Жгучее маленькое проклятие (ЛП) - Джессинжер Джей Ти - Страница 9

Он заметил, как я разглядываю его, и приподнял бровь.

— Что?

— У тебя что-то на подбородке, — солгала я, скрывая, как пялилась на него. Он провёл рукой по подбородку, пока я отводила взгляд, остро сознавая его близость. Его запах. Тот сильный подбородок, который я вовсе не рассматривала, ни капельки.

Мы переступили порог.

Воздух был насыщен смесью ароматов духо̀в, глинтвейна и тающего свечного воска. Стены мерцали золотистым светом от хрустальных люстр, висящих над головой. Позолоченные зеркала отражали замаскированные пары, кружащиеся на широком мраморном паркете, их смех был пленительной мелодией под звуки музыки.

Картина была великолепной и гипнотической, настолько опьяняющей в своей красоте, что я на мгновение застыла в ошеломлении, прежде чем собраться и сосредоточиться на причине нашего присутствия здесь.

— Как она выглядит? — спросила я, окидывая взглядом толпу.

— Красивая, — пробормотал в ответ Дакс.

Я взглянула на него: он пристально смотрел на меня. Его глаза пылали за чёрной маской, а затем он отвёл взгляд и прочистил горло:

— Ты узнаешь её, когда увидишь.

Смущённая его обжигающим взглядом, я покачала головой.

— Я никогда раньше не встречала её. Как я узнаю?

— Поверь мне. Ты поймёшь.

Он отошёл, оставив меня пробираться через толпу одной. Напряжённая линия его плеч выдавала сильные эмоции, которые он пытался сдержать, но я знала, что спрашивать его об этом бесполезно. Он лишь сверкнёт глазами и уклонится от ответа.

Я скользила через нагретый вихрь шёлка и бархата, перемещаясь по залу в поисках знака. Я не знала, какого именно, но, когда свернула за угол в освещённый свечами коридор, все волоски на моей шее встали дыбом, и я инстинктивно поняла, что нашла ту, кого искала.

Или, скорее, это она нашла меня.

Я остановилась и замерла в ожидании, с бешено колотящимся сердцем, с нервами, заледеневшими от внезапного холода. Воздух в комнате сдвинулся, словно сами стены выдохнули, и внезапно из теней под сенью изящных кадочных пальм возникла фигура.

Она медленно и бесшумно скользнула ко мне, неся с собой тревожное потрескивание энергии, дикую силу, намекавшую на опасность, подобно ощутимому электрическому напряжению в воздухе перед ударом молнии.

За её золотой филигранной маской были светло-серые глаза, почти бесцветные. Её старомодное платье было цвета полуночной синевы. Длинные чёрные волосы были пробиты сединой. Её губы — яркая кроваво-красная черта на бледной коже — придавали ей вид неживого существа, недавно отведавшего живой плоти.

Никогда не упускающая шанс на неловкое приветствие, я протянула руку и выдавила улыбку.

— Здравствуйте, я Петра. Вы, должно быть, мадам Леклер. Вы куда страшнее, чем я ожидала.

Вместо того чтобы пожать мою руку, она сжала её когтистыми пальцами, её ледяная хватка была на удивление сильной.

— Вау, у вас руки ледяные. Вы храните их в склепе для сохранности? — я нервно рассмеялась.

Проигнорировав это, она ответила:

— Ты носишь свою судьбу, словно не по размеру плащ, дитя. Она прилипает к тебе в одних местах и соскальзывает в других. Твоё будущее ещё не определено.

Её голос был похож на ветер, просачивающийся через замочную скважину, — тонкий и дребезжащий, но с едва уловимым наслоением, словно говорило больше одного человека одновременно.

— Эм… спасибо?

— Ты ещё не знаешь, кто ты есть, но я узнаю̀ тебя. Как и проклятие. Тебе нужно быть осторожной, дитя. Враг приближается.

Она наклонилась ближе, её голос снизился до шипения:

— Убей татуированного дьявола, пока он не убил тебя!

Отлично. Она хотела, чтобы я «анлайвила»9 Дакса. Признаю, эта мысль приходила мне в голову не раз, но сейчас дело не в этом.

— Послушайте, я уверена, вы очень расстроены тем, что случилось с вашей дочерью. Это совершенно понятно. Я бы тоже злилась. Но я не из убивающих. Разве что речь идёт о несчётном количестве тарелок с карнитас, которые я уничтожила за свою жизнь, потому что если их считать, то я — серийный убийца.

Моя легкомысленность не развеселила Селесту Леклер. Её бледные глаза впились в меня, холодные и острые, как ледорубы.

— Прошу прощения. Это было легкомысленно. Я просто пытаюсь понять, как снять проклятие, вот и всё.

— Проклятие было запечатано магией крови. И только магия крови может его открыть.

Она сказала это так, будто я должна была понять, что это значит. Словно я с отличием окончила Хогвартс. Я ждала дальнейших объяснений, но, когда их не последовало, я настаивала:

— Но что это значит конкретно? «Открыть» звучит так, словно вы говорите о каком-то ключе.

Её смешок был тихим и тревожным.

— Он есть. И ты носишь его в себе.

Она провела костлявым пальцем по синей вене, извивающейся по внутренней стороне моего предплечья, затем постучала по моей коже там, где на запястье пульсировал кровоток.

— Ладно, при всём уважении, вы слишком загадочны. Объясните мне, как трёхлетнему ребёнку. Как нам снять проклятие? Конкретно. Есть ли заклинание? Абракадабра, что-нибудь такое? Есть ритуал? Заклинание? Сомнительный нотариус, который заверяет снятие проклятий?

— Просто запомни, дитя, «один должен быть потерян, чтобы другой стал свободен». Выбор за тобой.

Вот чёрт возьми. Эти зловещие односложные фразы действительно начали действовать мне на нервы.

Я не гений, но я знала, что дать пощёчину известной могущественной медиуму — плохая идея, поэтому вежливо продолжала её расспрашивать:

— Потерян как? Как «потерялся в лесу»? «Потерялся во времени»? Или как «жертвенный агнец»? Потому что, если честно, мне пока не нравится ни один из этих вариантов.

— В сердце города, где мёртвые всё ещё заключают сделки, там ты найдёшь то, что ищешь.

Я воззрилась на нее.

— Серьёзно?

С очередным угрожающим хихиканьем она отстранилась, бросив через плечо:

— Следуй за светлячками, — и исчезла, поглощённая замаскированной толпой.

Так вот она какая, знаменитая медиум Селеста Леклер.

Могла бы спокойно прожить всю жизнь без этой долбанутой встречи.

— Вот ты где.

Когда Дакс появился рядом со мной, я подпрыгнула.

— Не подкрадывайся ко мне так!

— Что случилось?

— О, ничего. Просто подружилась с тем, что могло быть ведьмой, призраком или зомби, — я нервно рассмеялась.

— Селеста? — его взгляд стал острее.

— Ага. Она представилась. И не могла бы быть более жуткой, даже если бы старалась. Она предложила мне убить тебя.

Его выражение лица потемнело, губы сжались в свою обычную тонкую линию.

— И?

— Я сказала, что подумаю об этом. Склоняюсь к «да».

Мы обменялись кривыми улыбками. Его улыбка исчезла, когда я добавила:

— Она также сказала, что проклятие можно снять только магией крови. И, по-видимому, я храню ключ.

— Что? — он резко вдохнул, его осанка выпрямилась, словно готовясь к битве.

Кивая, я взглянула на свою руку, на то место, куда она постучала. Я умолчала, что она повторила то, что я слышала прошлой ночью во сне — о том, что «один должен быть потерян, чтобы другой стал свободен», потому что я всё ещё мысленно пережёвывала эту загадку.

— Как думаешь, что это значит?

От него исходило напряжение. Тёмные мысли клубились в его глазах. Но он упрямо молчал.

Какой сюрприз.

— Сейчас не время прикусывать язык, Солнышко. О чём бы ты ни думал, выкладывай.

— Думаю, что ты вовлечена в это куда больше, чем мы оба предполагали, — мрачно произнёс он.

Что-то в его тоне вывело меня из себя.

— Хватит быть загадочным, ладно? Ты звучишь прямо как та чудаковатая медиум. Если ты что-то знаешь, говори.

— Я просто пытаюсь защитить тебя, — стиснув челюсти, он выдавил сквозь зубы.

— Я не просила твоей защиты, я просила правды.

— Всё не так просто.

— С тобой ничего не бывает просто. Почему ты не можешь доверять мне? — возмущённая, я сверкнула на него глазами.