Левиафан - Эндрюс Хелен-Роуз - Страница 62

Тем временем лодка полностью соскользнула в воду. И как только она начала подпрыгивать на волнах, я увидел то, что положило конец моим сомнениям, — недостающую часть головоломки.

Генри!

Мальчик неподвижно лежал на корме, его темноволосая голова безвольно перекатывалась из стороны в сторону в такт с качкой. Эстер неожиданно ловко подтянулась, перевалилась через борт и забралась в лодку. В своем развевающемся белом одеянии она уселась спиной к ветру и взялась за весла.

Несущийся со стороны моря ураган сбивал с ног, и я был уверен — Эстер не сумеет даже толком отчалить от берега. Но существо, живущее в ней, обладало мощью, во много раз превосходившей обычные человеческие силы. Весла мерно поднимались и опускались, рассекая воду. Лодка начала уходить в море.

Мэри заметила Генри на мгновение позже меня. Не мешкая ни секунды, она подобрала юбки и бросилась бежать, словно солдат, ринувшийся в смертельную атаку. Мэри неслась вниз по склону, выкрикивая имя брата.

Я взглянул на Мильтона. Тот пожал плечами и побежал следом. Я последовал за ним, набирая скорость, и с удивлением понял, что не чувствую ни боли, ни скованности — от раны на бедре остались лишь воспоминания. Я обошел Мильтона и нагнал Мэри, а затем, оставив ее позади, начал стремительно сокращать расстояние между собой и лодкой. И хотя я мчался навстречу опасности, ощущение вернувшихся сил переполняло восторгом. Ноги вязли в песке, но на мой бег это почти не влияло. Я ненадолго почувствовал себя мальчиком, наслаждающимся радостью жизни и свободой движений.

Только поравнявшись с тем местом, откуда отчалила Эстер, я понял, насколько далеко она успела уйти от берега. Под килем ее суденышка было уже не меньше пяти-шести футов. Весла двигались с такой легкостью, что казалось: удерживающие их руки способны повелевать волнами. Я понимал — кричать бесполезно, и все же позвал ее. Мой крик потонул в неистовых завываниях ветра, поднимавшихся к небесам, словно хор рассерженных голосов.

Я уже был по колено в воде, когда примчалась Мэри и с ходу бросилась в прибой. Следом за ней прибежал Мильтон. Оглянувшись, я с удивлением увидел, что мой старый учитель стаскивает сапоги, намереваясь плыть вместе с нами.

Лодка тем временем отплыла уже на сотню ярдов. Я сделал еще несколько шагов. Налетевшая волна ударила меня в живот, и я едва не задохнулся от холода. Когда я погрузился по грудь, с неба начали падать крупные хлопья снега. Я поплыл. Остальные последовали за мной. Сделав несколько гребков, я обернулся. Мэри отчаянно сражалась с течением, но у нее не хватало сил, и она почти не двигалась с места. Мильтон был чуть более искусным пловцом, но и он греб короткими неловкими движениями, с трудом отбиваясь от атаки волн.

Я нырнул, позволив очередному валу пройти над моей головой. Затем вынырнул в ложбине между двумя водяными стенами и крикнул в сторону берега:

— Возвращайтесь! Я догоню их!

Налетевшая волна плеснула в лицо, нос и рот заполнились соленой водой. Не знаю, поняли ли они меня, но я не стал дожидаться ответа и снова нырнул. А когда выскочил на поверхность, то оказался в полном одиночестве среди вздымающихся ледяных валов, вдалеке между ними мелькала подпрыгивающая корма рыбачьей лодки. Я не был уверен, что сумею исполнить обещанное, но попытаться стоило.

Я греб и греб и каким-то чудом, преодолевая один мучительный фут за другим, догнал лодку. Совершив последний отчаянный рывок, на который ушли остатки сил, я приблизился к ней. Когда посудина заскользила вверх носом на очередной волне, а корма опустилась вниз, неимоверным усилием мне удалось подтянуться и вцепиться в край борта. Стиснув зубы, я попытался втащить тело в лодку, животные вопли и стоны, которые я издавал при этом, страшили меня самого.

Беглянка заметила непрошеного пассажира. Я едва не рухнул обратно в ледяную бездну, когда весло плашмя опустилось мне на голову. В глазах потемнело. И все же я отчетливо видел нависшее надо мной лицо Эстер: от холода оно было почти пурпурного цвета, на фоне клубящихся облаков и снежной круговерти сестра казалась ужасной незнакомкой. Она замахнулась для нового удара. В этот короткий миг я сумел наконец перевалиться через борт и, рухнув на дно лодки, откатился в сторону. У меня перехватило дыхание, грудь разрывалась от боли. Я со стоном перевернулся на бок, вытянул руку и коснулся кончиками пальцев лодыжки Генри, неподвижно лежавшего на корме. Кожа мальчика оказалась настолько холодной, что трудно было понять, жив он или мертв. Я сел, задыхаясь, кашляя и выплевывая воду.

Тем временем Эстер, похоже, оставила надежду силой выпихнуть меня из лодки. Она вернулась на сиденье и теперь наблюдала за мной враждебным взглядом. Откашлявшись, я подполз к Генри и, стоя на коленях, склонился над ним. Мальчик превратился в ледышку, он едва дышал, но был жив. Широко раскрытые глаза Генри смотрели на меня, ставшего его спасителем.

Вступать в разговоры с Эстер не имело смысла. Я готов был сражаться с кем угодно, чтобы освободить сестру, но слушать болтовню демона — пустая трата времени. Лодку кидало с волны на волну и уносило в море. Я стоял на корме, покачиваясь и стараясь сохранить равновесие. Эстер, сузив глаза, смотрела на меня. А я — на нее, делая вид, что не решаюсь сдвинуться с места. Затем одним быстрым движением сделал ложный выпад вправо к лежавшему возле борта веслу, но в последний момент шагнул влево и выхватил у Эстер второе весло, которое она все еще сжимала в руке. Рывок оказался достаточно сильным, Эстер пошатнулась и упала на дощатое днище. Завладев веслами, я взялся за румпель и начал тянуть изо всех сил, пытаясь развернуть наше суденышко.

Мне пришлось бороться с течением, потребовалась целая вечность, прежде чем лодка описала широкую дугу и встала носом к берегу. Все это время Эстер сидела, скорчившись на дне, и смотрела на меня из-под упавших на лицо волос каким-то странным выжидательным взглядом.

Теперь, когда мы легли на нужный курс, дело пошло гораздо быстрее, волны подхватывали суденышко и сами несли к берегу. Однако не успел я перевести дух, как что-то с силой толкнуло нас в правый борт. И это не был удар волны или порыв ветра, толчок больше походил на преднамеренную атаку каким-то живым существом, находящимся под поверхностью воды. Я отлетел к противоположному борту и вцепился в планширь. Эстер швырнуло мне под ноги. Когда я выпрямился и оглянулся в ту сторону, откуда пришел удар, крик застрял у меня в горле. Не в силах пошевельнуться, я смотрел на то, что поднималось из морских глубин.

Глава 28

Вопреки тому, что я видел до сих пор в собственном доме, и тому, что в данный момент происходило у меня на глазах, я не верил собственным глазам. В глубине сердца я не мог заставить себя поверить. Истории о древних монстрах, чудовищных божествах, о демонах, способных похитить душу и завладеть разумом, — все это просто сказки, порожденные фантазией людей, живших в непросвещенные времена. Рассказы, будоражащие воображение, но они не имеют отношения к реальности.

Однако существо, которое ворочалось рядом с лодкой, поднимаясь возле носа и исчезая под днищем, было вполне реальным. Темно-зеленое, почти черное, бугристое тело с жесткой гривой вдоль хребта. Чудовище двигалось быстрее течения. Я не видел его полностью — оно неслось под самой поверхностью, то всплывая чуть выше, то уходя в глубину, — но это были футы и футы блестящего налитого мышцами туловища. Наблюдая за этим скольжением, я понимал, насколько же он огромен.

Ветер раскачивал лодку. Я не стал дожидаться, пока чудовище проплывет мимо. Отодвинувшись от Эстер, которая все еще сидела у моих ног и без тени волнения следила за монстром, я пробрался к веслам, бросив по дороге торопливый взгляд на Генри: мальчик по-прежнему лежал, уставившись в небо. Я сел на весла, теперь лицо мое было обращено в сторону моря навстречу ветру, и принялся грести. Когда нас подбросило на гребне волны, я увидел, куда так стремительно двигалось чудовище — к кораблю.