"Фантастика 2025-167". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Фонд А. - Страница 67

— В Австралии, мой диплом тоже, не произвел большого впечатления. К тому же, английский я знаю не очень хорошо, во всяком случае, его австралийский вариант, а испанский, португальский или некоторые индейские наречия, в этой стране, не особенно интересны. Ну, а дальше ты в общем-то в курсе. Мне удалось устроиться официанткой в одном из местных кафе. Познакомилась с Джеком, он работал слесарем в автомастерской, и всегда обедал как раз в том кафе где я работала. И мы стали жить вместе. В какой-то момент, до нас дошли слухи о том, что кто-то из его друзей, здорово поднялся на «артефактах» с закрытых земель, и мы решили отправиться туда, чтобы немного заработать. Машину, правда пришлось брать в аренду, но сейчас, после того, что произошло, это уже никого не волнует, хотя в начале, пришлось влезать в долги, чтобы собраться в экспедицию. Остальное тебе известно.

На четырнадцатый день плавания, нас принесло к берегам Латинской Америки. Кому именно принадлежали сейчас эти берега, я не знаю, хотя по всему выходило, что наш плот не мог никак уйти дальше устья Амазонки, и в тоже время, на Бразилию все это было ну никак не похоже. Хотя бы потому, что по берегу, не проглядывалось ни единой постройки, да и ночью было абсолютно темно. Я прекрасно помню ночные фотографии материка, сделанные из космоса. Побережье Латинской Америки, от столицы Аргентины, и вверх до устья Амазонки, залито ярким светом, из-за освещения прибрежных городов. И все это прекрасно прослеживается, со стороны моря. О том, что восточный берег материка не спит ни днем, не ночью, кричали все средства массовой информации. А сейчас перед нами была полная темнота. Мало того, даже Ева, можно сказать не узнавала этих берегов. Если я здесь побывал всего однажды, с семьей в туристической поездке, во время морского круиза, то моя подруга проходила здесь практику, и довольно долго находилась именно в этих местах. Но и она утверждала, что просто не понимает, как такое могло произойти.

В свете всего увиденного вырисовывалось два варианта. Я больше склонялся к тому, что нас забросило в далекое прошлое. Ведь даже мы с подругой появились на острове из разных лет. Да и раньше я не однажды слышал о том, что будущего, как бы и нет. В том смысле, что именно мы и прокладываем дорогу туда. Но опять же, наверняка тоже самое говорили и в мире Евы, а я для нее, как раз и являюсь выходцем из этого самого будущего.

Но с другой стороны, если бы мы попали именно туда, в то самое будущее, пусть даже после произошедшего Апокалипсиса, то наверняка встретили бы здесь, хоть какие-то намеки на него. Например, разрушенные дома, затопленные ржавые корабли, или что-то еще. Ведь та же Форталеза, напротив которой мы как бы сейчас и должны были находиться, была крупным портовым городом. И если Ева тут же узнала это место, по выступающему в море мысу, то после очень сомневалась, только потому, что все остальное выглядело совершенно иначе. Вместо десятков небоскребов, и песчаных пляжей, с шезлонгами и полосатыми зонтиками, мы видели только болотистый берег поросший мангровыми лесами, и коралловые отмели, выступающие над уровнем воды.

Нам повезло войти в русло прибрежного атлантического течения, устремляющегося на север, вдоль берегов материка, и поэтому следующие две недели, мы плыли буквально в паре километрах от берега, постоянно выглядывая, хоть какие-то поселения на его берегах. Единственное, которое удалось разглядеть, находилось уже в устье Амазонки, на одном из островов. Я уже собирался повернуть к берегу, как Ева, разглядывающая берег через бинокль, вдруг уронила его на палубу, и перегнувшись через борт, вывалила в воду весь свой завтрак. Оказалось, что на берегу, проводятся человеческие жертвоприношения. Которые я разглядел, подняв бинокль. Увидев то, что там происходило, у меня тоже резко убавилось желание пристать к берегу, из опасения того, что очередной жертвой, можем стать именно мы. Правда, похоже местные жители, и сами оказались довольно глазастыми.

Довольно скоро, от берега, отошли сразу три или четыре длинных лодки, и довольно быстро понеслись в нашу сторону, «высказывая» явно не мирные намерения, потрясая своими копьями и выражая немалую агрессию в нашу сторону. Во всяком случае, стоило им подойти на расстояние выстрела, как в борт нашего плота, и стенку домика, впилось сразу несколько стрел. И с каждым попаданием, со стороны лодок, были слышны явно радостные крики. Выбирать не приходилось, скорость пирог, явно была выше скорости нашего плота, и если бы мы раздумывали, боюсь следующими жертвами стали бы именно мы.

Поэтому прикрывшись бортом плота, бегом нырнул в хижину, подхватил автомат с подсумком, а выбравшись, сразу же, отправил несколько коротких очередей в сторону приближающихся к нам лодок, и похоже зацепил своими выстрелами нескольких гребцов или воинов. А когда ко мне присоединилась и Ева, вооружившаяся винтовкой, пыл преследовавших нас местных индейцев, резко пошел на убыль. Тем более, что мы стреляли именно на поражение, а когда, в преследовавших нас лодках вдруг стали стремительно нарастать потери, индейцы похоже поняли, что связываться с нами не стоит.

— Toopa dana, toopa dana! Dia aharah degra gruntur dan kirat!

Услышал я гортанные выкрики, раздавшиеся с со стороны преследователей, которые оказались уже довольно близко. Орал, какой-то индеец, разукрашенный яркими красками, с огромным ирокезом в виде разноцветных перьев на голове, размахивая руками, в одной из которых находился длинный лук. Мне показалось, что он улыбается и дразнит меня, называя тупым.

— А, так я еще и тупой⁈ — В их выкриках явно слышались оскорбления в мою сторону, во всяком случае «Toopa dana» вырывающееся из уст этого индейца я воспринял как — Тупой Дан. Ева частенько сокращала мое имя до этих трех букв, и мое имя, услышанное со стороны индейцев, взбесило меня до невозможности. В порыве ярости, достал из подсумка гранату, воткнул ее в подствольный гранатомет, и прицелившись выпустил в сторону индейцев. Лодки последних, как раз разворачивались боком, и граната, удачно влетела в одну из них, чуть ли не в самую середину, переломив ее на две части и тут же отправив ее на дно. И в тот же момент, выстрелы с их стороны разом прекратились. А находящиеся в пирогах люди, вдруг одновременно опустились на колени, и склонили головы. И хотя крики со стороны преследователей, стали еще сильнее, причем я слышал именно первые два слова, которые бесили меня больше всего, но сейчас в их криках чувствовалась какая-то обреченность. Если еще минуту назад, они подбадривали себя, направляя погоню, то сейчас это были скорее мольбы по помощи, и какие-то стенания.

— Что это вдруг с ними произошло? — Удивленно произнес я, тем не менее, продолжая держать ствол в направлении пирог. И Обернувшись, увидел Еву, сидящую у мачты, со стрелой в предплечье правой руки. И в этот момент, вновь услышал:

— Toopa dana, toopa dana!

— Ах вы скоты! Вам мало? — вырвалось у меня на русском языке. — Я вам, сейчас покажу, кто из нас тупее!

Приложив, автомат к плечу, я выпустил в сторону пирог оставшиеся пули из автомата, а после потянулся за винтовкой, лежащей возле своей подруги.

— Не стоит Даниэль! Поверь, они больше не станут стрелять, лучше помоги мне.

Девушка похоже держалась из последних сил, поэтому я дотронувшись до нее, просто заставил уснуть, чтобы та не чувствовала боли, а затем, подхватив винтовку, все-таки обернулся в сторону преследователей. Судя по тому, что я увидел, они правильно поняли, что их ожидает, и сейчас оставшиеся в живых, со всех ног, если можно так выразиться улепетывали в сторону берега. Я же, пристроившись возле Евы, только собрался было схватиться за стрелу, как мой взгляд упал, на такую же стрелу, воткнувшуюся в стену домика. Судя по наконечнику, выдергивать стрелу из предплечья, означало бы рвать и без того порванные мышцы. Наконечник стрелы, оказался выполненным из грубо обработанного камня. Тот, что воткнулся в стену домика, был похож на латинскую V, с выступающими широкими перьями основы, зазубренными по краю, и имел некоторые провалы, от края граней, к месту крепления на древке. То есть потяни, я сейчас эту стрелу в обратном направлении, и наконечник, в лучшем случае, останется в ране, а в худшем, захватит с собою мягкие ткани предплечья, и порвет все на свете. Я конечно смогу это подлечить, но лишний раз рвать живую плоть очень не хочется.