Магические притязания (ЛП) - Эндрюс Илона - Страница 28

Хммм.

Жрец-маг ждал моего ответа.

Я махнула правой рукой.

Валяй.

Жрец-маг сунул руку в маленькую сумочку, висевшую на кожаном шнуровом поясе, и швырнул что-то в меня. Объект расширился в воздухе, и камень размером с автомобиль врезался в мой оберег и отскочил.

Оберег вспыхнул багровым и выдержал.

Я зевнула.

Давай посмотрим, что еще у тебя есть.

Жрец-маг швырнул второй камень. Еще один отскок.

Я могу заниматься этим весь день, приятель.

Из-под ног жреца-мага повалил темный дым. Он отшатнулся, внезапно почувствовав неуверенность. Дым обвился вокруг его ног, как щупальца. Жрец-маг развернулся, отчаянно пытаясь освободиться. Из его уст вырывались звуки, чужие, странные слова, которые звучали как мольба.

Дым змеился к его шее. Жрец-маг уронил посох и попытался вцепиться в кольца дыма голыми руками. Пальцы проскользнули сквозь дым.

Дым рывком сбил его с ног, сковав запястья. Он заставил правую руку жреца-мага подняться, залез под мантию и оттянул руку назад, вынудив жреца-мага вытащить большой шар, который был похож на луковицу, но с толстой хрустящей кожурой.

Жрец-маг замахал руками, пытаясь вырваться.

Дым засунул шарик ему в рот.

Череп жреца-мага взорвался кровавым туманом. Обезглавленное туловище дернулось в воздухе, болтаясь, как тряпичная кукла, и сдулось, как пустой мешок, словно все органы и кости превратились в жидкость и испарились.

Дань Пендертона прошлых лет были мертвы. Все они.

Мешок из кожи, который раньше был человеком, снова надулся и взорвался, не издав ни звука. Коричневая пыль осыпалась на мой оберег. Она закружила и осела на траву ровным полукругом, удерживаемая магией крови.

— Я найду тебя. — Сила в лесу, вероятно, не могла понять меня, но мне нужно было это сказать. — Я уничтожу тебя. Тебе конец.

Лес молча наблюдал за мной.

* * *

Хор птиц пел мне серенаду как в стереосистеме, одни из леса, другие из города за моей спиной. Я не думала, что в октябре их будет так много, но вот они здесь, распевают, не заботясь ни о чем на свете.

Логика подсказывала, что они обустраивают и защищают свою территорию, поэтому, когда весной наступит сезон размножения, они будут готовы к спариванию. Они кричали: «Мое место! Мое! Держись подальше!» Но все равно это было прекрасно.

Кэрран вышел из ворот и направился ко мне.

— Вот ты где.

— Я здесь. Возможно, стоит держаться подальше от пыли. Я думаю, это то, чем они разбомбили городскую площадь.

Он остановился примерно в пятнадцати ярдах от меня.

— С тобой все будет в порядке?

— Да.

Он посмотрел на полумесяц коричневой пыли и брызги крови на траве.

— Кровавая защита?

— Ага. Они пришли вести переговоры.

— Очевидно, ты не утратила хватки.

— Это все они. Я ничего не делала. Я немного поговорила с ними, а затем их переговорщик самоликвидировался. Не добровольно.

— Как-то давно я тоже вел с тобой переговоры. Это треш.

— Хa. Хa.

— Что мне нужно, чтобы безопасно вытащить тебя оттуда?

— Сожги пыль. Если у нас получится собрать небольшой образец, это будет здорово.

— Сиди смирно. Никуда не уходи.

Мой муж такой забавный.

Десять минут спустя оборотни вышли из ворот, сопровождаемые двумя заспанными людьми. У Троя были очень длинные щипцы, которые, вероятно, достали из кузницы, и пластиковый стаканчик с крышкой. У оборотней были почти одинаковые напряженные выражения лиц. Андре и Хаким явно хотели найти ближайшую глубокую яму и заползти в нее.

Трой задержал дыхание, зажал стаканчик щипцами, зачерпнул немного пыли с травы, а затем прикрыл нос и осторожно защелкнул крышку. Он попятился, а двое сонных людей взмахнули руками и вызвали две конические струи пламени. Маги огня — современный ответ на магическую защиту.

Поджигателям потребовалось еще десять минут, чтобы полностью сжечь всю пыль. В конце концов, я оказалась в полукруге почерневшей травы.

Оборотни на всякий случай смочили обожженное место водой. Я убрала защиту и вышла.

— Рад видеть вас в безопасности, консорт, — сказал мне Килан.

— Хорошо быть в безопасности. Мне нужен тот пластиковый стаканчик.

Трой протянул его мне.

Джийнкс, которая рылась в изодранных одеждах жреца-мага, подбежала и протянула мне небольшой матерчатый мешочек, покрытый красными иероглифами. Я взвесила его. Очертания подсказали мне, что внутри находится еще одна из этих сфер. О том, чтобы открыть мешочек, не могло быть и речи. Вытаскивать камень, а затем быть раздавленным им, когда он расширяется, сегодня не входило в повестку дня.

— Благодарю.

Я взяла мешочек, и мы с Кэрраном пошли обратно к дому.

— Где ты был? — спросила я.

— Мы обошли периметр. Я хотел посмотреть, есть ли еще какие-нибудь места, откуда они могут по нам ударить.

— Я не думаю, что сложная тактика является их сильной стороной.

— Согласен. Стена — это граница. Одна сторона защищает ее, другая атакует. Красиво и просто.

Я потянулась к его руке и обхватила своей. Немного уверенности.

— Я оставил двух человек присматривать за тобой, — сказал он.

— А что насчет Римуша и Джушура?

— Джушур в трансе, медитирует. Римуш бегал с нами.

Хммм.

— Как он справился?

— Он не отставал. — Он слегка согнулся, сжимая мою руку на сгибе своей руки. — Я вернулся, мои охранники спали, а тебя не было. Я пошел по твоему запаховому следу. Как ты там оказалась?

— На самом деле довольно просто. Я что-то почувствовала. Может быть, магия вернулась, может, что-то вроде призыва к стене. Охранников не было, и один из высокоуровневых магов ждал у края.

— Значит, ты пошла одна?

— Все спали или ушли.

— Достаточно справедливо. — Он снова сжал мою руку.

— Это не вина Андре и Хакима. Это была очень сильная магия.

— Мы расставим часовых поочередно. Один на стене, другой на некотором расстоянии.

Я рассказала ему о разговоре с жрецом-магом, о разлетевшейся голове и пыли.

Кэрран улыбнулся.

— Оно обеспокоено. Оно предложило половинчатый мирный договор. Оно, вероятно, не выполнило бы его. Оно хотело выиграть время, чтобы изучить нас и подготовиться.

— Мы не отдадим им половину Пендертона. Ни одним человеком больше.

Он остановился и посмотрел на меня.

— Они мертвы. Все, кого отдали как дань, мертвы. Оно послало одного из своих людей более высокого ранга на переговоры. Маги-жрецы не носят ошейников. Они искусны и ценны, и оно убило этого человека, просто так. Будто это ничего не значило. Оно уже пробовало с камнями и ничего не добилось, но все равно отбросило человека на тот случай, если пыль проникнет за оберег.

— Человеческое жертвоприношение, — сказал Кэрран. Выражение его лица было жестким, серые глаза потемнели.

Я кивнула.

— Мне нужно поговорить с отцом.

— Иди. Мы будем удерживать оборону.

— Я постараюсь одна нога тут, другая там.

Кэрран усмехнулся.

— Ты не разговаривала с отцом три месяца. Единственное, что он любит больше разговоров — это читать лекции. Он собирается удерживать тебя там так долго, как сможет.

— Оно нападет, как только перегруппируется. Он может читать лекции сколько угодно, но я решаю, когда приходить и когда уходить. Тридцать минут.

Он кивнул.

— Ни пуха, ни пера.

Глава 8

Я открыла глаза. Я стояла на квадратной платформе высоко над землей, держа в руках пластиковый холодильник и небольшую сумку. Прекрасный дворец раскинулся передо мной, видение, нарисованное на фоне сияющего предрассветного неба из кремового мрамора и лемурийского голубого гранита. Террасы тянулись от величественных башен; балконы пронизывали изящные комнаты, поддерживаемые элегантными колоннадами; водопады низвергались с верхних этажей в каменные бассейны. Внизу река вилась к морю, ее воды текли по захватывающим дух садам, где вдоль сотен прудов и ручьев цвели цветы, а каменные беседки с мягкими шезлонгами и резными скамейками давали возможность передохнуть.