Ревизор: возвращение в СССР 46 (СИ) - Винтеркей Серж - Страница 36

Помимо шофера был еще сопровождающий, брюнет лет сорока со звучным именем Хуберто. В костюмчике, который сидел на нем так, словно ему редко приходится их носить… Я в девяностых много похожих ребят у нас видел, из бывших спортсменов, что в рэкет пошли и сумели выжить… Вот примерно такое впечатление он у меня и создавал, хотя и был с нами очень любезен, и даже с детьми поворковал пару минут, прежде чем мы в лимузин загрузились. Такие люди могут быть очень приветливы, а могут и горло тебе перерезать без всяких колебаний, если понадобится…

Галия, конечно, в первый раз в жизни в лимузине таком оказалась, и была в полном восторге. Так что поездка началась совсем даже неплохо…

Ехать пришлось гораздо меньше, чем мы ожидали. Не два с лишним часа до Гаваны, как мы уже настроились заранее. К океану мы свернули всего через полтора часа, что меня, конечно, обрадовало, потому что с двумя маленькими детьми даже на лимузине кататься не очень весело.

Минут двадцать они ещё с интересом изучали новое окружение, особенно их заинтересовал бар посередине салона, где было много ярких красивых бутылочек, которые манили детский взгляд. А дальше уже начали капризничать, приходилось их на руках около окошек держать, чтобы они изучали окрестности, которые мы проезжаем.

Вышли из машины мы на берегу лагуны с прекрасным белым песочком. Дощатая пристань уходила на полсотни метров в море, и около неё была пришвартована красавица яхта. Я был в восторге. Это была настоящая океанская яхта! Я рассчитывал на 30–40 метров, тут же оказалось целых 45. Я научился очень неплохо размеры вещей и расстояния до них определять в результате тренировок на полигоне у Догеева. Ясное дело, что он мне мишени постоянно на разные расстояния ставил…

На боку яхты было название: Aquarama. Вопросительно посмотрел на Хуберто.

— На русском языке это будет аквариум, — пояснил он, догадавшись, что меня заинтересовало.

Почему-то ожидал, что, как во время визитов в гости на базу Куликова, нам тут же на пляже какой-то стол накроют. Но нет, нас сразу же повели на корабль. Когда подошли ближе, стало очевидно, что яхта не такая уж новая. Скорее всего, тоже из конфиската у американских мультимиллионеров. Лет двадцать, так точно, уже по морю походила. Кое-где на корпусе краску неплохо было бы уже обновить.

Паруса на ней не было, а Хуберто нам сказал, что у нее четыре мощных мотора. Так что полная гарантия, что, выйдя в океан, сможешь потом вернуться к пристани, не останешься куковать посередине большой воды из-за того, что мотор заглох. Разумно, в принципе, для яхты главы государства.

Ходили в море на ней, видимо, рыбачить большими компаниями. Потому что я, когда мы вошли на борт, десять креплений для спиннингов насчитал — по пять с каждого борта.

Наш сопровождающий тут же подвел нас к капитану, солидному такому мужику лет пятидесяти по имени Силайо.

— Русского языка никто из команды не знает, поэтому я останусь с вами переводчиком, — сообщил нам Хуберто. — Сейчас мы подождём ещё одного человека, его вот-вот привезут, и сразу отправимся в море. А минут через пятнадцать организуем уже лёгкий завтрак.

Я был на всё согласен. Пока что мы с Галией совсем никуда не спешили, носили детей по яхте, с удовольствием показывая малышам что тут и как. Конечно же, им было очень интересно. Особо их заинтересовал штурвал, сделанный, похоже, из дорогих пород дерева и латуни. Блестела эта штуковина в силу этого на солнце просто нестерпимо. Но детям это как раз очень даже нравилось.

Минут через десять подъехала ещё одна машина. Мне стало интересно, кого это к нам сюда везли попутешествовать совместно. Вначале были сомнения, но когда пожилой мужчина подошёл по пристани поближе, все сомнения пропали.

— О, здорово, — сказал я жене, — это же тот самый рыбак, Грегорио Фуэнтес, который вместе с Хемингуэем плавал. Мы его с Эдуардом Тимофеевичем ещё как-то видели издалека, помнишь, я тебе рассказывал?

Ну, Фиделя и Рауля, как я и ожидал, с нами не будет. Но вместо этого кубинцы нам подвезли другую местную знаменитость. Фотографии с ним, учитывая, как уважают Хемингуэя в Советском Союзе, будут тоже себе очень даже неплохо котироваться. Учитывая культ великих писателей в СССР, всё, что с ними связано, пользуется большим спросом. Да я и по Галие это сразу понял, когда ей рассказал, кого к нами привезли для компании. Она тут же обрадовалась, что сможет пообщаться с бывшим спутником Хемингуэя, глаза восторгом аж загорелись.

Нас больше ничего у причала не удерживало, и яхта немедленно вышла в океан. Около нас тут же появились две стюардессы, которые предложили взять заботу о детях на себя. Галия посмотрела на меня как-то неуверенно, но я тут же ей кивнул. Мол, не паникуй.

Обе девушки молодые, спортивные, в глазах сталь — это не простые легкомысленные двадцатипятилетние девчонки. Они наверняка в местной спецслужбе работают и чего только не умеют делать. Им, скорее всего, охранять Фиделя доверяют, когда он на этом корабле плавает, а то и в какое-нибудь другое время. Так что уж о двух маленьких мальчиках они вполне способны как следует позаботиться.

Галие я это потом объясню, не при всех же это делать. Но ей вполне хватило моего жеста, что всё в порядке, и Андрей с Русланом перешли под попечение двух молодых кубинок.

А затем нас сразу же к накрытому в каюте столу повели. Каюта была большой, светлой и солнечной. Галия было дёрнулась инстинктивно в сторону детей — как же без них кушать идти? Но их уже за нами вслед несли, и жена успокоилась.

Стол накрыли приличный по размеру, но блюда, что на нём стояли, были подозрительно похожи на те, что нам в гостинице ежедневно подавали. Похоже, тут какой-то типовой сценарий угощений как в ресторанах, так и для гостей на яхтах соблюдается.

Мы слегка лишь поели, потому что ещё не проголодались после гостиничного завтрака.

Напарник Хемингуэя в его приключениях на Кубе держался с большим достоинством. Крепкий такой старик, и не очень разговорчивый, что в принципе логично для рыбака. Когда им там болтать-то особо? Это люди дела, но всё же о нескольких интересных ситуациях из своего общения с Хемингуэем он нам поведал.

В основном он рассказывал о том, как Хемингуэй собрал совершенно странную компанию для того, чтобы охотиться на нацистские подводные лодки в Карибском море. Кого в ней только не было, включая беженцев из фашистской Испании!

Очень красиво рассказывал о том, как они, пересекая мангровые леса по известным только ему протокам, курсировали по морю в надежде, что одна из гитлеровских подлодок всплывёт, и они смогут забросать её гранатами.

В частности, особые надежды они возлагали на спортсмена, чемпиона по поло Уинстона, который обещал закинуть гранату предельно точно прямо в рубку подводной лодки, если у него будет такой шанс.

Правительство США передало им также противотанковые пулемёты, но они были слишком тяжелы для того, чтобы закрепить их на шхуне и использовать, поэтому и возник этот план с гранатами.

Намекнул Фуэнтес также на то, что, возможно, им бы больше повезло с этой задачей, если бы на шхуне меньше пили и больше наблюдали за морем.

Я только хмыкнул, услышав это. Да уж, Хемингуэй точно трезвенником не был.

Новой для меня стала информация о том, что к известному писателю в этих попытках поймать одну из нацистских подводных лодок присоединялись его сыновья. Этого я не знал.

Правда, услышав это, я пропустил мимо ушей часть дальнейшей истории, потому что задумался о своих собственных сыновьях. Будут ли они меня также ценить и уважать, чтобы, если я их позову в случае нужды, когда они уже вырастут, немедленно ко мне присоединиться?

Твёрдо решил, что, по крайней мере, всё, что от меня зависит, я сделаю, чтобы они выросли хорошими парнями. Ну и тем более они как раз станут совершеннолетними к моменту краха Советского Союза…

Так себе, конечно, ситуация.

Честно говоря, самое что ни на есть опасное время — разгул криминала, а парням будет всего по восемнадцать лет — возраст, в который совершаются самые невероятные безумства.