Гимн шута 14 (СИ) - Федотов Антон Сергеевич - Страница 46

Подумав секунду, незнакомец тут же добавил:

— Все мы ждем.

Глава 23

— Так просто? — негромко поинтересовалась Лена.

Павел ответить не успел. Его перебила Инна.

— Коллеги, — негромко произнесла она.

Удивительно, но голос девушки услышали все зрители, разом развернувшись к ней. До этого все внимания собравшихся было сосредоточенно на створках лифта, захлопнувшихся за спиной Тюфякина, таки отправившегося «на разговор» с Алексеевым в сопровождении гвардейцев.

— Благодарю, ваша помощь была неоценима, — негромко произнесла она.

Не то чтобы это было правдой. Однако нужный антураж свидетели создали. Во всяком случае, теперь «рейдеру» придется действовать хотя бы чуточку осмотрительнее. Ведь у службы имперской безопасности теперь найдется кого допросить в случае, если конфликт выйдет за рамки.

— Лучшее, что мы можем сейчас сделать, — продолжила Инна. — Это вернуться к работе. Давайте сделаем так, чтобы моему брату и деду было куда возвращаться.

Ее услышали. Вот только никто так и не сдвинулся с места.

— Так, коллеги! — хлестнул по коридору резкий голос довольно плотного мужчины в едва сходящейся на приличном «авторитете» рубашке.

«Дирекция финансового департамента.» — прочитал Павел на табличке за его спиной.

— Все за работу!

Кажется, каждому из присутствующих не хватало именно этих слов. Многие сразу же развернулись и скрылись в кабинетах. Кто-то задержался лишь на тот миг, чтобы ободряюще кивнуть Инне.

— А ты в авторитете, — серьезно оценил Волконский, едва все двери захлопнулись и в коридоре остались они одни.

— Нас могут ненавидеть, могут воевать в рамках корпоративных правил, — продолжила она. — Даже осуждать за излишнюю жестокость в управленческих решениях… Но каждый с головой на плечах прекрасно понимает, кто именно поднял компанию. Так что сторонников Коршунова тут очень немного.

Павел кивнул. И повернулся к Лене.

— Ты что-то хотела спросить? — поинтересовался он спокойно.

— Опричник, серьезно? — несколько недоверчиво поинтересовалась она.

Скорее для видимости, а не потому что не верила словам клановца.

Для нее новость, кстати, оказалась неожиданностью.

— И почему это всякие Алексеевы узнают такие новости раньше меня⁈ — демонстративно уперла руки в бока Кошкина.

Это не было правдой. Первым упомянул о присяге Павла Долгорукий во время короткого разговора несколько недель назад. Но они так и не обсудили этот момент. А Кошкиной хотелось. Очень. Вот и появился повод «подступиться»…

«Почти уже не удивляюсь…» — только и успела подумать Инна, наблюдая за тем, как старая подружка чехвостит клановца. Из Великих. А тот только стоит и улыбается. Да и все остальные… Тот же Воронцов («Сам пришел! Интересно ему, видите ли… Ну не гнать же!») нет-нет, да и косит насмешливо на приятеля, а тот…

— Ну, прости, красавица, — хмыкнул Павел негромко.

И ни грамма насмешки в его словах Тюфякина не услышала.

— Говори! — тоном сварливой супруги потребовала Лена.

При этом глаза ее смеялись. Она явно наслаждалась очередной «сценой», отыгранной по понятным только присутствующим правилам.

— Несколько месяцев назад принял присягу, — как о чем-то не слишком заслуживающем внимания спокойно заявил клановец. — Да, никто не стал обнародовать эту информацию. Да и проходит она до сих пор по «грифу». Алексеевы радеют о благе Отечества?..

— На службе государевой, — спокойно кивнул Матвей.

— Ага, — развел руками Волконский. — Такие вещи не могут долго оставаться в тайне. Да и если первые месяцы это было важно, то теперь потеряло всякий смысл.

— Да? — к удивлению Павла уточнил… Воронцов, и тут же добавил. — Мой дед тридцать пять лет «под тайной» проходил, пока ОГВ не сняли.

КЛановец кивнул.

— Ну и я не из древнего аристократического рода, — со значением протянул он. — И не специалист по особым поручениям.

Воронцов задумался. Примерно на секунду. Затем кивнул коротко:

— Понял тебя.

— А для блондинок можно? — тут же вклинилась Леночка.

Инна бросила взгляд на каштановые вьющиеся волосы подружки. Довод был так себе.

— Я отправляюсь в Красноуральск, — негромко хмыкнул Павел. — Воеводой. Официально.

Матвей кивнул каким-то своим мыслям. У Воронцова все вопросы отпали. А вот у Кошкиной нет. Да и Тюфякина слегка растерялась.

— Милая, — вздохнул Волконский. — О моем назначении объявят официально. Думаешь, у кого-то останутся сомнения?

Уточнять, что после прошлого визита в центр его будущего воеводства все заинтересованные лица уже давно все разузнали, он не стал. «Волна» пошла. И, естественно, мимо людей государевых вроде Алексеевых она пройти просто не смогла бы.

— И что ты собираешься делать? — сурово спросила Кошкина, еще на шаг подступая к клановцу.

Хлоп!

Звонкий удар ладони о ладонь заставил целительницу вздрогнуть.

— Та-а-а-а-ак… — негромко протянула она, оборачиваясь к «подруженьке».

Та только фыркнула. Мол, напугала!.. Однако уже через секунду Инна собралась.

— Никто не забыл, что Алексеев увел моего брата? — буркнула она недовольно.

Попытка скрыть волнение не удалась. Хотя она и старалась.

Волконский заинтересованно глянул на Воронцова, после чего перевел взгляд на застывшую Кошкину.

— Нет, — спокойно ответил он за всех. — Мы не забыли.

— Его могут убить! — напомнила Тюфякина, «возвращая в реальность» всех собравшихся.

Двое из оставшихся «экскурсантов» на ее слова вообще внимания не обратили.

— И зачем? — поинтересовался Павел.

Чтобы подобное произошло должны совпасть желание, возможность и мотив. Допустим, брат Инны действительно сумел взбесить Алексеева настолько, что тот воспылал желанием убить обнаглевшего «низшего». Даже в это Павел не верил. Все-таки дураки до его должностей не доживают. Порой буквально. Сволочи и подлецы попадаются регулярно. Их «чистят» на более высоких ступенях. А вот откровенных идиотов уже как-то и не встречается. Но допустим…

— Никто не забыл, что через десять минут сюда спустится патриарх Горюновых? — напомнил о пункте «возможность» Волконский. — И этот человек обязательно встретится с твоим братом. Живым или мертвым…

На этих словах Инна вздрогнула, но все так же продолжала внимать, не отводя взгляда от лица клановца.

— … Вот только что-то мне подсказывает, что господин полковник сильно расстроится если его собеседник покинет этот мир за несколько минут до встречи.

Тюфякина механически кивнула. Она все это понимало. Но все равно было страшно.

— Да и… зачем? — подобрался к пункту «мотив» клановец. — Да, Алексей неплохо потоптался на гордости Григория Романовича. Но тот тридцать пять лет уже на своем посту. Если бы он убивал каждого, кто пытался «бренчать» на его нервах, то свои давно бы уже прикопали. Просто во избежание…

— Но его могут пытать! — выдала бесспорный по ее мнению аргумент Инна.

Молодой человек вздохнул. Вообще-то он мог бы внов аппелироаь к пункту за номеом два. Вот только логичные доводы на бывшую «узницу» сейчас действовали слабо. Слишком много эмоций себе позволила.

«Придется клин клином!» — вздохнул парень.

— Могут, — спокойно кивнул он. — Даже наверняка сейчас этим и занимаются! Леночку мы зачем захватили, по-твоему⁈

Инна поперхнулась. Буквально за пару секунд обдумала услышанное… и неожиданно успокоилась. Не полностью, конечно. Но вполне начала соображать хотя бы относительно адекватно.

— Я поняла, — коротко кивнула девушка.

— Вот и отлично, — в том же тоне бросил Волконский. — А теперь покажи мне ваш кабинет.

Тюфякина приподняла бровки. В искреннем удивлении.

Павел же напротив лишь вздохнул тяжело:

— До следующего этапа полчаса, — напомнил он. — Я предпочел бы провести это время в комфорте.

Алексеев обвел взглядом небольшое помещение квадратов пятьдесят и небрежно махнул рукой в сторону кресла.