Дом Холлоу - Сазерленд Кристал - Страница 23

– Мне нужно выпить, – заявил Тайлер Янг и, не дожидаясь приглашения, вошел внутрь, отодвинув меня в сторону.

– Конечно, входи, незнакомый парень, которого я видела всего один раз, – проговорила я ему вслед, но Тайлер уже нашел кухню. Там вовсю хлопали дверцы шкафов и билась посуда. Пришлось закрыть дверь и последовать за ним.

– То, что ты ищешь, – над холодильником, – сказала я, скрестив руки на груди и наблюдая за ним.

Сегодня он выглядел несколько потрепанным: темные волосы падали на лоб, а облегающие джинсы порвались на коленях. И все же он был хорош. Даже на фоне кухонной мебели в лондонском пригороде от Тайлера Янга исходила волнующая энергия, словно от дикого пирата… Сходство усиливалось благодаря его подведенным темным глазам, свободной рубашке в цветочек и леопардовому тренчу от дома Холлоу, наброшенному на татуированные плечи. Он был высок, грациозен и невероятно привлекателен.

Он нашел шкафчик с выпивкой, достал бутылку джина и сделал солидный глоток прямо из бутылки.

– Очаровательно, – прокомментировала я.

– Твоя сестра просто издевается надо мной. Я точно это знаю, – заявил Тайлер, меряя шагами кухню с бутылкой джина наперевес.

– О чем ты вообще?

– Это все не по-настоящему. Эта история сводит меня с ума. А она этого и добивалась. – Парень сделал еще один большой глоток, затем остановился. Взгляд его блуждал из стороны в сторону. В голове парня явно мелькнула какая-то сумасшедшая мысль. – В Англии разрешена смертная казнь?

– Подожди-ка… Ты думаешь, что Грей разыграла свое исчезновение, чтобы наказать тебя?

– Скажешь, она на такое неспособна?

Я вспомнила, как Жюстин Хан побрила голову на глазах у всей школы. Потом про мужчину-учителя, который не нравился Грей. Того самого, что поцеловал ее перед всем классом и был уволен. Он утверждал, что не хотел этого делать, якобы сестра прошептала что-то ему на ухо и заставила его. У Грей Холлоу действительно было своеобразное отношение к преступлениям и наказанию. Она умела мстить людям, которые посмели перейти ей дорогу.

Тайлер вновь принялся ходить взад-вперед.

– С этой женщиной все время происходит какое-то странное дерьмо. Много всякого сверхъестественного, странного дерьма.

Я вздохнула. Мне это было известно.

– Знаешь, пока меня не было дома, в мою квартиру вломилась полиция, – продолжил он. – У них есть ордер на арест. Я узнал из твиттера.

Я проверила. Он не врал.

– У них что-то есть на тебя? – спросила я.

Он издал горловое рычание и сделал еще один глоток джина.

– Я ни хрена не знаю.

– И ты пришел… сюда, когда полиция собирается обвинить тебя… в убийстве моей сестры?

Тайлер указал на меня бутылкой джина, которую сжимал в пальцах, унизанных тонкими серебряными кольцами.

– Ты знаешь, что я не имею никакого отношения к ее исчезновению. По глазам вижу, что знаешь. Тебе что-то известно, маленькая Холлоу. Ты должна мне все рассказать.

Я покачала головой.

– Мы думали, будто знаем нечто важное. Решили, что это может быть как-то связано с нашим исчезновением в детстве, но… у нас ничего нет.

– Черт. – Тайлер запустил руку в волосы и откинул их с лица, а затем опустился на кухонный пол. Голова упала на грудь, а руки свесились по бокам. Я подошла и присела рядом. От него пахло джином, марихуаной и рвотой. Интересно, насколько он уже был пьян и накурен, когда завалился сюда?

– Ты знал ее, Тайлер, – начала я.

Он покачал головой.

– Не уверен, что хоть кто-то вообще знал ее по-настоящему, – отозвался парень.

– Подумай. Подумай как следует. Может, тебе все же есть что рассказать. Какая-то отправная точка, имя, место, история, которую она рассказывала… – Я прождала целую минуту и, так как ответа не последовало, потрясла его за плечо. В ответ он с невнятным мычанием выбросил руку в мою сторону, а затем снова оперся о шкаф и отключился.

– Господи боже, только этого не хватало, – произнесла я и встала.

Тайлер был слишком тяжелым, чтобы я могла сдвинуть его с места, так что я просто принесла одеяло и подушку из бельевого шкафа и оставила парня там, распростертым на кухонном полу.

Воскресным утром я проснулась от привкуса крови, запаха пота и алкоголя. Во сне меня охватил нестерпимый голод, и я жевала собственные щеки и язык. Кровь оказалась моей. Она засохла на губах и попала на подушку. Запах пота и алкоголя исходил от Виви, которая была в той же одежде, что и на пресс-конференции. Макияж ее выглядел потрескавшейся фреской. Теплое тело сестры обернулось вокруг моего. Ногу она закинула мне на бедро.

Это была странная бессонная ночь. Минуты сливались в часы, а те, в свою очередь, соединялись между собой. И лишь когда в зимнем небе забрезжил рассвет, мне удалось уснуть. В конце концов оказалось, что мне стоило бы поблагодарить Тайлера Янга за вторжение. По крайней мере, у меня было занятие, отвлекающее от мыслей о Грей. Время от времени в течение ночи я спускалась вниз, чтобы проверить, как он, убедиться, что не захлебнулся собственной рвотой.

Новости об ордере на его арест распространялись по интернету с бешеной скоростью. И я переключалась с одного ресурса на другой, читая статьи о нем, о его карьере, о прошлом и его отношениях с моей сестрой. Так я и узнала о трагической истории Роузи Янг.

В тот момент я сидела рядом с Тайлером на кухонном полу, и вдруг в глаза мне бросился один заголовок.

Я снова принялась ковырять ногти. Это произошло много лет назад, когда Тайлеру было пять, на многолюдном пляже в разгар лета. Установилась аномальная жара, и тысячи человек устремились к воде в поисках спасения. Тайлер и его старшая сестра отбились от родителей и немногим позже были найдены плавающими лицом вниз. Тайлера удалось откачать, а Роузи не повезло: она умерла.

Статья включала фотографию со дня рождения девочки, который праздновали неделей раньше. Малышка в желтом сарафане с такими же черными, как у Тайлера, волосами, такой же очаровательной улыбкой и ямочками на щеках.

Я положила ладонь Тайлеру на грудь. Он спал. Его грудная клетка спокойно поднималась и опускалась. Сердце билось сильно и уверенно. Мое воображение нарисовало сцену на пляже. Руки спасателя на его груди; они давят так сильно, что тонкие ребра Тайлера могут не выдержать. Голая влажная кожа спины прилипла к горячему песку; вокруг собралась толпа зевак – они прикрывают руками рты и прижимают к себе детей, отодвигая их за спину, чтобы те ничего не видели. Его родители в панике мечутся между ним и сестрой, едва способные дышать сквозь боль и надежду. Один ребенок выплевывает воду из легких. Внезапно делает вдох. Вторая остается безжизненной, холодной и бледной.

Тайлер Янг был дерзким и уверенным в себе, непохожим на парня с трагическим прошлым. И все же с ним случилось худшее, что я могла вообразить, – потеря сестры. То же, что сейчас, возможно, происходило со мной. Тайлер уже прошел через это. Вот он, передо мной, живое подтверждение того, что я отказывалась признавать: можно пережить опустошительную, нестерпимую боль потери и продолжить двигаться вперед. Дышать, качать по телу кровь и поставлять кислород в мозг.

После этого открытия я большую часть ночи просидела на кухонном полу, следя за дыханием Тайлера. В руках у меня был нож Грей на случай, если человек с бычьим черепом вернется. Но в конце концов на рассвете я перебралась в свою комнату, рухнула на кровать и провалилась в сон.

Моя щека лежала на татуированной груди Виви так, что я могла слушать ее сердцебиение. Руку я положила ей на живот.

Мы втроем словно были кусочками одного пазла. Я успела забыть, как это прекрасно – просыпаться рядом с сестрой, обнявшись, особенно когда все три части соединялись в целое. Отсутствие Грей этим утром казалось особенно болезненным. Она была нужна мне больше, чем когда-либо. Я хотела найти ее, броситься навстречу, позволить гладить по волосам, как она это делала в детстве, и уснуть, свернувшись калачиком у нее на руках.