Профессор магии на полставки. Том 5 (СИ) - Сомхиев Георгий - Страница 12

Мой оппонент воспринял этот ход иначе. Должно быть решил, что я не могу контролировать эту силу. Значит теперь у него появились шансы на победу. Если лишить мага тьмы его главного козыря, то что от него останется?

Противник сам для себя сделал выводы. Его самодовольство говорило само за себя. Он смотрел на меня так, словно уже победил. И ведь не смутился даже, что меньше минуты назад валялся спиной на земле.

Мужчина снова сорвался с места, только в этот раз из его рук вылетели два мощных ветряных лезвия. Я не стал сдвигаться с места и просто заблокировал их барьером, давая противнику сократить дистанцию.

В этот раз его когти засияли маной. Он взмахнул руками и из них вырвался мощный поток ветра, на манер моего. Я рефлекторно закрыл лицо руками. Воздух сдвинул тело назад, собрав под ногами небольшую горку земли, однако сама атака никак не навредила. Она должна была меня отвлечь и не дать увернуться.

Из-за поднятой пыли он же не заметил, как я незаметно создал под ногами магический круг. Будь он воином поопытней, то почувствовал изменения в магическом фоне, а так не думая угодил в мою ловушку.

Он зашёл мне за спину и снова занёс когти для удара. В этот же момент огненные цепи вырвались из земли, обхватив конечности мужчины и причиняя тому адскую боль. Только противник даже не успел её толком почувствовать.

Одним ударом в шею я заставил его отрубиться. Цепи исчезли, и его обмякшее тело упало на землю. Сразу же за этим барьер рассеялся, и на арену поспешно забежали целители. Главный секундант же громогласно закричал:

— Победил Алексей Дмитриевич Воронов!

На трибунах аристократы восторженно зааплодировали бою. До меня доносились слова «дерзко», «нагло», элегантно', но я не особо вслушивался, что аристократы думают о бое. Вместо этого я посмотрел в ту сторону, где сидел глава рода Фроловых.

Глава 5

Внешне мужчина пытался сохранять спокойствие и невозмутимость, однако оно ему с трудом давалось. Трещины на подлокотнике, набухшая вена на лбу, злость, читаемая в глазах — всё говорило о том, что отец Елены в ярости. За этим даже было забавно наблюдать.

Что у него был за гениальный план, я мог только предполагать. Но своими действиями Борис Станиславович рыл сам себе могилу. Обвинять в слабости новоиспечённого князя, который стал наставником для его дочери…

Ладно, нет смысла гадать, что у него творится в голове. Наверняка есть детали, о которых я попросту не знаю. Раз так, то смысла об этом задумываться снова нет. Зато есть смысл его ещё сильнее позлить, и заодно толпе объяснить простую мысль.

— Магия тьмы это всего лишь один из множества моих инструментов, — сказал я, усилив звук и обращаясь к зрителям. Затем я уже обратился лично к главе рода Фроловых. — Борис Станиславович, этого достаточно, чтобы признать мою силу?

— Да, Алексей Дмитриевич, — сквозь зубы произнёс мужчина. — У нас больше нет вопросов и возражений к вашей силе.

— Вот и хорошо. Надеюсь, вы больше не будете красть моё время по пустякам, а то я могу и разозлиться, — с намёком сказал я, после чего двинулся в сторону выхода из арены.

Теперь предстояло поехать в императорский дворец. В последнее время я там появляюсь чуть ли не чаще, чем у себя дома. Забавно, учитывая, что туда пытаются попасть аристократы со всей Российской Империи.

Ладно, надо дать себе отдохнуть напоследок. Через пару дней начинается учебный год. Новичков я, конечно, скину на своих студентов, но наверняка появятся другие проблемы. Так что посмотрим.

После дуэли на арене я заметил одну интересную деталь. Всё меньше людей стали смотреть на меня с ужасом в глазах. Страх сменился уважением. Пусть и небольшим, но тем не менее — аристократы умели признавать силу. Впрочем, и тут не без нюансов.

— Непростые пошли времена, — сказал Ворон после того, как я покинул дворец и ни с кем не подрался. Даже как-то непривычно. — Столько лет магов тьмы считали злодеями, а ты взял и испортил многовековую репутацию.

— Не испортил, а исправил, — поправил я Ворона. — Да и то, это скорее дело рук принца. Что ни говори, с ним выгодно сотрудничать.

За этими разговорами я вернулся домой. Там меня как обычно, ждала гора писем. Сомневаясь, что утром у меня будет больше желания разобраться со всеми ними, я решил заняться этим сразу.

— Как же тут много предложений о помолвке… — сказал Ворон, читая содержимое. — Баронские, графские, княжеские рода — все как на подбор. О, забавно!

— Что такое? — посмотрел я на Ворона. В содержимое писем я особо не вчитывался, в отличие от фамильяра.

— Глава рода Алеевых предлагает тебе жениться на своей дочери за щедрое приданое, — насмешливо прокаркал Ворон. — Не хочешь стать родственником своему студенту?

— Делать мне больше нечего, — покачал я головой. — Ты же знаешь, я против брака по расчёту. Какие бы мне богатства ни предложили, я и сам их могу получить так или иначе. Это всего лишь вопрос времени. А любовь за деньги не купишь.

— Странно слышать это от человека, который никогда не влюблялся, — многозначительно посмотрел на меня Ворон. — Хотя ты ещё молодой. Куда тебе торопиться? С моими знаниями проживёшь даже больше, чем твой Мелетий. И выглядеть будешь огурчиком!

— Вот не надо из меня огурца делать. Мне и человеком нравится быть, — усмехнулся я в ответ на такую формулировку. — Любовь в целом вещь сложная.

— Поэтому ты не любишь поднимать эту тему? — полюбопытствовал фамильяр.

— Ну как не люблю? Скорее не вижу смысла её обсуждать, — покачал я головой и открыл очередной конверт. А вот это письмо полностью поглотило моё внимание.

'Прошу прощения, что давно не присылал вам письма. К сожалению, я был занят очень важным делом. Надеюсь, вы не держите на меня обиду и помните о нашем союзе. Так что перейду к делу.

Алексей Дмитриевич, за вами послали убийцу. Уверен, вы привыкли с ними расправляться, но этот особенный. Ни один маг ещё не ушёл от него живым. Он оружие, которое беспрекословно выполнит приказ. Даже если ради этого придётся забрать множество других невинных жизней.

Первому принцу Российской Империи грозит опасность. Когда придёт время, я надеюсь, что вы ему поможете. Его смерть станет толчком к хаосу, который так нужен сами знаете кому.

Среди ваших студентов затесался предатель. Я не могу назвать имени или фамилии, или хотя бы намекнуть, кто это. Пожалуйста, сохраняйте бдительность. Им нужна Владычица Теней. Та, что сидит в Морозовой. Он хочет заполучить её силу, пока Лидия Евгеньевна не набрала достаточную силу. Пока связь между ней и сущностью тьмы не настолько сильна.

Я очень хочу встретиться с вами, чтобы лично поговорить и всё рассказать, однако не могу. Меня уже подозревают в шпионаже. Слишком рано раскрывать себя.

Если же меня не станет… Я оставил тайник со всеми знаниями. Мой человек поделится с вами его местоположением.

Смерть страшит меня, Алексей Дмитриевич. Я чувствую, как над моей головой навис меч. Однако я должен сделать то, что считаю нужным. Надеюсь вы поступите так же, Алексей Дмитриевич.

Мы не должны позволить человечеству быть уничтоженными. Даже если придётся заплатить огромную цену.

Благодарю, если вы дочитали до этих строк. Мне нужно было выговориться. Надеюсь, когда всё это закончится, мы сможем встретиться лично и отпраздновать нашу победу.

Искренне на это надеюсь…'

На этом письмо заканчивалось. Сомневаюсь, что сам информатор верил, что сможет дожить до этого дня. Тут я мог только ему посочувствовать.

— Самопожертвование есть высший нравственный закон, — неожиданно проговорил Ворон. — Он знал, на что шёл. Любой, кто шпионит, всегда рискует собой. Это его путь. Тут не о чем сожалеть.

— Я и не спорю, — сказал я, сжигая письмо после прочтения. — Не будем рассуждать об этом. У нас теперь есть другая проблема.