Дом Холлоу - Сазерленд Кристал - Страница 45

Девочка протянула руку и погладила брата по щеке, оставляя грязный след на его опухшей скуле. Кажется, в ее мертвых глазах мелькнуло узнавание, сменившееся печалью. Больше ничего и не требовалось. Тайлер схватил ее в охапку и прижал к груди, как младенца.

– Что ты делаешь? – прошептала я, когда мы вернулись в воду и направились к следующему указателю.

– Я забираю ее с собой.

– Ты не можешь забрать ее домой.

– Почему нет? – вскинулся он. – Вы же вернулись назад. Ты же вернула своих сестер, почему я не могу вернуть свою?

– Потому что… она умерла, – мягко проговорила я. – Роузи мертва. Она не может вернуться назад.

– Ты сказала: ее не будет здесь! – закричал он. – Ты сказала: у нее не будет причин застрять здесь! Так почему она здесь, Айрис? Почему ты мне солгала?

– Я думала… что она слишком маленькая. Какие неоконченные дела могут быть у ребенка?

– Однажды я уже потерял ее. Второй раз я этого не допущу, – прошептал Тайлер и двинулся вперед через воду и туман. Сестренка впилась в него, словно насекомое.

Через несколько мгновений я услышала его голос.

– Я кое-что вижу! – прокричал он.

Впереди показался еще один дом. Каменное строение без крыши, возведенное на острове. Как и все в междумирье, он был заброшенным, полуразрушенным, заросшим цветами. Окна разбиты. Часть стекол лежала рядом в воде. В одном из уголков сада был установлен старый могильный камень.

К куску искореженного металла, некогда представлявшего собой входные ворота, был привязан клочок красной ткани, оторванный от моего пальто.

Вокруг все еще стояли сумерки. Если бы не удушливый запах и тысячи тел, плавающие в болотах, место могло бы показаться красивым. Мы долго стояли в тишине, разглядывая его, а затем решили обойти строение вокруг, заглядывая в окна в поисках признаков присутствия хозяев. Но дом оказался пуст. В неясном полусвете мы не обнаружили ни одной фигуры.

Стоя в воде, я вытащила дневник и несколько рисунков, которые мы с Виви спасли из сгоревшей квартиры Грей. Тогда я знала о нашей истории гораздо меньше. Перелистнув страницы, я нашла изображение обветшалого дома с разбитыми окнами, полуразрушенными каменными стенами и клочком клетчатой ткани, привязанным к главным воротам.

Это был тот самый дом, перед которым мы с Тайлером сейчас стояли.

Значит, мы уже были здесь. А Грей возвращалась и нарисовала это место.

Что бы ни случилось с нами в детстве, это произошло здесь.

– Я войду – нужно убедиться, что там безопасно.

– Хочешь, чтобы я… – начал Тайлер, но я оборвала его на полуслове.

– Нет. Хочу сделать это одна.

Мы вместе подошли к дому и выбрались из болота на сушу. Тайлер опустил Роузи на ковер белых цветов, где она и расположилась, скрестив ноги в той же самой позе, в которой мы ее нашли. Глаза девочки оставались безжизненными.

– Позови меня, если потребуется помощь, – сказал он, устраиваясь рядом с сестрой.

Я попыталась выровнять дыхание. Желудок сжимался от страха – словно я вдруг оказалась в фильме ужасов.

В доме, если его еще можно было так назвать, оказалось совсем немного вещей. Одна большая комната с треснутой глиняной посудой, собранной в одном месте, и сломанной деревянной мебелью, расставленной без всякого плана. Я застыла в ожидании потока воспоминаний. Здесь, в этой куче рваных одеял, мы, должно быть, сворачивались вместе, прячась в убежище вдалеке от дома. Возможно, у этого камина мы грели руки и мечтали вернуться к родителям.

Я провела много лет, стараясь не думать о том, что произошло с моими сестрами в этой самой комнате. О том, что нас изменило. Из-за чего мы вернулись домой с потемневшими глазами и шрамами между ключиц.

Я опустилась на колени у очага и протянула руку, словно хотела согреться. Темноволосые дети в разноцветных пальто, сидящие у огня… Да, пожалуй, так и было. Я смела пепел и мусор с камней очага. На них обнаружились капли застывшей крови. Не просто капли – целые лужи, словно здесь лежало раненое животное и вся его жизненная сила вытекла на пол.

Я вытащила из лифчика нож Грей и достала его из чехла. Сестру нашли с ножом в руке. На рукоятке никаких отпечатков, кроме ее собственных. Да, так все и было. «Она способна на любые, самые ужасные, вещи, лишь бы спасти вас. Она перейдет любую черту и принесет в жертву любого» – так сказала Агнес.

Я двинулась по следам крови на полу. От них остались лишь блеклые пятна… И вдруг увидела нечто нездешнее. Клочок бордового меха, зацепившийся за гвоздь, вбитый в одну из досок пола. Я легонько потянула, и он оказался у меня в руке. Покатала его между пальцами. На ощупь он был синтетическим. Кусочек пальто из искусственного меха, которое было на Грей в ночь нашего исчезновения.

Гвоздь, за который зацепилось пальто, торчал кверху, словно зуб младенца. Я вытащила его пальцами и подцепила доску ножом Грей. Под полом оказалась глубокая темная дыра. Я опустила в нее руку по локоть, но не почувствовала ничего, кроме прикосновения прохладного воздуха. Представив, что кто-нибудь может вцепиться зубами в мою руку, я резко ее отдернула. Затем с опаской снова опустила ее вниз, в этот раз по плечо. Мои пальцы наткнулись на что-то пушистое. Я вскрикнула и отпрянула от дыры. Никакого движения. Из нее никто не появился.

– Все в порядке? – крикнул Тайлер снаружи.

– Да, – отозвалась я, – похоже, я что-то нашла.

Я снова опустила руку в дыру, сжала вещицу пальцами и потянула. В руках у меня оказалась маленькая куртка из искусственного меха винного цвета. Затем я извлекла на свет зеленое твидовое пальтишко и то, что осталось от моего клетчатого красного одеяния с золотыми пуговицами. Все три вещи были покрыты запекшейся кровью. Ее было слишком много. Она пропитала ткань и с годами потемнела.

Полиция тогда так и не нашла нашу одежду, несмотря на все усилия.

Я держала старые пальто в руках, словно детей, и снова искала в своем сознании воспоминания, которые объяснили бы мне, что произошло.

В этом месте с нами случилось нечто ужасное… И кто-то пытался скрыть это.

Грей с ножом в руке. С кончика капает кровь.

Грей, нахмурившись, аккуратно зашивает рану у основания моей шеи.

Грей держит меня за руку и ведет по лесу к двери.

Грей убирает прядь волос мне за ухо на морозной улице Эдинбурга, наклоняется и шепчет: «Забудь обо всем».

Забудь обо всем.

Забыть о чем?

Забыть о чем, о чем, о чем?!

Мой разум вновь и вновь погружался в темную глубину угасших воспоминаний и возвращался каждый раз ни с чем.

Я встала, все еще держа в руках окровавленную детскую одежду, и направилась к выходу. Роузи была на том же месте, где мы ее оставили, а вот Тайлер со странным выражением лица опустился на колени перед могильной плитой.

– Думаю, тебе нужно это увидеть, – сказал он.

Я подошла к нему и остановилась перед камнем, установленным сбоку от дома. Ножом Грей соскоблила с него лишайник и трупные цветы, разросшиеся поверх имен. Впрочем, я уже догадалась, что там обнаружу.

Первое имя, нацарапанное на камне, – Грей.

– Нет! – вскрикнула я, остервенело счищая зелень. – Нет!

Под первым именем значилось второе – Виви.

Я попятилась по грязному двору, издавая тихий стон, который рождался где-то глубоко внутри. Все это напоминало ночной кошмар, от которого я никак не могла очнуться.

– Слишком поздно, – зарыдала я, – мы опоздали.

– Но это же какая-то бессмыслица, – произнес Тайлер. – Камень старый, а мы здесь не больше суток.

– Время здесь движется по-другому. Должно быть… мы как-то упустили их.

Тайлер нахмурился и наклонился, чтобы счистить с камня остатки зелени. Там, под именами моих сестер, было нацарапано третье, которое я сразу не заметила.

Айрис.

– Что ж, если ты, к моему удивлению, не очень реалистичный призрак, здесь какая-то ошибка, – произнес Тайлер.

Я подползла к плите и начала копать почву голыми руками.