Три года взаймы (СИ) - Акулова Мария - Страница 17

Кто-то кому-то изменяет. Кто-то изменил и пришлось прощать. Кто-то разлюбил. Кто-то в кого-то влюбился. Здесь наверняка есть люди, заключившие договорные браки. Есть те, кто свое счастье построил на чужом несчастье. Увел мужа. Разбил семью. О наличии тут откровенных злодеев и говорить бессмысленно.

Заключить брак по любви и умереть в один день — это далеко не всегда сказка со счастливым концом. Это история моих трагически погибших родителей, оставивших меня в мире одну.

А между присутствующими в зале людьми — не просто чувства. Между ними связи. Денежные. Династийные. Политические. Их семьи строятся не только на любви, но ещё и на взаимных обязательствах.

Получается, мы с Андреем ни черта не исключительные?

Не знаю, кому могу задать свой вопрос. И с кем могу посоветоваться: как смириться и принять?

Рука мужа довольно интимно лежит на моем бедре. Я прижимаюсь к его боку, греясь, а ещё нагло наслаждаясь надежностью, залогом которой он для меня стал. Поднимаю взгляд к лицу.

Иногда жалею, что не дала себя поцеловать на кухне. Иногда злюсь на него, что смеет жить. Но совершенно точно не ненавижу. Внутри меня течет его кровь и бьется его сердце. Как я могу его ненавидеть?

Он красивый. Сильный. Умный. Благородный. Я на месте Валерии тоже сохла бы по своему мужу.

Я и на своем месте, если честно…

Чувствуя назойливое внимание уже своей щекой, проезжаюсь по залу, пока не встречаюсь глазами с ней.

Госпожа Златова не уводит взгляд. В нем не читается ни намека на смущение. Я не застала ее врасплох.

Валерия стоит по диагонали от нас и демонстративно оценивает меня с ног до головы.

А мне не надо оценивать её. Я всё отлично помню. Платье. Вырез до бедра. Что ей и тогда шло, и сейчас идет.

Она тянет бокал к губам и делает мелкий глоток. Дальше — адресно салютует. Мне. А я испытываю нелогичное спокойствие. Сердце не выскакивает. Ладони не мокнут.

Она обнажает передо мной свои претензии на моего мужа. А я даже немного ей сожалею.

Возможно, Валерия ждала ещё развода Андрея с Ксенией. Возможно, это я встала костью в её горле, а не наоборот. Не пойми откуда взявшаяся вдруг жена, разрушившая планы на союз двух равных. Может быть так, что у неё намного больше причин ненавидеть меня, чем у меня — ненавидеть ее.

Даже сейчас я смотрю спокойно, а она делится со мной эмоциями. Давит ими. Воюет. Вывести хочет. Я вижу.

Прекрасно понимаю, что делать это не обязательно, а может даже опасно, но позволяю себе лишнего. Интуитивно. Для неё.

Тяну руку Андрея за кисть от бедра выше. Он поддается. Широкая ладонь поднимается по шелку, собирая его гармошкой, и влитой ложится на слегка проступивший живот, очерчивая его ярче.

Мы раньше никогда так не делали и я не жду от Андрея понимания своих действий, но он не одергивает руку. Большой палец мужчины скользит в незнакомом для нас обоих поглаживающем жесте.

Накрываю его руку своей и чувствую прохладный ободок обручального кольца под пальцами. Это символ всего лишь тайного договора, но вот сейчас я на секунду верю, что мы дали друг другу больше, чем три года взаймы.

Андрей не представляет, что делает со мной своими скорее всего неосознанными поглаживаниями. Теплые губы на секунду прижимаются к моим волосам и он снова вырастает, чтобы смотреть на сцену.

А я смотрю на Валерию.

Очень внимательную суку-Валерию.

Она приподнимает бровь, я не отвожу взгляд.

Да, ты все правильно поняла.

Нежно глажу подушечками пальцев выпуклые вены-разряды на кисти и запястье Андрея.

У тебя свои намеки, у меня свои.

С прошедшим.

Глава 14

Лена

К неопределенной реальности добавляются ещё и мучительные сны. Не знаю, что стало причиной атаковавшего меня безумия, но мне через ночь, а то и чаще снится Андрей.

И было бы ничего, если бы он снился просто, но мне снится наш с ним секс. Страстный. Жадный. Чертовски реалистичный. Я ловлю оргазмы и просыпаюсь в испарине, чувствуя, как сокращаюсь и разрываю собственную грудную клетку дыханием спасшегося утопленника.

Гугл вроде бы помог мне разобраться, что это не патология. Так бывает. Гормоны, все дела.

Но легче от этого только условно.

Потому что с каждым днем мне всё больше хочется того же в реальности.

И вариантов, на самом деле, не много. Либо терпеть. Либо просить у Андрея.

Искать кого-то на стороне — мне не светит. Внутри меня его ребенок. Как я могу-то даже думать?

Да и для того, чтобы с кем-то спать, мне нужно, чтобы человек понравился. А стоит представить себя с кем-то посторонним… Кажется, от чужого запаха стошнит.

Это рядом с Андреем я в последние дни стараюсь дышать осторожно. Но если бы помогало…

После встречи с ним — снова ночь. И я снова кончаю.

Во снах меня преследуют тяжесть его тела, толчки его члена. Губы. Руки. Язык. Всё настолько правдиво, что я каждый раз верю. А просыпаюсь и пшик.

Я замучила чат Джипити вопросами, долго ли это длится, проходит ли, как токсикоз, и что можно сделать.

Вежливый проводник искусственного интеллекта в мою жизнь долго намекал, что решить проблему желания заниматься сексом можно, занявшись сексом. В итоге сдался и предложил альтернативу: дал ссылку на гламурный секс-шоп.

Сначала я разозлилась. Потом задумалась.

Потом зашла.

В конце концов, мы взрослые люди. Если не хотим усложнять друг другу жизнь лишними привязанностями, это же не значит, что должны отрицать свои желания, считая их порочными.

Живущий внутри меня сын Андрея Темирова повысил мне либидо до небес. И с этим надо что-то делать.

Преодолевая стыд и внутренние консервативные барьеры, я изучаю варианты и бросаю кое-что в корзину.

Когда просматриваю избранное — щеки горят ужасно. Судя по наполненности корзины, я планирую открыть свой маленький секс-шоп и опробовать как можно больше на себе.

Но, на самом деле, проблема немного другая: я слишком четко знаю, чего хочу. Андрея. Его член. Его губы. И мне сложно понять, что окажется ближе всего к моему мужу по ощущениям.

В теории можно было бы съездить в оффлайн-шоурум, но достаточно представить это и я уже сгораю от смущения.

Лена Темирова смелеет, конечно, но пока она готова только обозначить потенциальной конкурентке, что просто той не будет, а в секс-шоп смотаться — нет.

И пусть заказывая я делала вид, что не особенно и жду приезда посылки, но оформив оплату, как заведенная раз за разом отслеживала статус заказа. Собран. Укомплектован. Принят. Отправлен.

Магазин заботится о конфиденциальности. Поэтому когда на третий день ожидания курьер отдает мне из рук в руки коробку, я читаю на ней надпись: «игрушки».

Это очень мило.

Мы с игрушками поднимаемся в мою спальню и уже тут я с горящими ушами открываю очень красивые, я бы даже сказала эстетские, коробки. Судя по всему, даже о подобном мои представления всегда были провинциальными. А индустрия секс-игрушек — это не пошлые разноцветные дилдо, а полноценные гаджеты, которые выглядят очень привлекательно и обладают нехилыми умениями.

Я включаю устройства и пытаюсь разобраться с режимами. Только применяю для этого ладонь и пальцы. Сразу приступить к использованию по прямому назначению все же стесняюсь, хоть тело и горит.

Мне хочется настолько, что я по несколько раз в день могу принимать прохладный душ. Так и сейчас, накатывающее возбуждение сменяется стыдом и даже легкой тошнотой. Со стороны, наверное, это смотрится странно. Нимфоманка какая-то…

Качнув головой, забрасываю всё в коробку и отставляю в сторону.

Я так и не поняла, что здесь поможет мне почувствовать внутри член Андрея, но ночью попробую.

Дальше я занимаюсь своими делами, оттягивая и даже немного смакуя будущий момент своего падения в разврат. Меня весь день качает между желание отстоять перед собой же законное право кончать, когда хочется, и традиционными установками, которые были зашиты на подкорке ни для кого особенно не ценной греческой сироты-племянницы.