Очень сложная задача - Байкалов Альберт - Страница 60

«Что, если летчик попросил их просто грохнуть Собралиева, – размышлял Вахид. – Пока Хава жив, он опасен, и деньги его неприкосновенны. А так, ну не вышел из джунглей и все...»

Едва он подумал об этом, как увидел у одного из заирцев пистолет. Негр с опаской посмотрел в сторону Вахида, все еще продолжающего стоять на берегу, потом перевел взгляд на подплывшего и взявшегося за край борта Собралиева.

«Не решается стрелять, пока я не вошел в воду», – усмехнулся Вахид и, делая вид, что неторопливо направляется следом за Хавой, подошел к самой кромке берега. Тем времени Собралиева уже почти втащили в лодку.

Он вскинул винтовку. Три выстрела, и негры один за другим повалились кто в воду, кто на дно лодки.

– Ты чего?! – испуганно озираясь, крикнул Собралиев.

– Они хотели нас убить! – ответил Вахид.

Лодку, потерявшую управление, потащило вниз по течению, и теперь ему пришлось бежать вдоль берега, чтобы обогнать ее и последовать примеру Собралиева. Тот тем временем пытался разобраться с управлением. Вскоре Хаве удалось выровнять скорость со скоростью течения, и он стал ожесточенно махать рукой. Вахид последний раз окинул взглядом берег и, не заметив ничего подозрительного, вошел в воду.

– Доберусь до этого говнюка, зарежу! – помогая одной рукой Вахиду перебраться через борт, другой придерживая руль, прохрипел Хава. – Больше летать не будет! А ты молодец!

Шамиль, одетый в футболку и шорты, вышел из автобуса, изрядно измученный, взволнованный и мокрый, словно его окатили водой. Несмотря на подробный инструктаж Хавы, как добраться до условного места, незнакомая речь, обилие людей и даже непривычные запахи мешали сосредоточиться. Огляделся. Гигантский памятник Колумбу с одной стороны, с другой – два небоскреба. Один из них издалека кажется одетым в строительные леса. Но это не так. Все тот же Собралиев для расширения кругозора объяснил, что это здание давно построено. Просто у архитекторов был замысел создать нечто оригинальное, и они его «подвесили» на специальном каркасе. Ему нужно туда. Именно рядом с ним, в одном из кафе под открытым небом, Батаева будет ждать нужный человек. Пройдя по живописной аллее, образованной двумя рядами высоких пальм, он пересек съезд на пирс и оказался на Ронда Литорал. Миновав метро, которое было по другую сторону проспекта, добрался до парка Барселонетта, куда, по идее, должен был доехать на общественном транспорте. Однако, опасаясь оказаться в другом месте и запомнив слова Собралиева, что основные ориентиры – это памятник и небоскребы, едва завидев их, вышел из автобуса.

Два дня назад он, Джабраилов и Собралиев прилетели из Киншасы в Париж. Несмотря на то что Вахид и Хава почти неделю провели в столице Заира в ожидании прилета Батаева, они так до конца и не избавились от следов прогулки по джунглям. Взгляд все еще был уставшим, несмотря на довольно большой срок отдыха. На шелушившейся коже лица и рук просматривались бурые пятнышки, оставшиеся после укусов насекомых. Ноги Хавы почти до самых колен покрывали язвы размером с копеечную монету – следствие укусов муравьев. Кроме того, они заметно похудели и стали выглядеть старше своих лет.

В столице Франции на документы Собралиева был приобретен подержанный автомобиль, и после небольшой передышки они направились к границе Испании.

Всю дорогу машину вел Шамиль. Хава то и дело названивал кому-то по телефону. Приехав в Барселону, они сняли два номера в трехзвездочном отеле «Rubens», расположенном далеко от побережья, почти на другом конце города.

Только оттуда Собралиеву наконец удалось выйти на нужных ему людей, и уже вечером того же дня к небольшому скверу, расположенному через дорогу от отеля, приехали двое русских. Спустя час после встречи с ними он предложил Вахиду и Шамилю прогуляться по вечернему городу, а заодно и поужинать в одном из ресторанчиков, расположенном под открытым небом.

Именно за столом Джабраилов поднял вопрос о том, что он устал находиться в неведении, и потребовал от Хавы объяснений, как он собирается разобраться с Бабичевым. Собралиев спокойно воспринял упрек и сказал, что все будет известно на следующий день. С его слов, русские, которые приезжали к нему, должны были выйти на членов баскской организации с просьбой предоставить все необходимое для претворения плана в жизнь.

О террористической организации ЭТА Шамиль и Вахид были достаточно осведомлены, но для отвода глаз некоторое время забрасывали Хаву глупыми вопросами.

Сегодня в обед Собралиеву позвонили и назвали место, где будут ждать его представителя. Одновременно на дисплее сотового телефона высветилось изображение связного. Выбор пал на Шамиля. По словам Хавы, нужный им человек русский, поэтому проблем с языком не будет.

Шамиль наконец дошел до первой высотки. К его удивлению, Хава не все рассказал об этом сооружении. Как оказалось, оно стояло посередине правильной формы водоема. Он непроизвольно остановился и даже приподнял за дужку солнцезащитные очки, пытаясь понять, как туда попадают люди. Не обнаружив ни мостиков, ни даже лодок, хмыкнул и огляделся. Как оказалось, его реакция не осталась незамеченной. Пожилая пара, прогуливающаяся мимо, почему-то улыбалась.

«Наверное, выгляжу глупо», – с досадой подумал он и решительно направился в сторону разноцветных зонтов, установленных на мраморной площадке.

Грузный молодой мужчина в кепке с длинным козырьком и фотоаппаратом на груди, стоящий на пути, напоминал человека, снимок которого перед поездкой показал Хава.

Шамиль замедлил шаг. Тот в свою очередь, заметив его, расплылся в улыбке:

– Юсуп?

– Он самый, – кивнул головой Батаев и бросил по сторонам ничего не выражающий взгляд, пытаясь определить, один ли пришел на встречу толстяк.

– Ну, здравствуй, – мужчина протянул руку. – Меня зовут Виктор. Просто Винт.

– Где-нибудь присядем? – ответив на рукопожатие, спросил Шамиль, одновременно поймав себя на мысли, что, несмотря на внешнее добродушие и рыхлость, кисть у парня сильная.

– Пойдем к машине, – тот кивнул в сторону дороги. – Там человек, который ждет. Я лишь переводчик.

Они подошли к автостоянке, где Винт услужливо открыл перед ним дверцу белой «БМВ». Нырнув в наполненный прохладным воздухом кондиционеров салон, Шамиль оказался на сиденье рядом с водителем. Сам Винт уселся сзади. Кроме него, там находился еще один человек, лица которого Шамиль не разглядел. Зеркало заднего вида на лобовом стекле было развернуто таким образом, что он и в него ничего не мог видеть.

Машина выехала на проезжую часть. Справа, на небольшом удалении от шоссе, на фоне лазурной синевы моря, плавно поплыли разноцветные пляжные зонты.

Позади него заговорили на испанском. Один голос принадлежал Винту, второй – мужчине, намного старше по возрасту. Судя по характерному хрипу, его обладатель относился к заядлым курильщикам. Наконец Винт заговорил на русском:

– Злосеки хочет знать, почему его друг Хава сам не пришел, а отправил тебя?

– Собралиев плохо себя чувствует, – подавив в себе соблазн обернуться, ответил Шамиль. – Он только вчера приехал из Заира.

– Что ему нужно? – последовал новый вопрос.

– Зеленая глина и набор гончара, – хорошо помня инструктаж Собралиева, ответил Шамиль.

– Это будет стоить десять тысяч.

Батаев вынул портмоне и, отсчитав купюры, протянул их, не оборачиваясь, назад.

– У вас есть машина?

– Да.

– Марка, цвет, номер?

Шамиль ответил.

– Отгоните ее завтра по этому адресу, – Винт тронул его за плечо и передал сложенный вдвое листок. – Дверца багажника должна быть незапертой. Остальное там написано.

Машина остановилась.

– До свидания, и привет Хаве, – перевел напоследок слова босса Винт.

Проводив взглядом «БМВ», быстро смешавшуюся с общим потоком машин, Шамиль повернул в обратном направлении, одновременно бросив взгляд на листок. Там была нарисована от руки схема, корявым почерком подписаны улицы, а у крестика, обозначавшего место стоянки, время «с 17 до 19».