Жгучее маленькое проклятие (ЛП) - Джессинжер Джей Ти - Страница 11

Он кивнул, сжав челюсти.

— Она говорит о кладбище Сент-Луис № 1.

— О кладбище?

— Это не просто кладбище. Туда приходят просить об одолжениях и заключать сделки с мёртвыми. Особенно у гробницы Мари Лаво10, знаменитой королевы вуду XIX века. Там скапливаются подношения. Свечи, монеты, кресты… — его голос понизился. — Иногда кровь.

Снова кровь. У меня было очень плохое предчувствие.

Воздух вокруг нас стал холоднее. Тени на стенах вытянулись, поползли к потолку, словно змеи. Когда огонь в камине дрогнул, в воздухе повис запах гниющей плоти.

Я поднялась и оглядела комнату, но стоило мне сделать шаг, как пол ушёл из-под ног. Резкая, обжигающая боль пронзила запястье. Я ахнула, прижимая руку к груди. Дакс вскочил на ноги, повторяя моё имя.

— Нам нужно выбираться отсюда, — сказала я.

Но затем свечи на книжных полках и огонь в камине разом погасли, погрузив комнату во тьму. В тенях позолоченного зеркала над камином что-то двинулось.

Полый человек.

Он вышел из отражения, силуэт бесконечной пустоты, потрёпанный край его длинного пальто волочился по полу. Его безликое лицо было скрыто во тьме, но я почувствовала его безглазый взгляд на себе. Воздух стал невозможным на ощупь, тяжесть небытия сдавила мои лёгкие.

Он сделал медленный шаг вперёд, и книги на полках задрожали. Люстра над головой заскрипела, словно раскачиваемая призрачным ветерком.

Трупный смрад стал невыносимым.

Голосом, похожим на скрежет костяных пальцев о крышку гроба, Полый человек произнёс:

— Могила открыта. Надгробие уже высечено. Осталось лишь одно, Наследница Пепла, — жертва.

На мгновение я застыла, шок и страх обратили мои мускулы в камень. К счастью, мой характер вступил в дело и спас меня от полной трусости.

— Знаешь что? — закричала я, тыча пальцем в его жутком направлении. — Я не позволю запугать себя какому-то безликому, нежити-уроду! Можешь отправиться со своим кладбищенским смрадом… к чёрту!

— Петра, что происходит? Это он?

Напряжённый голос Дакса прорезал мою ярость. Я забыла, что он не видит то, что вижу я.

Прежде чем я успела ответить, тени в комнате обрушились внутрь, втягивая Полого человека обратно в зеркало. Он исчез, словно чернила, уходящие в слив.

Ещё одно мгновение и свечи на книжных полках, и огонь в камине дрогнули, возвращаясь к жизни.

Но холод остался. Как и удушающее присутствие.

Полый человек был всё ещё рядом.

— Петра! Говори со мной!

Я повернулась к Даксу с пульсом, стучащим в ушах.

— Нам нужно уходить. Сейчас.

Он не спорил. Схватил меня за руку и потащил к двустворчатым дверям библиотеки. Как только мы достигли их, глубокий, гулкий стук прокатился по комнате.

Мы оба замерли.

За вторым стуком последовал третий. Они были медленными, выверенными и ощущались зловещими. Словно кто-то — или что-то — ждал приглашения войти.

Мы посмотрели друг на друга.

— Думаю, нам нужно найти другой выход. — сказал Дакс.

— Блестящая идея. Как?

— Ты боишься высоты? — он взглянул на окна.

— Мы на первом этаже.

— Ты забыла про все те ступеньки, по которым мы поднимались сюда?

— Ладно, мы на втором этаже. Мы можем, пожалуйста, просто уйти?

Мы развернулись и рванули к окнам. Дакс распахнул их и посмотрел вниз.

— Нам повезло. Там решётка. Дай мне руку.

Он помог мне перебраться через подоконник и следил, как я спускаюсь, бормоча проклятия под нос, когда мои ладони царапались о шипы. Когда я достигла низа и спрыгнула на землю, Дакс быстро последовал за мной.

К тому времени, как мы вырвались на парадный газон, маскарад был в полном разгаре. Смех, огни и переливы квартета — всё казалось неправильным после того, что я только что видела и чувствовала. И обоняла тоже — тот невыносимый смрад тления.

— Нам нужна машина, — Дакс окинул взглядом улицу.

По его лицу с выражением преступника я поняла, что он задумал.

— О, фантастика. Давайте добавим угон автомобиля к нашему списку проблем.

Игнорируя меня, он схватил мою руку и повёл через толпу костюмированных гостей, бродивших по газону, пока мы не миновали каменную арку ворот и не скрылись в тенях за пределами уличных фонарей, направляясь к припаркованному у тротуара винтажному чёрному «Камаро».

— Конечно, ты выбрал самый громкий автомобиль в городе. Каждый призрак в радиусе мили услышит наше приближение, — пробормотала я.

— Нам нужна скорость, — парировал он, приседая у двери со стороны водителя. Он прищурился, заглянув в окно, затем выпрямился и ушёл в темноту. Секундами позже он вернулся, держа кирпич.

— И что ты собираешься с ним делать?

Он бросил на меня насмешливый взгляд, затем разнёс вдребезги стекло «Камаро».

Сигнализация автомобиля взвыла. Фары и задние фонари замигали. Дакс протянул руку через окно, поднял замок, распахнул дверь, забрался внутрь и наклонился над рулевой колонкой, сорвав нижнюю панель.

С противоположной стороны улицы человек в маске с рогами барана закричал:

— Эй! Это моя машина!

Люди начали двигаться в нашу сторону, я вскарабкалась на пассажирское сиденье и пригнулась.

— Приближаются.

— Почти готово, — прорычал Дакс, возясь с проводами.

Я видела, как человек в бараньей маске перешёл на бег.

— Давай быстрее, Солнышко.

С парой искр и проблеском мощности двигатель с рёвом ожил.

Мы сорвались с места, оставив маскарад позади, шины взвизгнули. Особняк уменьшился в зеркале заднего вида, его светящиеся окна были похожи на пустые глазницы черепа.

Я с облегчением выдохнула и закрыла глаза.

— Ты в порядке?

Мой смех был тихим и сухим.

— Если не считать моё выжженное запястье, исцарапанные ладони и ту безымянную штуковину, что продолжает преследовать меня? Да. Я просто замечательно. Каков план?

— Мы добираемся до кладбища. Выясняем, что скрывает гробница Мари Лаво. Затем придумываем, как остановить это, раз и навсегда.

— Ладно, но как мы это выясним?

— Мы просто выясним.

Я уставилась на него.

— Должно быть, так приятно быть столь необременённым логикой.

— Это самая пассивно-агрессивная вещь, которую я когда-либо слышал.

— Держись, Солнышко. Я только начинаю, — фыркнула я.

Я коснулась своей ноющей руки. Жжение притупилось, но тяжесть слов Полого человека до сих пор витала в воздухе.

«Могила открыта. Надгробие уже высечено. Осталось лишь одно, Наследница Пепла, — жертва».

Словно читая мои мысли, Дакс потребовал:

— Что он тебе сказал?

— Он болтал о могилах, надгробиях и жертвах. Ничего не имело смысла. Он так же загадочен, как и Селеста Леклер, — я нахмурилась, прижимая обожжённое запястье. — Но он назвал меня «Наследницей Пепла», и это прозвучало важно. Есть соображения, что это может означать?

Брови Дакса сдвинулись, его обычная развязная уверенность померкла, словно от приступа дурного предчувствия.

— Это может означать многое, но первое, что приходит на ум, — ведьмы.

Я ждала, когда накатит неверие, мой врождённый скептицизм должен был поднять голову и усмехнуться, но, видимо, к этому моменту я уже достаточно была избита сверхъестественным, поэтому приняла это как должное.

— Какие ведьмы?

— Те, что были сожжены во время печально известных охот и гонений в Европе и Америках с 1400-х по 1700-е годы.

Я поразмышляла мгновение, затем покачала головой.

— Это кажется натянутым.

— Не если учесть, что ты приёмная и не знаешь своих биологических родителей. Добавь к этому то, что сказала Селеста Леклер о том, что проклятие можно снять только магией крови, и что ты — ключ…

Он сжал руль так сильно, что его костяшки побелели.

— Возможно, та самая каплата, что наложила проклятие, была твоей предшественницей. И она была потомком тех, кого казнили поколениями ранее.

Когда я молча задумалась, Дакс продолжил:

— Подумай. Если Полый человек знает твою родословную, он говорит тебе, какое место ты занимаешь в проклятии. Он даёт тебе подсказку.