Клон. Оазис - Снегов Андрей - Страница 13

– Потому что мы бесплодны, Алекс. Все до единого. У тебя никогда не будет детей – такова цена, которую приходится платить за Силу.

Слова Тана ударили словно обухом. Восемнадцать лет – не тот возраст, когда всерьез думаешь о детях, но сама возможность… Лишиться ее так внезапно и безвозвратно…

– Но почему… – я запнулся, пытаясь сформулировать мысль. – Местные женщины не могут родить от Джамперов?

– Примерно четверть Джамперов – девушки. И поверь мне, после того как ты их увидишь, все аборигены покажутся тебе уродинами. Красота Джамперов-женщин легендарна, за них велись войны, ради них совершались безумства, – его взгляд стал расфокусированным, словно он увидел перед собой кого-то из прошлого. – Но все мы бесплодны, независимо от пола. Это проклятие нашей Силы.

Тан снова встал, подошел к фонтану, зачерпнул пригоршню воды и плеснул себе в лицо. По его подбородку потекли капли, блестя в свете ламп. Они оставляли темные следы на воротнике халата, но он не обращал на это внимания.

– Империя пыталась решить эту проблему, – продолжил он, не оборачиваясь, и его голос прозвучал глухо, словно доносился из глубокого колодца. – Лучшие алхимики и маги бились над загадкой бесплодия Джамперов. Безрезультатно. Мы обладаем чудовищной мощью, живем дольше обычных людей, но род свой продолжить не способны. Поэтому каждый новый Джампер на вес золота.

Я молчал, переваривая услышанное. Внутри разрасталась пустота – черная дыра, поглощающая все надежды и мечты о нормальной жизни. С каждым откровением Тана мой новый мир становился все более чуждым и пугающим. Но отступать было некуда – Земля осталась позади, за непреодолимой гранью смерти.

– У меня есть еще вопросы, – сказал я, когда Тан вернулся к столу.

– Спрашивай, – он устроился в кресле поудобнее, и я заметил, как напряжены его плечи – словно он готовился к удару. – Ночь длинна, но завтра нас ждет долгий путь.

– Почему ты убил жителей поселка и своих солдат? Они погибли из-за меня?

Лицо Тана стало непроницаемым. Маска вежливого интереса сменилась маской абсолютного безразличия – но за ней я уловил что-то еще. Усталость? Сожаление? Или просто раздражение от необходимости объясняться?

Он долго смотрел на меня, словно решая: стоит ли отвечать. Серые глаза изучали, проникая в самую душу, оценивая, измеряя и взвешивая. Наконец, его губы растянулись в широкой улыбке. Но улыбка не коснулась глаз – они остались холодными и расчетливыми.

– Пришла пора увидеть безвременно покинувшего нас Солнцеликого Императора Волда!

Тан встал из-за стола и подошел к дому. Его движения были резкими, почти нервными – впервые за вечер я заметил явные признаки волнения. Там, прислоненная холстом к стене, стояла картина в широкой золоченой раме. Он поднял ее на уровень груди, развернул – и мое сердце пропустило удар.

Мир остановился. Время замерло. Воздух застыл в легких, отказываясь выходить наружу. Я смотрел на яркий холст и не мог поверить своим глазам.

Это был мой портрет.

Глава 6

Мое лицо на портрете Императора было выписано с фотографической точностью. Взгляд намертво прикипел к холсту, и никакая сила не могла заставить меня отвернуться. Я поднялся из-за стола и ноги сами понесли вперед, навстречу собственной судьбе, от которой невозможно уклониться.

Остановившись в шаге от полотна, я протянул к нему дрожащую руку. Пальцы замерли в миллиметрах от холста – мной овладел инстинктивный страх коснуться своего будущего, воплощенного в феерии масляных красок. Воздух между моей ладонью и картиной сгустился, стал осязаемым, и я отдернул руку, будто обжегшись о невидимое пламя.

Портрет завораживал и отталкивал одновременно. Император был похож на меня, как близнец – но близнец, прошедший через ад и вышедший из него победителем. Или чудовищем. Мои синие глаза смотрели с полотна надменно, в них не было и тени юношеской наивности. Это был взгляд хищника, привыкшего видеть в окружающих либо добычу, либо угрозу.

В нем таилась бездна – холодная, расчетливая, видевшая слишком много смертей. Художник сумел передать не просто внешность, а саму сущность Императора – его безжалостность, непреклонность и привычку повелевать.

Черные волосы Императора были уложены в сложную высокую прическу и закреплены золотой диадемой. Огромный сапфир в ее центре источал внутренний свет и идеально подходил к цвету моих глаз. Казалось, камень наблюдает за мной не менее пристально, чем ярко-синие радужки.

Одежды кричали о власти и богатстве. Лазурный плащ ниспадал тяжелыми складками. Золотые нити вышивки образовывали сложный узор – солнечная корона, переплетенная с мечами и драконами.

На груди красовался массивный медальон. Изображенное на нем солнце было выполнено столь мастерски, что казалось объемным. Лучи, расходящиеся от центра, напоминали языки пламени, готовые вырваться из золотой оправы и испепелить любого, кто посмеет бросить вызов их обладателю.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.