"Фантастика 2025-168". Компиляция. Книги 1-34 (СИ) - "Гоблин - MeXXanik" - Страница 319

— Молодой парень, отпрыск владельца лавки, которая торгует запчастями для авто, — подсказал я.

— Мастер Чехов, на территории «Сынов» всего две такие лавки, — ответил Гордей. — И ни одна из них не принадлежит Семенову. К тому же я знаю, про какую семью идет речь. Уверяю, в нашей организации нет ни одного из четырех братьев.

— Вот как? — удивленно пробормотал я, начиная понимать, к чему были угрозы цирюльнику. — Спасибо, мастер Петров.

— Да не за что, Павел Филиппович, — растерянно ответил парень. — Надеюсь, я вам помог. И если могу чем-то еще быть полезен…

— Даже не представляете, как вы меня выручили, мастер Гордей. Эта информация очень кстати. Всего хорошего, — ответил я и отменил вызов. Убрал телефон в карман и довольно улыбнулся.

Фома вырулил на нужную улицу и вскоре остановился на небольшой парковке. Отчего-то мрачно взглянул на торец здания, где на табличке виднелось указание улицы и номер дома.

— Адрес верный, — пробормотал слуга и добавил. — Чудно совпало, вашество.

— Ты о чем? — насторжился я.

— Это та самая лавка, где я омывайку купил, — ответил Фома и грозно нахмурил брови. — Ну сейчас я им покажу, как травить честных людей.

Он хотел было выйти из машины, и по настрою слуги я понял, что тот задумал.

— Погоди, — остановил я его. — Насилие — это не выход.

— Да никто из них из лавки этой не выйдет, вашество. Не извольте беспокоится. Я буду их бить аккуратно, но сильно, — предвкушающе усмехнулся парень.

— Так они урок не усвоят.

— Значит, опосля повторить надо будет.

— Я не об этом, — терпеливо продолжил я увещевать парня.

— Ага, — хмуро произнес Фома. — Что же тогда высокорожденные отвешивают друг другу тумаки, вашество?

— Если ты про дуэль, это тоже не метод перевоспитания обидчика, — спокойно ответил я. — Это способ защитить свою честь, один из инструментов отбора и отсев слабых и самоуверенных, возможность показать, что семья еще может дать отпор, но никак не метод перевоспитания.

— И что вы предлагаете, вашество? — уточнил Фома, с грустью глядя на вывеску лавки. — Оставить это дело просто так? Или подать на лавку в суд из-за бутылки омывайки?

— Подать в суд — идея хорошая. Как и жалоба в ИмперПотребНадзор, — одобрил я. — Потому что товар должен отвечать критериям качества и быть безопасным для потребителя. А тебе продали какое-то химическое оружие. Если жалобу не подать, лавка и дальше будет травить доверчивых покупателей, пока не распродаст партию. Не станет же лавочник работать себе в убыток? Но сейчас у меня есть идея получше.

— Это какая? — с интересом уточнил Фома.

Я щелкнул пальцами, призывая тотем. Активировал «Фонарь Харона» и дотянулся до лавки. Довольно улыбнулся, почуяв в здании всполошившегося призрака. Немного напитал его силой, а затем убрал «Фонарь» и отменил тотем. Открыл дверь и вышел из авто:

— Идем. И ты все узнаешь.

Фома вышел из «Империала» и направился следом за мной. Я прошел к дому, потянул на себя скрипнувшую дверь и вошел в помещение. Звякнул закрепленный над входом колокольчик, оповещая торговца, что в лавку прибыл покупатель. А через мгновение из подсобки вышел парень лет двадцати пяти с пшеничной копной волос и широким лицом, покрытым частыми веснушками. На скуле виднелась длинная царапина, которая казалась не такой уж и старой. Парень окинул меня цепким взглядом, и тут же расплылся в довольной улыбке, явно оценив мой дорогой костюм и обувь:

— Добрый вечер, мастер, — начал он, застегивая жилетку из зеленого сукна. — Чем могу вам помочь?

Я также быстро осмотрелся, отмечая истертую краску на полу, сбитые углы прилавка, просевшую потолочную балку и выцветшие обои. Лавка переживала не самые лучшие свои времена. Хотя у продавца под закатанными рукавами были довольно приличные часы. Вот только ремешок был неподходящим из толстой кожи плохой выделки. Быть может, вещица была куплена в ломбарде, а вот другой вариант был менее безобидным.

— Добрый вечер, — я прошел к прилавку и облокотился о него — Меня зовут адвокат Павел Филиппович Чехов. Я приехал сюда не случайно. У меня есть к два важных вопроса к владельцу лавки. Во-первых, тут продали моему помощнику флакон жидкостью для омывания стекол. Мой слуга приехал на красной отечественной машине. С очень приметной наклейкой на крыле. Быть может, вы ее помните. Простая, бюджетная машина, на которой обычно катаются жители рабочих кварталов.

Я выжидательно посмотрел на лавочника. Но тот только покачал головой:

— Простите, мастер, не припомню. У нас очень много клиентов.

Я понимал, что парень лукавит. И был уверен, что он запомнил и здоровяка Фому и непривычную для этих мест машину. Но невозмутимо продолжил:

— Мой помощник хотел купить дорогую жидкость, которую обычно заливает водитель нашей семьи. Вы продали ему бутылку с такой же этикеткой, но жидкость оказалась подделкой. Нам повезло, что залить эту жижу сразу в «Империал» мастер Питерский не решился. Он опробовал ее на своей Ласточке. Повезло, — я сделал акцент на этом слове, — ведь в простой машинке были открыты окна, нет кондиционера и кожаного салона. Потому вонь не осталась в салоне, а большая ее часть вышла через открытые окна. Будь мы в «Империале» — могла случиться беда. Мог пострадать и мой помощник и я сам.

Парень взглянул на меня уже по-другому. Снисходительная улыбка исчезла, а на лице проступила настороженность.

— Могу предположить, что вас обманул поставщик, — спокойно продолжил я. — Так что искренне советую разорвать с ним договор. И вернуть ему оставшуюся партию подделок.

— А сама бутылка у вас осталась? — хитро прищурился вдруг продавец. — А чек?

— Вы мне не дали чека, — насупился стоявший за моей спиной слуга. — Сказали, что на расходники квитанция не положена. А я торопился и не стал спорить.

— Вы пытаетесь нас оклеветать, — возразил продавец. — Мы всегда даем покупателю чек. И закон не нарушаем.

— Может все-таки вмазать ему разок, вашество? — с надеждой уточнил Фома. — А легонько ему голову поправлю. Враз вспомнит…

Парень побледнел и гулко сглотнул. Видимо, он воочию представил, как Питерский «легонько» правит ему голову.

— Да Искупитель с ней, с жидкостью, — беззаботно махнул рукой я. — Я же не говорил что хочу, чтобы вы компенсировали мне стоимость товара. У меня и самого товара нет, чтобы сдать его. Да и чека, как вы правильно подметили. Просто порекомендовал вам, как сделать так, чтобы обойтись без убытков и штрафов. Хотя признаться, я все же озабочусь и брошу по городу клич. Думаю, что Фома не один, кому вы продали эту самую жижу. Предложу всем пострадавшим помощь.

— Какую? — пискнул парень.

— Благотворительную, — медленно выговорил я слово, подозревая, что продавец его может не знать.

— Дармовую, — перевел Питерский с мстительной усмешкой.

Я кивнул и продолжил:

— И если покупатели вашего магазина придут с жалобами — с радостью буду представлять их интересы в суде и ИмперПотребНадзоре.

— Так… это ж…

— Но я прибыл совсем по другому делу, — тут же отмахнулся я. — И мне нужно поговорить с владельцем магазина.

— По поводу чего? — уточнил парень, который уже не ждал ничего хорошего.

— В мой офис попало дело об обвинении цирюльника. И я буду защищать его в суде. По распределению, — спокойно ответил я.

Услышав информацию о том, что я буду представлять Рахмата в суде, парень побледнел. Веснушки на его коже стали еще заметнее. А когда он снял трубку стоявшего на прилавке стационарного телефона и принялся быстро крутить диск, набирая номер, я заметил, что его руки едва заметно тряслись.

Терпеливо подождал, пока парень свяжется с Семеновым, и когда продавец положил трубку на рычаги, поинтересовался:

— Как скоро он прибудет?

— Батя будет через пять минут, — ответил продавец, и я кивнул.

— Хорошо. Подожду его в вашей лавке, если вы не против.

Отошел от прилавка, осматривая стенды с ассортиментом. И отметил, что выбор товаров был невелик. Часть полок пустовали, а многие наборы для ремонта были произведены в соседней азиатской Империи. И вполне возможно, были ввезены в страну контрабандой.