"Фантастика 2025-168". Компиляция. Книги 1-34 (СИ) - "Гоблин - MeXXanik" - Страница 324

— Какой договор? Кажется, я еще не дал согласия.

Режиссер застыл. А зачем осторожно произнес:

— То есть… Как понять?

Я пожал плечами:

— Да очень просто. Кинематограф — это не мое. Никогда не хотел блистать на сцене, отыгрывая роль.

— Но… — начал было Карасиков, и в этот момент из жилого крыла выглянул Фома:

— Мы в ближайшее время по делам поедем, вашество? — уточнил слуга, вытирая руки небольшим полотенцем. — Иришке за продуктами съездить надобно.

Режиссер застыл, уставившись на Фому и открыв рот, словно бы не в состоянии подобрать слов, чтобы выразить свою мысль.

— Нет, — покачал головой я. — Можешь ехать. Если нужно, аозьми «Империал».

Фома кивнул:

— Не надо «Империал» вашество. Я Ласточку возьму. А то в торговых рядах решат, что с нас можно с три шкуры драть.

Слуга развернулся, и хотел было выйти в жилое крыло, но в этот момент стоявший неподвижно как статуя Красиков наконец ожил:

— Каков типаж! — начал он, подбегая к Фоме. — Буквально былинный богатырь, который вот-вот отправится на подвиги ратные во славу Русских земель.

Режиссер отскочил на шаг назад, сложил пальцами рамку и посмотрел сквозь нее на Фому. Затем подпрыгнул к удивленному слуге, осторожно потрогал его за бицепс.

— Вы чего? — удивленно спросил Фома, подозрительно наблюдая за режиссером.

— Даже речь такая… — восторженно произнес режиссер и пощелкал пальцами, словно подбирая слово. — Простая. Настоящий Илья Муромец! Или Микула. Молодой человек, вы не хотите сделать карьеру в кино?

Смещение фокуса внимания с меня на слугу дало мне передышку. И я начал было обдумывать, как бы выпроводить Карасикова из офиса, но в этот момент дверь снова открылась, и в приемную вошли двое. Один, высокий и широкоплечий, подошел к Карасикову, и что-то мягко приговаривая ему, повел режиссера к выходу. Фома проводил гостя удивленным взглядом, покачал головой и направился в жилое крыло. Второй же, невысокий, наголо бритый, в костюме и в очках подошел ко мне:

— Павел Филиппович, — улыбаясь, начал он. — Давайте уладим это безобразный конфликт, который произошел на съемочной площадке.

— Какой конфликт? — не понял я.

— Когда Дмитрий Владимирович оскорбил вас при актерах. Вы поймите, Карасиков уже давно тяжело хворает. У него и справка есть. Ну, снимает мастер кино, так на свои же, а не на Министерские. У каждого из нас свои увлечения. А творческие люди бывают вспыльчивы.

— Вы переживаете, что у меня имеются претензии к семье, — догадался я и мужчина согласно закивал. — Не извольте беспокоиться, я принял это за лицедейство, и подыграл режиссеру. Так что претензий к семье Карасиковых у меня нет. Заявляю это при свидетелях.

Мужчина расплылся в улыбке:

— Спасибо за понимание, Павел Филиппович. Надеюсь, по поводу сегодняшнего инцидента у вас тоже нет претензий?

Я покачал головой:

— Пока нет, — ответил я, сделав ударение на слове «пока». — Но если Дмитрий Владимирович зачастит в мой офис, претензии могут появиться.

Гость согласно кивнул, всем своим видом давая понять, что больше этого не повторится.

— До встречи, Павел Филиппович, — с улыбкой произнёс он и вышел из приемной. И едва за приказчиком закрылась входная дверь, я с облегчением вздохнул и встал с дивана и подошел к столу.

— Наконец-то.

Вытащил из шкафчика две чистые чашки и плеснул в них чай.

— А у вас всегда интересно, мастер Чехов, — задумчиво произнесла Нечаева. — Могу я полюбопытствовать, Павел Филиппович, откуда вы знаете Карасикова.

— Да познакомились не так давно, — ответил я и поставил чашки на стол. Разлил по ним чай. — Вы же сами скинули мне адрес съемочной площадки, где можно было найти Бону Виту.

— Ах, да, — рассеянно ответила Нечаева. — Но если бы я знал, что на площадке будет сам Дмитрий Владимирович — напросилась бы с вами.

— Чем он так заменит? — уточнил я.

— Что вы, Павел Филиппович. Он лучший режиссер современности. Карасиков же снимал сериал «Способы дознания». Ну, про Марью Петровну, я же советовала вам посмотреть.

— А, точно, — кивнул я, вспомнив старый разговор. — Тогда бы вам очень не понравилось.

— Почему? — удивилась Арина Родионовна.

— Потому что Митя Владимирович сказал, что я похож на дворника после запоя. А потом поспорил на рубль, что я не смогу убедительно сыграть некроманта. Пришлось прибегнуть к кое-каким фокусам.

Я развел руками, и Арина Родионовна улыбнулась:

— У вас получилось, раз мастер Карасиков прибыл в ваш офис.

Я сел в кресло и сделал глоток чая:

— Так уж вышло.

В этот момент входная дверь снова хлопнула, и в помещении появился первый посетитель. Парень робко замялся на пороге и произнес:

— Мне к Павлу Филипповичу по назначению

Он похлопал себя по карманам и достал сложенный пополам ордер:

— Вот.

— Арина Родионовна оформите посетителя, — распорядился я и направился к себе. — А затем проводите его в мой кабинет.

— Павел Филиппович, я вам точно говорю, что все это для того, чтобы мою мастерскую прибрать, — горячо возразил парень, сидевший за столом напротив меня.

Я поморщился и взглянул на посетителя, довольно отметив, что этот клиент на сегодня последний.

— Поймите, Никита, я оказываю юридические услуги, — начал я. — Консультации, представительство в суде. Защита прав и ведение дел компаний.

— Так мне и нужна защита компании, — возразил парень.

Я тяжело вздохнул. Но сил спорить не было. Сегодня министерство было щедрым на заказы, и часть посетителей пришлось перенести на завтра. Это без учета конвертов из жандармерии, которые я даже не успел вскрыть.

День выдался тяжелым. Причем часть посетителей прибыла по поводу долговых обязательств. Я отделался консультациями, сообщив, что если кредиторы будут подавать в суд, то надобно звонить мне. И взяв на заметку, что если после дела Самохвалова мы с Волковым разойдемся мирно, часть таких клиентов нужно будет перенаправить ему.

Сегодня мне пришлось вспомнить почти весь курс права. И очень надеялся, что мое имя послужит гарантией защиты нарушенных прав клиентов, и все сегодняшние дела обойдутся консультациями.

Парень пришел ко мне уже вечером. И был он без ордера. Но очень просил принять его именно сегодня. Я вежливо пригласил его сесть за стол и изложить суть дела. И парень изложил. Да так, что окончательно поставил меня в тупик.

Из рассказа выходило, что три брата открыли мастерские. Старший выпиливал поделки из дерева, средний с женой плел соломенных кукол. А младший, Никита, занялся резьбой по камню. Спустя какое-то время, мастерские стали приносить хорошую прибыль, и заинтересовали неких лихих людей.

Первым письмо получил старший брат. Ему предлагали либо платить за охрану, либо случится лихое. Парень отнес письмо в жандармерию и продолжил работать. И через несколько дней его мастерская сгорела дотла.

Через пару дней такое же письмо пришло среднему брату. Тот нанял охрану и застраховал помещения, но это не спасло. Дружинники были обезврежены, мастерская и лавка сгорели, а брат теперь судится со страховой компанией.

И вот сегодня, письмо пришло младшему Никите. И он решил прийти ко мне за защитой.

— Мастер Никита, — повторил я. — Я не оказываю охранные услуги. Вам нужно в частную дружину или жандармерию.

— Да не берется меня охранять ни одна дружина! — возразил парень. — Я всех сегодня обзвонил. А жандармы пока дело заведут, я мастерской лишусь. А это дело всей моей жизни. Поймите, Павел Филиппович.

— К сожалению, у меня не было опыта борьбы с лихими людьми.

— Да вам и не надо. Весь город знает, как ловко вы с монархистами разобрались. И что среди «Сынов» у вас знакомые.

— Ладно, — смирился я. — Давайте так. Сейчас мы подпишем договор о найме меня консультантом вашей мастерской. Сроком на три месяца и с правом продления договора. А завтра вы назначите встречу этим людям, чтобы обсудить детали. Согласны?