Последняя (СИ) - Гусейнова Ольга - Страница 27

Видимо, по причине скоротечности боя к арахне вызвали меня. Только я ее не боялась, я и раньше не стала бы для нее легкой добычей, а теперь мой зверь значительно прибавил сил и энергии.

Арахна использовала против меня липкие сгустки, из которых они сети свои плетут. На вопль Кайкусь, что магия запрещена, Рейран спокойно пояснил, что это часть тела арахнидов, как крылья ирлинга и феникса и моя прыгучесть. В общем, со Свишей мне пришлось повозиться: скакала по поляне, просто выматывая условно менее выносливую соперницу. И стоило ей на мгновение отвлечься, запрыгнула ей на спину и уложила лицом в траву. А нечего было бить в лицо Цирай.

После нас Рейран выставил Ильдиру и Кайкусь. Ирлинга попыталась взлететь, но крылатый феникс времени зря не теряла, использовала мой прием: запрыгнула на закорки сопернице и обе рухнули на землю. Только феникс сверху, победительницей, а ирлинга – потрепанной и охающей побежденной.

Драконицы боролись с Рисаш и Мараш. Вот где получилось насладиться красивым боем и эффектными техниками! В одной паре победила, хоть и с трудом, василиска, а вот во второй – драконица жестко взгрела черную нагу Рисаш. И все равно это было замечательное зрелище, мы даже восторженно хлопали обеим парам.

Моим третьим партнером, предварительно позволив отдохнуть, пока проходили бои других девушек, Рейран назначил себя. Насладившись моим огорошенным, перепуганным видом, он расхохотался:

– Не бойся, помни, изначальные дали слово, что все вы останетесь живы до конца поиска…

Ага, живыми – да, а вот насколько мы при этом будем целыми и здоровыми никто не говорил.

– К бою! – зловеще, с предвкушением ухмыльнулся Рейран.

А дальше… Дальше, мне показалось, он специально гонял меня по поляне, при этом нагло лапая. Еще и смеялся, когда я разозленной осой пыталась вырваться из его захватов. И вместо рычания, шипела, повторив прием, использованный с арахной, – запрыгнув ему на шею, пыталась «уронить» на землю. Фу-ух, устала, сил нет, а громила дракон стоял, словно скала, и громко ржал:

– Малышка, впредь тебе наука будет. Всегда рассчитывай свою соразмерность с врагом…

И эта снисходительность большого дяденьки заставила меня применить любимый приемчик старшего брата, какой он на клановых боях, когда перед самками красовался, частенько использовал. Сложила ладони лодочкой – и ка-ак двинула по драконьим ушам. Рейран, ухнув от неожиданности, на миг ошеломленно замер, явно не ожидал от меня подобного коварства. А я, оттолкнувшись от широкой драконьей спины, отпрыгнула подальше и рванула прочь под сердитое рычание:

– Ах ты мелкая заноза! Я тебе сейчас покажу, как большого и злого дракона позорить…

Странно, но страшно не было. Наоборот: я с хохотом носилась по поляне, ловко уклоняясь от попыток Рейрана перехватить меня. Еще бы, изначального почти уделала! Правда, беготня длилась недолго, пока то ли ашура, то ли феникс не подставили мне подножку. Запнувшись, я пролетела пару шагов и уткнулась носом в траву. Эх, а ведь так весело было…

Рейран, перехватив меня под ребра, поднял, щелчком пальцев убрал с моего носа прилипшую травинку и насмешливо предложил:

– Ну что, размялись, займемся делом?

– Да, вир Рейран! – я с восторгом воззрилась на него, готовая и дальше носиться, и сражаться.

– Ты чудо полосатое! – хохотнул дракон, приласкав мою скулу тыльной стороной ладони.

Ответить не успела, невдалеке раздался громкий женский крик. Затем второй и еще… Вскоре вся третья группа во главе с рыжим драконом наперегонки неслась на крики.

Мы дружно выскочили на свежевыкошенную поляну и на пару мгновений застопорились, оценивая весьма щекотливую ситуацию. Рядом с забором в два моих роста высотой, которым огородили территорию академии, где разместили невест, предавались любовным утехам четыре обнаженные пары. Мне показалось, они никого не замечали, сосредоточившись друг на друге, громко, сладострастно стонали, требуя еще и еще, шептали восторженные слова, щедро расточали ласки, отдаваясь… Четыре пары, такие разные в проявлениях страсти, словно ослепшие и обезумевшие в жажде похоти, признаться, представляли неприятное зрелище.

Рядом с нашей группой переминались несколько невест из шестой и девятой групп. Скорее всего, это они голосили на всю округу от омерзения. На их крики мы и прибежали.

Но удивила не только откровенная сцена, а состав участников похотливой компании. Парни явно с «той» стороны, вход им на закрытую территорию запрещен, как я поняла, однако проникнуть из-за высокого забора они как-то смогли. Зеленокожий жутковатый гоблин, белый наг с длинным, возбужденно свивающимся в кольца хвостом, загорелый модрунец с белым задом, чешуйчатый коричневый василиск, с клыков которого капал не то яд, не то слюна – все четверо сплошь в рваных ранах, кожа ободрана до живого мяса. С девицами тоже очень непросто: все невесты – ранивирские драконицы, как раз из шестой и девятой групп, красивые, несмотря на покрытую грязными разводами земли, травы и крови кожу, спутанные волосы и искривленные в экстазе лица.

Уверена, их одногруппницы истошно орали специально, чтобы как можно больше народа увидело, как гордые красавицы-ранивирки нарушили главное правило отбора: либо воздержаться, либо отдаваться исключительно изначальным. Теперь из-за этого постыдного поступка четыре драконицы самолично лишили себя права участвовать в поиске. Ведь для девяти изначальных, доминантов и собственников, они словно перестали существовать…

– Никому не подходить! – проревел Рейран, с яростью оглядывая всех присутствующих.

Но даже его рев не отвлек участников происшествия, подсказав, что дело не во внезапно проснувшейся страсти сразу у четырех дракониц.

В следующее мгновение на поляне появились еще трое изначальных и сразу бросились к компании горе-любовников. Ашкеран создал над ними и драконами сияющий купол, который тут же заполнила тьма Шейрана. Когда тьма медленно осела, на траве лежали восемь недвижимых, надеюсь, все-таки живых тел. И еще в воздухе зависли черные сгустки, которые темный дракон сразу объединил в сферу. Одновременно мрачный Сейлишран бережно обернул восемь тел в туманные коконы, затем они вспыхнули белым светом и исчезли.

Ашкеран обвел поляну жуткими алыми глазами и убрал купол. Расставив ноги и заложив руки за спину, Сейлишран скользил по лицам испуганных девушек ледяным, бесстрастно-бездушным взглядом. Когда его взгляд коснулся меня, показалось, словно в прорубь нырнула, даже дыхание сперло от лютого холода. Шейран, притянув к себе черную сферу, в которой клубилось что-то злое и омерзительное, коснулся ее пальцем и тут же из нее в разные стороны вырвались и разлетелись к невольным зрителям тончайшие черные нити.

Дальше девушки орали от ужаса, искренне и с душой, а не показательно. Мне было страшно, но не настолько, чтобы кричать. Я же ни в чем не виновата и верила, что изначальные не причинят вреда невиновным. Поэтому, пока нити разлетались в стороны, огибая визжащих девиц, неподвижно стояла, сжав кулаки, с горечью думая, что это не поиск истинной любви, а борьба за власть. С некоторой разницей: если девицы борются за будущее превосходство своих миров, то изначальные – за трон Верховной триады и верховенство своих кланов. И дальше будет только хуже и опаснее.

Неожиданно общий переполох и визги прекратились, словно по команде. Все устремили взгляд на тропинку между деревьями, где в темном коконе билась пойманной птицей одна из невест. К своему изумлению, я узнала в ней друиду, которая «потушила» огонь Кайкусь.

Друида? Виноват природный маг? Они же рождены, чтобы защищать мир и все живое… Как это возможно, чтобы подобное создание сотворило такое, принудило, разрушило, осквернило…

Сжавшуюся от ужаса в коконе из тьмы друиду окружили трое изначальных.

– Госпожа Орана из клана Розовый рассвет, – голос Сейлишрана был ледяным, безжизненным, громоподобным, – вам вменяется контроль над чужим разумом без согласия, насилие над личностью. Вина доказана. Совершение преступления с применением ментала и внушения карается смертью во всех мирах. Однако изначальные дали слово сохранить вам жизнь на время поиска. Для вас поиск закончен. Вы вернетесь домой живой, но навсегда лишившись дара и магии. Живите с этим, если сможете, и помните, за что наказаны.