Киоко. Милосердие солнца - Июльская Юлия - Страница 5

– Тору, ты идиот, – вздохнула Чо в пустоту. Шиноби уже исчез, растворившись в рыночной толпе.

Новая боль от потерь

– Почему он оставил тебя? – Иоши недоверчиво покосился на Чо. Вся эта история казалась слишком уж невероятной. Вот так просто посреди рынка похитить человека?

– Потому что знает: я приду, – сухо ответила Чо. – Я, в общем, и зашла, только чтобы предупредить, что ухожу.

– Ты не можешь идти одна, – возразила Киоко. Она уже успела привести себя в порядок после тренировки и теперь – в песочном наряде, расшитом белыми лепестками, с орхидеей-цаплей, выглядывающей из той же причёски, что когда-то ей сделал Иоши, – была готова к встрече с сэнсэем.

Иоши слишком хорошо знал Киоко, чтобы не понимать, к чему та клонит.

– Ты никуда не пойдёшь.

Она улыбнулась так, как улыбалась во дворце всем гостям – вежливо и совершенно неискренне:

– Иоши, ты не можешь мне запретить.

Спорить было бесполезно, поэтому он повернулся к куноичи:

– Ты говоришь правду? Или просто решила вернуться к своим?

Её рот тут же исказился в гримасе.

– Издеваетесь? Я ради вас клан бросила, чтобы теперь терпеть это недоверие?

– Думаю, – встряла Киоко, – Первейший хотел спросить, как вышло, что в таком людном месте удалось похитить кого-то столь заметного, как Ёширо. Всё-таки даже в Западной области рыжеволосых не найти, разве что несколько ногицунэ, оставшихся после разрушения Минато, да и то преимущественно у побережья.

Куноичи смотрела исподлобья, в чёрных глазах смешались злость и обида.

– Смешаться с толпой – раз плюнуть. Напялить на него касу, чтобы скрыть волосы, – ещё проще. Сделать так, чтобы жертва не шевелилась, – две капли парализующего яда. Итого – три простейших шага. Если вы настолько недооцениваете нас, боюсь представить, насколько вы недооцениваете своих настоящих врагов. Вот и вопрос: ту ли сторону я выбрала?

– Пока вы препираетесь, рыжего, может, пытают, – встряла Норико. – Я пойду с выскочкой, заодно и за ней прослежу.

– Это ты меня выскочкой назвала, блохастая? – Чо выгнула бровь и уставилась на бакэнэко.

Иоши только вздохнул:

– Идите.

– Вдвоём справитесь? – уточнила Киоко.

– Это всего лишь клан шиноби. Не твоего уровня противник, – хмыкнула Норико. – Готовься к настоящей войне.

– Я справлюсь, – коротко ответила Чо и поклонилась. – Помощь мне ни к чему.

– Мне всё равно скучно. – Норико вытянула передние лапы и выгнулась. – Пойдём, хоть повеселюсь. Не скучайте тут без меня. – Последние слова были обращены к Киоко и Иоши. Бросив их, Норико выскочила из павильона.

– Может, Хотэку стоит отправить с вами? – предложил Иоши Чо.

– Хотите приставить ко мне побольше глаз и ушей? – насмешливо уточнила она. Иоши не собирался просить прощения за подозрения. Ни один самурай в здравом уме никогда бы не стал доверять куноичи, его опасения не были так уж беспочвенны.

– Хочу, чтобы всё вернулись. И по возможности в целости, – твёрдо сказал он.

– Мы вернёмся. Если ваша кошка не влезет в неприятности – всё пройдёт гладко, к страже лисы будем во дворце.

– Если не вернётесь к страже лисы, мы отправимся следом, – пообещала Киоко. Иоши скрипнул зубами. Она владела мечом не лучше десятилетнего ребёнка, а дар тянул из неё слишком много сил. Он не был против, когда она сражалась в Минато, потому что это было значимо для всех и потому что за ней приглядывали… Но стычка с шиноби точно не та неприятность, ради которой стоит собой рисковать. Не сейчас.

– Если не вернёмся к страже лисы, подождите до восхода, – возразила Чо.

– Чтобы за ночь вас успели убить?

– Тору не станет меня убивать.

Уголки губ поползли вверх, выдавая недоверие Иоши.

– Отчего же? – спросил он.

Чо замялась на несколько мгновений, подбирая слова, а затем коротко ответила:

– Мы всё ещё семья.

Он хотел было возразить, но Киоко его остановила:

– Мы подождём до рассвета.

Иоши кивнул, соглашаясь, и добавил:

– В случае необходимости отряд самураев будет готов незамедлительно выступить.

– Это излишнее беспокойство.

– Это не беспокойство, – поправил он, – это предусмотрительность. У нас не так много союзников, а в тебе есть знания, недоступные нам. Глупо будет вот так тебя потерять.

Через оскорблённую маску, которую Чо изо всех сил пыталась удержать, пробилась едва заметная улыбка. Похоже, и самым холодным из людей приятно, когда ими дорожат.

Норико одним прыжком соскочила с крыльца и тут же упёрлась в чью-то ногу.

– Куда несёшься? – усмехнулся птиц. Она задрала морду и посмотрела в его улыбающееся лицо.

– Лисёнка спасать. Не слышал последних новостей?

– Что-то с Ёширо? – Хотэку тут же посерьёзнел и опустился перед ней, скрестив ноги.

– Ага, Тору похитил.

– Шиноби? – Его тонкие пальцы тут же принялись щипать травинки. – Зачем им кицунэ?

– Затем, что он был рядом с Чо.

С травинки, которую Хотэку отбросил в сторону, опрокинулась букашка. Она упала на спину и теперь беспомощно шевелила ножками, пытаясь зацепиться за воздух.

– Стоило догадаться, что по возвращении у нас будут с ними трудности. И почему я об этом не подумал…

– Потому что есть трудности посерьёзнее, – махнула хвостом Норико. – Да ладно тебе, сейчас мы с Чо сбегаем и мигом его вернём.

– Вдвоём? – Хотэку заметил перевёрнутого жучка и протянул ему травинку, тот вцепился и тут же пополз вверх, к руке птица. – Я пойду с вами.

– Да что вам всем неймётся?

Букашка перебралась на его большой палец.

– Что Киоко, что ты. Расслабься, всего лишь горстка шиноби. – Норико усмехнулась, стараясь говорить непринуждённо, но Хотэку это не убедило. Он аккуратно опустил руку и позволил насекомому перебраться на землю, после чего серьёзно посмотрел на Норико.

– В прошлый раз эта горстка шиноби похитила нас всех, и удрать нам удалось только благодаря Чо. Я не хочу, чтобы с тобой… – Он запнулся. – Чтобы с вами что-то случилось.

Хвост дёрнулся против воли.

– Брось, птиц. В прошлый раз Чо внушала больший ужас, чем все остальные, а сейчас мы на одной стороне.

– Она не очень-то искусно фехтует, – возразил он.

– Зато замечательно врёт и делает гадости исподтишка. В отличие от самураев.

Он задумался на миг, а затем медленно кивнул.

– Хорошо, в этом есть смысл.

– Вот и не переживай. – Она поставила передние лапы ему на ноги и заглянула в глаза. – Ночью уже будем дома.

Он наклонился вперёд, и его лицо оказалось у самой мордочки, так что Норико пришлось приложить все усилия, чтобы не отпрянуть и не отвести взгляд.

– Я буду ждать тебя в саду, – прошептал он и чмокнул её в нос. Норико дёрнулась от неожиданности и отскочила. До ушей долетела усмешка.

Когда она пришла в себя, Хотэку уже поднялся на крыльцо.

– Зачем? – из горла вырвался тихий писк, и она тут же пожалела, что открыла пасть.

– Боюсь, чтобы узнать, тебе придётся вернуться, – ответил он, не оборачиваясь, и скрылся в тёмном проёме павильона, откуда тут же вышла Чо.

– Пошли, блохастая, – крикнула она и спрыгнула с крыльца.

– К твоему сведению, у бакэнэко нет блох, – проворчала Норико.

Куноичи пожала плечами:

– Не имеет значения.

– Это глупо. Как если бы я тебя называла вшивой. Тебе нужно придумать другое оскорбление, потому что на это оскорбиться невозможно.

Чо остановилась и серьёзно посмотрела на Норико.

– Ты как себя чувствуешь?

– А что?

– Всё это ты могла сказать куда более язвительно. Упускаешь возможность поглумиться надо мной.

– Ой, да отцепись.

– У-у-у… Ты точно не в порядке. Трудности с крылатым, да?

Норико шикнула:

– А ты здесь на разведке или что?

Куноичи примирительно подняла руки и молча пошла к западным воротам, которые отчего-то звались воротами Пустоши, хотя именно они вели в город. Норико поплелась следом, уже жалея, что вообще решила отправиться за Ёширо. Лис, конечно, не виноват в том, что Чо – та ещё заноза в лапе, но всё больше хотелось отослать её одну, да желательно так, чтобы там она и осталась. Как знать, может, шиноби прибьют её, Норико вернётся с кицунэ и все будут счастливы.