Двадцать невымышленных историй - Глазов Григорий Соломонович - Страница 70

А у вас, во Львове, огни, и в общежитии играет, наверное, музыка. Я вижу, как ты сидишь за своими формулами, готовишься к последнему экзамену.

Но я верю, Ванечка, наступит Новый год и ты оставишь огни, музыку и приедешь ко мне, в нашу тихую школу на краю села. Приедешь на первой попавшейся попутной машине, и тебе не помешает ни снег, ни ветер.

Приезжай, мой Ванечка!»

Оля слушала, а в ушах её всё ещё приятно звенела знакомая музыка – «Танец маленьких лебедей», и снежинки, как белые лебеди, кружились вокруг фонаря. Ей вдруг стало очень скучно. Она поднялась со скамейки, дёрнула подругу за рукав:

– Пойдем, положим письма обратно, в клеточку на букву «З», – попросила она.

– Ой, что ты! – испугалась Люба. – Ещё поймают. Да и темно уже, пора домой. Завела меня на какую-то Учительскую улицу. Знаешь, теперь мне от мамы влетит. Ведь и задачка ещё не решена. Откуда я знаю, как её решать? На вот, забери своё письмо про корову. Деда Мороза тебе отдаю, не жалею. А это письмо с ромашками я себе возьму...

Выбравшись из тихого, задумчивого парка, девушки медленно побрели домой, толкая прохожих. Они шли, не глядя в лица друг другу.

Как нужна им была чья-то твёрдая рука, которая бы властно вернула их обратно на Учительскую улицу и заставила положить обратно чужие письма!

Дома Люба, как ни в чём не бывало, села решать задачку на своем любимом месте в кухне за столом. Мать, чтобы не мешать ей, повела младших детей в комнату.

В это время в общежитии на Учительской улице хлопнула входная дверь, в вестибюль ввалилась шумная и весёлая компания ребят. Они теперь приходили в общежитие поздно: после лекций в институте сразу же спешили на практику на завод.

Поприветствовав тётю Марию, они все бросились к ящику с письмами, заглянули в «клеточки» с буквами, забрали почту. Только один чернобровый парень долго перебирал тоненькую пачку писем из «клеточки» на букву «З» и всё не решался положить её обратно.

– Нет тебе, Ванечка, сегодня ничего. Нет, – покачала головой тётя Мария, – Иди, готовь лекции, завтра письмо будет.

...Задачка никак не решалась. Люба уже вырвала из тетради весь исписанный цифрами лист бумаги, заново переписала условие задачки, однако это не помогло. Пухлые губы её дрожали, и она уже, было, хотела заплакать, но вдруг вспомнила о письме. Вытащила его из конверта, снова перечитала, потом вырвала из тетради чистый листок бумаги и старательно вывела:

«Добрый день, Ванечка! Сообщаю тебе, что я решила изменить свой почерк. И фамилию тоже меняю. На Новый год я выхожу замуж. Если хочешь гулять на моей свадьбе, приезжай через поля, через снега. Жду ответа, как соловей лета.»

Она вложила этот листочек в конверт, залепила его, потом посидела на нём минуты две и вложила в портфель. А письмо Ивану сожгла на газовой плите. Бумага вспыхнула ярким пламенем, которое быстро уничтожало ровные строки. Вот огонь прижёг ей пальцы, она бросила остатки письма на плиту и видела, как пламя поглотило последние слова: «Приезжай, мой Ванечка!»

«Всё!» – вздохнула Люба с облегчением, – «Теперь никто не узнает, а Оля не выдаст. Она и сама письмо взяла.»

Приближается Новый год. Скоро начнутся зимние каникулы. Будет ёлка в школе, и во Дворце пионеров, и дома тоже. Как интересно жить на свете! И ещё у Оли сразу прибавилось двенадцать рублей: отец дал на подарок ей и Ирке. Ничего, Ирка не узнает. Один год можно и без подарка пережить. А то можно сказать маме, что деньги... потерялись, она пожалеет и даст снова.

Оля, подпрыгивая, выбежала на улицу. Наконец-то у неё будет сумочка! Как вихрь, она влетела к Любе. Та, как всегда, сидела у окна, склонив над вышиванием гладко причёсанную русую голову.

– Одевайся скорее! – закричала Оля. Косички с голубыми бантами запрыгали у неё за плечами... – Вот смотри! – она разжала ладонь, в которой была пачка денег – целых сорок рублей уже!

– Опять у мамы взяла?

– Нет, папа сам дал, на подарки! Пойдём скорее!

И вот они бегут по шумному предпраздничному городу, где течёт бесконечный людской поток, где безостановочно хлопают двери магазинов и люди покупают, покупают, покупают.

Оля волнуется. Неужели продали? Неужели нет там, в витрине магазина, её давней мечты – сумочки с серебряным замочком за 37 рублей 60 копеек?

Сверкают витрины универмага – одна, вторая, третья... Девочки не останавливаются даже возле диковинного аиста, который держит в клюве плетёную корзину с конфетами.

– Вот она, никто не купил! – облегчённый вздох вырвался из Олиной груди. Девочки зашли в магазин важно, как настоящие покупатели.

– Тётя, мы хотим купить сумочку, вот ту синенькую, что висит в витрине, – вежливо попросила Люба.

Продавщица, занятая с другими покупателями, скользнула по девочкам равнодушным взглядом и мимоходом ответила:

– Это дорогая сумочка, у вас денег не хватит.

– Хватит, – прозвенел серебряный Олин голосок, – Вот смотрите: целых сорок четыре рубля!

Люди, стоявшие кругом, рассмеялись.

– Дайте уже им сумочку, – сказала пожилая дама в чернобурке, – наверное, для матери новогодний подарок покупают.

И вот, наконец, мечта в её руках. Оля несколько раз щелкнула серебряным замочком, деньги, оставшиеся от покупки, положила в кошелёк внутри сумочки и великодушно предложила:

– На, Люба, поноси! Будто ты – почтенная дама, а я твоя домработница и ты меня всё время ругаешь...

Девочки, не торопясь, вышли на улицу. И хотя ранние сумерки уже окутывали и разрисованные серебром деревья, и бронзового Адама Мицкевича в снежной шапке, домой идти ещё не хотелось. Слишком много интересного было вокруг. Девочки постояли возле ёлки, которую устанавливали рабочие на проспекте имени Ленина, потом забрели в книжный магазин.

Сколько книг! Сказки, приключения, стихи Маршака. Девочки стояли, будто завороженные, у прилавка и раскрывали то одну, то другую книгу. Особенно нравились им сказки.

– Давай купим, – предложила Оля, – и мне, и тебе тоже.

– Мне вот эту, – быстро схватила Люба книжки.

– Тётя, возьмите деньги! – громко сказала Оля, важно вынимая из сумочки рубли.

Но продавщицы не было.

– Какая невнимательная, – разгневалась Оля, – а ещё книжками торгует. Вот возьмём и пойдём. Будет знать.

– Пойдём, Любка, – Оля озорно посмотрела на подругу.

– Пойдём! Только надо тихонько, – прошептала Люба. Она спрятала книжку под пальто и быстро шмыгнула за дверь.

Улыбка исчезла с Олиного лица.

– Любка, куда же ты? – растерянно крикнула Оля и выбежала за ней.

Людской поток вынес девочек из магазина, они оказались на улице. У каждой в руках было по книжке с яркими картинками на обложке.

– Пойдём в другой магазин, – таинственно предложила Люба, – Получается, так можно много книг набрать, на все каникулы читать хватит. На, возьми свою сумочку, она мне мешает.

Возле лотка, прикрытого прозрачной клеёнкой, седой бородатый продавец торговал книгами, которые только что поступили в продажу. Здесь был приключенческий роман «Наследник из Калькутты». Толстая книга в яркой оранжевой обложке с золотистой отделкой привлекла внимание покупателей, они плотным кольцом окружили лоток, со всех сторон протягивали деньги.

Девочки протиснулись с другой стороны лотка, спокойно взяли по книжечке и пошли. Никто не остановил их, никто не обратил внимания, у каждого было своё пристальное дело... Только длинноволосый парень пренебрежительно взглянул в их сторону и буркнул:

– Ах, вертихвостки! Маленькие, а тоже лезут.

Вскоре в руках у Оли и Любы оказалось ещё две книжки, потом четыре цветных открытки, и всё это без всяких трудностей и совсем без денег. Глаза девушек разгорелись.

– Как интересно! – прошептала Люба, – Я и не знала, что все они такие зеваки. Завтра ещё пойдем. Хорошо?

Оля кивнула головой.

– Хорошо, только зайдем ещё сюда.