Месть. Под маской нежности (СИ) - Нестерова Алла Викторовна - Страница 12

- Марго, я объявил Михаилу об аудите и временном ограничении полномочий. Он, мягко говоря, не в восторге. Пытался выудить детали, намекал, что это сорвёт «ключевые сделки». Я сослался на аудиторов и новые стандарты, но он кипел, как вулкан. Рита, может, хватит этого маскарада? Гони его в шею, и я сам разберусь. Я переживаю за тебя, дочка.

- Что именно он сказал? - спросила я, напрягшись, но стараясь сохранить лёгкость в тоне.

- Бурчал про «некстати» и «срыв планов». Кажется, проглотил версию с аудитом, но глаза у него бегали, как у лиса в курятнике. Марго, ты уверена, что справишься?

- Абсолютно, пап. Я твоя дочь, помнишь? У нас в крови упрямство. А переживания оставь для внуков, которых я когда-нибудь тебе подарю. Только не от Михаила, разумеется.

Он хмыкнул - смесь гордости и беспокойства:

- Ладно, упрямица. Но при малейшем намёке на опасность - звони. Люблю тебя.

- И я тебя, пап.

Я убрала эскизы и поехала в магазин. Купила всё для его любимого блюда: сочный стейк, свежие овощи, бутылку дорогого бордо - такого, от которого Михаил всегда млеет и становится сговорчивее. Идеальная жена встречает мужа после командировки: сценарий, отточенный до мелочей. Дома я переоделась в лёгкое платье - неброское, но подчёркивающее изгибы фигуры. Накрыла стол, зажгла свечи. Театр абсурда был в самом разгаре, и я играла свою роль с азартом охотницы. «Пусть думает, что я всё та же скучная Марго с зайчиками. Скоро он узнает, каково быть пойманным в ловушку».

Михаил вернулся около девяти. Дверь хлопнула громче обычного - первый признак, что вулкан внутри него вот-вот взорвётся. Он вошёл в кухню, сбрасывая пиджак на спинку стула с такой силой, будто это был его главный враг. Его челюсти были сжаты, взгляд - ледяной и подозрительный, движения резкие, как у человека, привыкшего всё контролировать, но чувствующего, что ниточки ускользают.

- Привет, милый! - я улыбнулась, подходя для поцелуя, и чмокнула его в щёку, хотя внутри всё сжималось от отвращения. - Как поездка?

Он ответил поцелуем - сухим, механическим, - но его мысли явно витали где-то в офисе, среди рухнувших планов.

- Нормально. Марго, твой отец совсем с ума сошёл?

- В смысле? - я изобразила удивление, достойное престижной кинопремии: округлила глаза, чуть наклонила голову.

- Аудит! Отозвал доверенности у всех директоров всех отделов компании. Теперь каждую бумажку нужно согласовывать с ним лично! - Он прошёл к бару, плеснул себе виски, и стекло звякнуло о бутылку - признак, что руки у него дрожат от злости.

- Ой, наверное, это из-за этих зануд-аудиторов, - вздохнула я сочувственно. - Ты же знаешь, как они любят всё усложнять. Садись, ужин готов.

- Аудиторы… - он хмыкнул, осушая стакан одним глотком и наливая ещё. - Это может разрушить все планы!

«Надеюсь, дорогой, - подумала я с внутренней ухмылкой. - Твои планы и так уже трещат по швам». Но вслух сказала:

- Какие планы? Расскажи, может, я поговорю с папой? Он меня послушает, если поныть как следует.

Он резко обернулся, и в его глазах - обычно спокойных, как у удава, - мелькнуло подозрение:

- А ты ничего не знаешь об этом аудите?

- Откуда? - я невинно пожала плечами, разыгрывая полную простодушность. - Папа не посвящает меня в дела фирмы. Я же только зайчиков и лисёнков рисую, помнишь?

Моя наигранная простота сработала как часы. Михаил расслабился - плечи опустились, взгляд потеплел, и он даже улыбнулся, хотя улыбка вышла кривой, как у человека, который пытается спрятать раздражение за маской заботы.

- Прости, дорогая. Просто всё это так некстати. У меня были договорённости, контракты… - Он сел за стол, и я налила ему ещё виски, наблюдая, как он жадно пьёт.

За ужином виски постепенно сделало своё дело. Михаил начал рассказывать о поездке - о встречах с партнёрами, о «перспективных сделках», которые якобы сулили золотые горы. Я слушала, кивала, подливала ему виски, себе вина, а внутри смаковала, как ловко играю свою роль. «Ты думаешь, я верю в твои сказки? - думала я, глядя на его оживлённое лицо. - Продолжай, Миша, копай себе яму глубже».

- А ты как провела эти два дня? Скучала? - спросил он, наконец, посмотрев на меня с той фальшивой нежностью, которую я теперь видела насквозь.

«По тебе - ни секунды, милый. Скорее, наслаждалась тишиной без тебя», - подумала я, но улыбнулась:

- Работала над иллюстрациями. И да, немного скучала. Без тебя дом кажется пустым.

После ужина мы перешли в гостиную. Михаил включил новости, я устроилась рядом, положив голову ему на плечо - идеальная картинка семейного вечера. Но я чувствовала его напряжение: мышцы были как струны, взгляд то и дело скользил к телефону. В какой-то момент его мобильный завибрировал. Он бросил взгляд на экран и поспешно отклонил вызов, но я успела увидеть имя: Илья С.

- Кто это? - спросила я с невинным любопытством.

- Спам, - буркнул он, быстро убирая телефон в карман. - Достали эти продажники.

«Спам по имени Илья? - мысленно хмыкнула я. - Ты становишься неосторожным, дорогой. Или это нервы шалят?» Я сделала вид, что поверила, и уютнее устроилась на его плече.

Мы легли спать около полуночи. Михаил ворочался, вставал за водой, снова ложился - его беспокойство было почти осязаемым. Я притворялась спящей, но следила за ним краем глаза. В какой-то момент он тихо встал и ушёл в кабинет. Через пару минут до меня донесся приглушённый голос мужа. Я бесшумно подкралась к двери, затаив дыхание.

- …нет, это не совпадение! - голос Михаила дрожал от напряжения, с нотками паники, которой я раньше в его интонациях не слышала. - Старик что-то заподозрил… Да, я тоже так думаю… Нужно ускориться… Нет, Лена пусть пока не высовывается… Илья, просто сделай, как я сказал!

Я вернулась в постель до того, как он закончил. Когда Михаил лёг рядом, я сонно пробормотала:

- Где ты был?

- Пил воду. Спи, дорогая, - он обнял меня, и его объятие показалось мне особенно фальшивым - как у актёра, который устал от роли.

Утром Михаил уехал рано, сославшись на «важную встречу». Его прощальный поцелуй был рассеянным, взгляд - настороженным. Как только дверь за ним закрылась, я позвонила отцу:

- Пап, они что-то затевают. Ночью Михаил говорил с Ильёй Старостиным. Сказал, что нужно ускориться.

- Спасибо, Марго. Мы усилим контроль, Виктор уже на страже, служба безопасности следит за ним практически круглосуточно. Но, дочка, будь осторожна - Михаил хитёр, как лис, а теперь ещё и загнанный в угол.

- Я справлюсь, пап. Это моя игра тоже.

Положив трубку, я достала визитку Ильи. Его номер, написанный от руки, словно бросал мне вызов. Вчера в «Гранд Паласе» он показал себя не пешкой, а игроком - умным, наблюдательным, с лёгкой наглостью и чертовски обаятельным взглядом, который застревал в голове, как заноза. Он задел меня сильнее, чем я хотела бы. Но игра есть игра, и я собиралась разыграть свою карту.

Я набрала Ксению:

- Ксюш, мне нужно снова встретиться с Ильёй и опять, абсолютно «случайно». Но не в ресторане - где-то в общественном месте, где моё присутствие будет выглядеть естественно.

- Ты прирождённая авантюристка, Марго! - хихикнула она, и в её голосе сквозила смесь восхищения и беспокойства. - Ладно, поищем варианты. Саша уже копается в его соц.сетях - Илья любит деловые форумы и презентации. Но будь осторожна, хорошо? Этот Илья выглядит как тип, который может переиграть кого угодно.

- Всегда осторожна, Ксюш. Но знаешь что? - я усмехнулась. - Мне эта игра начинает нравится, адреналин, так и кипит у меня в крови.

Я положила телефон и посмотрела на эскиз лисёнка. Он смотрел на меня с листа, будто подбадривая: «Ты справишься, Марго». Я начала получать настоящее удовольствие от происходящего, и я была готова пойти ва-банк.

ГЛАВА 12.

Следующие несколько дней дом окутала напряжённая тишина, словно весь мир затаил дыхание, давая мне время отточить свой план мести. Михаил возвращался домой с точностью швейцарских часов, с подчёркнутой заботой в каждом жесте: то букет алых роз на столе, то комплимент моим новым эскизам, произнесённый с такой слащавой нежностью, что я едва сдерживала желание закатить глаза. Но его глаза - холодные, как сталь, и неспокойные, как море перед штормом - выдавали всё. За маской идеального мужа пряталась ярость кукловода, чьи нити начали рваться. «Инвестиции окупятся, говоришь? - мысленно усмехалась я, ловя его фальшивую улыбку. - Посмотрим, как ты запоёшь, когда твоя империя обмана рухнет, как карточный домик».