сына!

Я ехал рядом с Ярославом, чувствуя на себе восторженные взгляды жителей крепости. Эти люди не видели как мы уходила, зато увидят триумфальное возвращение.

Князь Святозар появился на ступенях главного терема в окружении своих советников и воевод. Я видел, как его лицо менялось, когда он разглядел трофейные знамена и пересчитывал вернувшихся воинов. Мы не потеряли ни одного человека.

— Отец, — сказал Ярослав, спешиваясь у самых ступеней, — я привез тебе мир с Боровичами.

— Мир? — переспросил князь, не веря своим ушам.

— Подписанный договор, — Ярослав достал из-за пазухи свиток с печатями. — Богдан Боровичский отступил. Его войска покидают наши земли. Война с ними окончена.

По толпе пронесся изумленный шепот. Люди не могли поверить — неделю назад вражеские отряды разоряли земли, а теперь их княжич подписал мир?

— Значит, согласился Богдан. Пожалел своих, — Святозар улыбнулся. — Как прошли переговоры?

— Расскажу позже, — усмехнулся Ярослав. — Но сначала позвольте представить вам первые плоды победы.

Он повернулся к воротам и подал знак и тут произошло то, что превратило триумфальное возвращение в настоящий праздник.

В ворота начал въезжать караван. Длинная вереница телег, груженных мешками с зерном, сундуками, кипами дорогих тканей. За телегами шел скот — коровы, овцы, кони. Богатство целого княжества медленно перетекало в наши владения.

— Боровичи урон компенсируют, — объявил Ярослав со смешком. — Первая часть из трех. Богдан Боровичский возмещает ущерб, нанесенный нашим землям.

Толпа замерла в немом изумлении, а потом взорвалась ликованием, которое, казалось, слышали в соседних княжествах. Люди кричали, плакали от радости, обнимали друг друга.

— Это не сон? — спросил один из стариков у своего соседа.

— Если сон, то пусть длится вечно! — ответил тот.

Князь Святозар спустился с крыльца и подошел к одной из телег. Открыл сундучков и зачерпнул горсть серебряных монет. Они звенели в его ладони, отражая солнечный свет.

— Сколько всего? — спросил он у Ярослава.

— Много. Я взял столько, чтобы нам было хорошо, но и чтобы Богдана без штанов не оставить. Худой мир все же лучше доброй ссоры.

— Все верно, Ярослав, — кивнул Святозар. — Мы не такие как они. Мы не станем оставлять людей голодать, но свое возьмем. За сожженные деревни. за смерти наших людей.

Степан Игнатьевич, управляющий, подошел к князю:

— Господин, с таким богатством мы можем отстроить все разоренные села, закупить семена на будущий год, пострадавшим семьям помочь с хозяйством.