Последняя (СИ) - Гусейнова Ольга - Страница 12

– Ответ достойный будущей избранницы Верховной триады, даки Эйкана, – одобрил Орхаран. – Значит, решено: все трое участниц продолжают отбор.

Мы вчетвером шумно, с облегчением выдохнули. А Орхаран продолжил, улыбнувшись:

– Наберитесь терпения, даки, прошу всех вас как можно дальше отойти от помоста. Нам нужно место для проведения первого испытания.

Началась суета и перемещения. Пришлось задействовать драконов-стражников, ведь невесты не хотели добровольно удаляться от вожделенных изначальных. В результате слаженных действий стражи я вновь оказалась рядом с Ильдирой и тремя девицами, чуть не угробившими меня. Веселенькая компания, ничего не скажешь. Но мама говорила, мне не привыкать к трудностям.

Глава 4

Испытания

Мне подумалось, организаторы отбора не ожидали, что участниц наберется столь много. Некоторые из изначальных, особенно распорядитель, озабоченно наблюдали, как девушек вежливо, но настойчиво «уплотняли» стражи, выстраивая рядами как на плацу, видимо, сочтя такой способ наилучшим. Зато у помоста образовалось большое свободное пространство.

Когда невест наконец построили, Орхаран обратился к нам с мягкой виноватой улыбкой:

– Уважаемые даки, прекраснейшие девы Колыбели Жизни, мы приносим свои самые искренние извинения за доставленные неудобства. Мы обещаем: это временно и обязательно компенсируется изначальными.

– Вы причинили нам мучения, вынуждая терпеть рядом с собой разный… – возмутилась нетерпеливая и, по-моему, безмозглая девушка-феникс.

Вспыльчивая рыжая «птица» ярилась, в буквальном смысле еще и вспыхнула, попутно намереваясь обозвать своих соседок. Однако стоявшая рядом с ней друида не собиралась поджариваться: едва заметно крутанула кистью – и возмущенная пылающая девица потухла. Ошалело вытаращившись на друиду, феникс лишь молча хватала ртом воздух, наверное, пытаясь понять, как ее погасили.

Прилюдно пенять друиде за использование магии в целях защиты никто не стал, как и распекать психанувшего феникса. Орхаран окинул обеих девушек внимательным взглядом, таким образом призвав к порядку, и торжественно произнес:

– Объявляю начало значимого события тысячелетия – отбора избранниц для изначальных. Вам предстоит пройти два испытания: на силу разума и духа. Желаем вам удачи!

В этот раз девушки восторженно не пищали и не хлопали, молча и напряженно смотрели на распорядителя в ожидании, в чем, собственно, будут заключаться испытания. В многозначительной тишине Орхаран подошел к краю помоста и поднял над собой шест с кристальным навершием. Мы затаили дыхание, гадая, что будет дальше. Орхаран встал в строй женихов и направил навершие посоха на нас, похоже, активируя магический артефакт.

Из кристалла вырвался ослепляющий свет, заставивший зажмуриться, затем всю поляну стремительно окутал плотный, белесый туман. Уже в трех шагах было не разглядеть друг друга. Девушки заволновались, нервно озираясь. Моя соседка ирлинга взволнованно выдохнула, а брюнетка нага едва слышно хмыкнула. Я держала лицо, но сама себе напоминала до предела сжатую пружину. Жизнь научила, что любые неожиданности – зло. А вот приятные сюрпризы я могла бы по пальцам одной руки пересчитать, и один из них случился утром: я обрела зверя!

Когда туман рассеялся, со всех сторон понеслось недоуменное: «Ой! Ой! Ой!..»

Мне тоже хотелось ойкнуть, ведь десять драконов на помосте предстали в дымчатом ореоле. Спасшую меня триаду окутала одинаковая чернильно-черная дымка. В триаде высокомерных красавчиков у двоих тоже черная, а вот дракон с голубоватой шевелюрой Лоран получил темно-серый ореол. В первой триаде брюнет Иштран – черный, рыжий громила Рейран и сероволосый Адеран – темно-серый, как и распорядитель Орхаран.

Следом начали раздаваться уже изумленные и испуганные возгласы: «Ай! Ай! Ай!..»

Каждую девушку тоже окружила дымка-ореол. У кого-то чернильно-черная, кто-то, наоборот, слепил искрящимся белым, моя соседка нага оказалась темно-серой, Ильдира окрасилась в очень светлый, почти прозрачно-лиловый, который хорошо сочетался с цветом ее платья.

Красноволосая денейка отливала ярким черным цветом. Наверняка сопоставив его с ореолом триад, она победно ощерилась и взглянула на нас как на грязь, прилипшую к своим ботинкам. Болотница, словно мхом поросла, стала серо-зеленой. Тоже сравнила свой цвет с драконьим – и расстроенно-зло задрала нос.

Подняв руки, я в замешательстве рассматривала нежно-сиреневую дымку на одной ладони и мятную – на второй. Растерянно оглядевшись, отметила, что девушек, «окрашенных» в черный и белый цвет, оказалось не более трети, остальные удивили разнообразием красок. И что бы это значило? В чем смысл испытания?

Тем временем Орхаран и девять женихов, стоявшие у края помоста как по линеечке, с интересом изучали взволнованных невест.

– Неужели они уровень магического дара определяли? – расстроенно спросил кто-то позади меня.

– Сомневаюсь, – отозвалась нага рядом со мной. – Ирлинги – сильные маги, а ты, – она кивнула на Ильдиру, – всего лишь светло-лиловая. У нее, – нага посмотрела на меня, – слабый огненный дар, при этом она двухцветная и более яркая. Тут дело в другом.

Машинально отметив, что про меня нага говорила «она», что у оборотней-барсов считалось невежливым в отношении членов княжеской семьи, я задумалась. До вчерашнего дня во мне была капля магии, позволявшая применять ее в быту. Нага – жительница Шакара, славящегося сильными магами, способными видеть чужой дар, заявила, что у меня огненный дар. Сомневаться в ее словах, сказанных со снисходительной уверенностью, не имело смысла. Как и расстраиваться. Мы со зверем – почти новорожденные, еще подрастем и непременно усилимся! Я с приятным удивлением осознала, что потомок Великого Ранивира, чуть не спалив невезучего последыша в своем огне, нечаянно зажег во мне отражение своего дара, а маг жизни, похоже, закрепил его. Магия огня – чрезвычайно редкий дар среди шаграев, ведь барсы уважают, но и боятся огня.

Какой прекрасный день, однако: сегодня я получила целых два потрясающих подарка от жизни! Ох, как бы не привыкнуть к хорошему, чтобы потом мироздание болезненно и страшно не уравновесило с плохим.

Тем временем Орхаран громко оповестил:

– Даки, прошу подходить к помосту по одной и следовать моим указаниям.

Тотчас к нему устремились самые невыдержанные и нетерпеливые; на мой взгляд, еще и плохо подготовленные. Здравомыслящий шаграй всегда осторожен с неизведанным и сперва разведает обстановку, прежде чем подойти. А эти прекрасные девы верховных домов сломя голову и чуть не теряя туфли понеслись.

Дальше я изумленно наблюдала, как Орхаран распределял девушек на три группы по цветам окружающих их ореолов: белых, черных и цветных. Затем из последних, куда попала и я, отобрал наиболее ярко окрашенных с преобладанием темных тонов и наоборот – тех, кто лишь слегка цветной, тоже отправил к однотонным.

Высокомерная денейка, гордо и довольно шагая к черной группе, напоследок презрительно бросила в сторону разноцветных: «Цветочки». Хорошо, еще не плюнула, только гордо задрала голову, словно ее трон занять позвали. Болотница, заметно расстроенная, совсем посерела, когда ее отправили в цветную группу.

Имели место еще более интригующие странности и непонятности. Когда к помосту подошла Ильдира, напряженно сжавшая кулаки, даже белоснежные перья на ее крыльях трепетали, Орхаран указал ей посохом идти в сторону белой группы, но неожиданно вздрогнул, словно его в спину кто-то толкнул, хотя ни один из девяти драконов не шелохнулся, и изменил направление на большую группу разноцветных светлячков. Я грустно улыбнулась, встречая растерянную ирлингу.

Потом схожая ситуация возникла с нагой. Эх, недолго она радовалась, что осталась на отборе: Орхаран было отправил глазастую красавицу к торжествующим черным невестам, но вновь вздрогнул и указал на нашу компанию. Любопытно, что она почему-то не расстроилась, хотя шла – или ползла? – к нам немного нервно, кончик хвоста подергивался.