Месть. Под маской нежности (СИ) - Нестерова Алла Викторовна - Страница 24

- Елена была ошибкой, - он стиснул зубы. - Но ты… ты оказалась хуже. Предательница!

- Предательница? - я почти кричала. - Это ты предал меня! Ты спал с ней, пока я ждала тебя дома! Ты обкрадывал моего отца, который тебе доверял и считал сыном!

Михаил вдруг замолчал, его взгляд стал пугающе холодным. Он сделал ещё шаг ко мне, и я почувствовала, как воздух между нами сгустился.

- Я должен был избавиться от тебя раньше, - прошипел он, его голос стал низким, угрожающим. - Но я жалел тебя. Думал, ты безобидная дурочка.

Он бросился ко мне, схватив за горло. Его пальцы сжались, перекрывая воздух. Я попыталась достать баллончик, но он был сильнее. Моя сумка упала на пол, руки били по его запястьям, но хватка только усиливалась. Перед глазами поплыли чёрные круги.

- Ты всё испортила, - шипел он, его лицо было так близко, что я видела безумный блеск в его глазах. - Всё!

Я хрипела, пытаясь вырваться. Мир вокруг сужался, звуки становились глуше. И вдруг - грохот. Входная дверь распахнулась, и в квартиру ворвались люди в форме.

- Полиция! Руки вверх!

Михаил отпустил меня, и я рухнула на колени, жадно хватая воздух. Кто-то подхватил меня под руки, помог сесть. Я подняла глаза - надо мной склонился следователь Крылов, его лицо было напряжённым, но спокойным.

- Вы в порядке? Врача! - скомандовал он.

Я кивнула, массируя горло. Михаила уже заламывали руки, надевая наручники. Он кричал, брызгая слюной:

- Это подстава! Она всё спланировала! Эта сука подставила меня!

Его взгляд встретился с моим, полный ненависти.

- Это ещё не конец, Марго! Ты пожалеешь!

Я не ответила. Силы покидали меня, но внутри росло странное чувство облегчения.

Крылов помог мне встать.

- Вы очень рисковали, Маргарита. Ваш отец поднял тревогу, сказал, где вы. Ксения позвонила ему почти сразу, как только вы сказали ей о вашем плане. Хорошо, что мы успели.

Я посмотрела в сторону двери. Там стоял отец, его лицо было бледным. Рядом с ним - Илья, который, как оказалось, всё это время был в офисе, помогая следователю разбирать улики. Илья выглядел виноватым, его взгляд метался между мной и Михаилом.

- Маргарита, - Илья шагнул ко мне, но я подняла руку, останавливая его.

- Не надо, Илья. Ты знал, ты ему помогал.

Он опустил голову, не находя слов.

- Я должна была это сделать, - прохрипела я, повернувшись к Крылову. - Посмотреть ему в глаза. Услышать, что скажет он.

- Понимаю, - кивнул он. - Но больше не рискуйте так. Поехали, вас осмотрит врач.

Выходя из квартиры, я обернулась. Убогая обстановка, запах табака, пожухшие фиалки на подоконнике.

Отец уже ждал меня на улице. Он обнял меня так крепко, что я почувствовала себя снова маленькой девочкой. Слёзы хлынули сами собой - впервые за все эти недели. Я плакала от облегчения, от боли, от осознания, что всё кончено.

- Всё хорошо, доченька, - шептал он, гладя меня по волосам. - Всё позади. Ты справилась.

Я кивнула, утирая слёзы. Да, я справилась. Михаил получит по заслугам. А я… я начну новую жизнь. Без лжи, без масок, без фальшивой любви. Жизнь, где я больше не буду скучной женой, рисующей зайчиков. Где я буду просто Маргаритой - сильной женщиной, которая не боится правды.

ГЛАВА 22.

Следующие дни пролетели в тумане. Врач констатировал ушибы гортани и прописал покой. Отец настоял, чтобы я переехала к нему - в родительский дом, где прошло моё детство. Старые стены, пахнущие яблочным пирогом и лавандовым саше матери, обнимали меня теплом воспоминаний.

Ксения примчалась в тот же вечер с термосом куриного бульона и готовностью убить Михаила голыми руками.

- Я же говорила не ехать туда одной! - причитала она, усаживая меня на диван и укутывая пледом. - Марго, ты могла погибнуть!

- Но не погибла, - прохрипела я, благодарно принимая кружку с бульоном. - Ксюш, я должна была это сделать. Для себя.

Она вздохнула, обняла меня:

- Знаю. Ты всегда была упрямой. Но больше никакого геройства, договорились?

Следующим утром позвонил Виктор Павлович. Михаила арестовали, ему предъявили обвинения в мошенничестве в особо крупном размере, отмывании денег и покушении на убийство. Учитывая тяжесть обвинений и попытку причинить мне вред, суд отказал в залоге.

- Ему грозит до пятнадцати лет, - сказал Виктор. - С учётом всех эпизодов и покушения на вас.

Я кивнула, чувствуя странную пустоту. Три года брака закончились арестом и уголовным делом.

На третий день раздался звонок в дверь. Отец был на работе, домработница ушла за покупками. Я посмотрела в глазок и замерла. Илья.

Он стоял на пороге в тёмном пальто, с букетом белых хризантем. Лицо осунувшееся, под глазами тёмные круги.

Я открыла дверь, скрестив руки на груди:

- Что ты здесь делаешь?

- Хотел убедиться, что ты в порядке, - его голос был тихим, лишённым привычной насмешки. - Можно войти?

Я колебалась секунду, потом отступила в сторону. Он прошёл в гостиную, положил цветы на столик.

- Как горло? - спросил он, глядя на синяки на моей шее.

- Заживает, - я машинально коснулась шарфа, прикрывающего следы. - Илья, зачем ты пришёл? У тебя же наверняка проблемы со следствием.

Он усмехнулся, но без веселья:

- Проблемы - мягко сказано. Моя фирма под арестом, счета заблокированы, репутация уничтожена. Но я заключил сделку со следствием. Полное сотрудничество в обмен на смягчение. Адвокат говорит, отделаюсь условным сроком и штрафом.

- А Лена?

- В безопасности. Спасибо, что помогла ей уехать. Она... она не заслуживала всего этого.

Мы молчали, глядя друг на друга. Напряжение между нами никуда не делось, но теперь к нему примешивалась горечь.

- Я должен извиниться, - вдруг сказал Илья. - За всё. За то, что играл с тобой, за то, что не остановил Михаила раньше, за то, что моя жадность и глупость чуть не стоили тебе жизни.

- Ты не виноват в том, что он пытался меня задушить.

- Виноват, - он провёл рукой по волосам. - Если бы я не связался с ним, не поддался на его уговоры... Чёрт, Марго, когда Крылов сказал, что Михаил напал на тебя, я...

Он замолчал, сжав кулаки.

- Что? - тихо спросила я.

- Я понял, что натворил. Понял, что из-за денег, из-за гордости, из-за желания доказать, что я чего-то стою, я стал соучастником подонка. И ты могла погибнуть.

Его голос дрогнул. Я никогда не видела его таким - уязвимым, потерянным.

- Илья...

- Нет, дай договорить, - он поднял руку. - Я знаю, что не имею права просить прощения. Но я хочу, чтобы ты знала: встреча с тобой... она изменила меня. Ты показала мне, какой я стал. И мне стыдно.

Я не знала, что ответить. Злость на него не прошла, но видеть его таким разбитым было тяжело.

- Спасибо за цветы, - наконец сказала я. - Но тебе лучше уйти.

Он кивнул, направился к двери. У порога обернулся:

- Марго, когда всё закончится... когда ты залечишь раны и начнёшь новую жизнь... Если захочешь кофе или просто поговорить - я буду рад. Без игр, без масок. Просто два человека, которые пережили бурю.

- Илья...

- Не отвечай сейчас. Просто... подумай об этом.

Он ушёл, оставив меня в смятении. Белые хризантемы пахли свежестью и немного - надеждой.

Вечером приехал отец. Мы ужинали в столовой, где когда-то собиралась вся семья.

- Виктор сказал, активы «Новых горизонтов» арестованы, - сообщил он. - Деньги вернутся в компанию. Не все, конечно, но большую часть удастся вернуть.

- Это хорошо, - я ковыряла вилкой салат, не чувствуя вкуса.

- Марго, - отец накрыл мою руку своей. - Ты молодец. Без тебя мы бы ничего не узнали. Михаил бы обчистил компанию и исчез.

- Я просто защищала семью.

- Нет, ты сделала больше. Ты показала невероятную силу и смелость. Твоя мать гордилась бы тобой.

Я подняла на него глаза, чувствуя, как подступают слёзы:

- Пап, а что теперь? Я три года жила во лжи. Не знаю, как начать сначала.