"Фантастика 2025-167". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Фонд А. - Страница 219

- Рад. Я искал тебя.

– Зачем? У нас встреча через несколько часов. Так ли соскучился, что уже не мог дождаться? Многие девушки говорили мне то же самое...

– Расскажу, да не в корчме, – Филипп не улыбнулся.

— Пойдем подальше от лишних ушей.

Дело серьезное, подумал Игнат. Никогда так не начинают встречу, особенно первую встречу после стольких лет, без веской причины... Даже странный Варган не поступал бы так без веской причины. Характерники молча добрались до высохшего колодца, где не было ни одной живой души.

— У тебя есть послание, — начал Олефир без вступительных предисловий. – Мой знакомый контрразведчик просил пересказать. Послание от Басюги.

- Басюги? Немира? – Игнат почувствовал, как его пробивает на холодный пот. — Есаула контрразведки передает мне личное послание?

— Вот именно, Эней.

Мир задрожал, готовый разлететься вдребезги.

– Я слушаю.

— Слова такие: все мы грешны и время от времени хотим подзаработать, но ты заигрался и должен остановиться, пока за тобой не пришли назначенцы.

Игнат перевел дыхание. Весь хмель последних часов мгновенно растаял. Неужели узнали?

– Это все?

— Разве нужно больше? Во что ты влип, Эней?

В болото навоза, откуда можно только врать.

– Никуда я не вмешивался, холера! Как ни говно, то засранная щепа... Курва! Просто несколько раз подрабатывал... Да, я знаю, что устав Ордена это запрещен, можешь не напоминать, — сказал Игнат. – Но все так делают! И на это всегда закрывали глаза!

Филипп поглядывал на него таким взглядом, за который Игнат готов был убить. Этот правильный Варган всегда посматривает свысока!

— Боно того не стоит, брат. У тебя семья...

— Откуда тебе знать о семье? – вспыхнул Игнат. – У тебя и девушки никогда не было!

Глаза Варгана потемнели. Игнат яростно дернул себя за усы.

– Извини.

- Принимается.

Надо успокоиться.

– Слушай. Не знаю, как там у казначеев, а мне зарплаты часового на семью не хватает. Вот и должен крутиться, понимаешь?

– Все понимаю и не осуждаю, – тихо ответил Филипп. — Но должен остановиться, брат. Назначенцы — смертный приговор...

- Я ведь не ребенок! С первого раза дошло. Понял, больше не буду. Просто трудность была большая, вот и пришлось...

Вдруг сияло радостное: если его предупреждают, значит, дают шанс. Он будет жить дальше!

– Слушай, Эней. Если нужны деньги, скажи, — сказал Филипп. — Я тебе одолжу... Ты ведь не писал никогда, что семья в беде.

Игнат от стыда не нашел ничего лучше, чем обнять брата.

– Спасибо, Варгане! – хорошо, что он не видит его красных ушей. – Но ничего не нужно. Я решил! С семьей тоже все хорошо.

Вдруг подумалось: а что, если Варган знает правду? И просто притворяется, чтобы проверить его и послушать врали?

Нет, быть не может. У страха баньки большие...

– Прекрасно! — Филипп наконец-то улыбнулся и Гнат мгновенно отбросил все сомнения. — Если вдруг потребуется, пиши непременно, я помогу.

— Спасибо, брат, я очень ценю… Посмотри! Черт! Что там горит?

Как будто сама судьба спасла его от продолжения разговора. Филипп огляделся и несколько раз вдохнул воздух носом.

- Горит здание. Большой пожар.

- Уверен?

– Мне этот запах хорошо знаком. Надо помешать огню распространиться, пока весь город не загорелся.

Они понеслись в сторону зарева, а Гнату все хотелось оглянуться и убедиться, не следят ли за ним молчаливые фигуры, ожидая малейшего намека на измену, чтобы выполнить смертельный приказ.

В прошлом году на главной площади Буды завершилось строительство новой ратуши. Амбициозный проект заказали у известного столичного архитектора Валерия Мищенко, строительство продолжалось несколько лет, так что превратилось в местную шутку — мол, пока сооружение не построят, все чиновники вместе с городским головой будут заседать в окрестных корчмах, поэтому это строительство не закончится никогда. Но работу таки завершили, площадь устлали брусчаткой, и новенькая ратуша с пятиэтажной башней превратилась в главную гордость Волчьего города, которую быстро монетизировали открытками Pryvit iz Budy и многочисленными рисунками разного уровня качества. Поговаривали, что зимой дагеротип с их ратушей напечатают на почтовых марках Гетманата.

Ярема немало разочаровался, когда увидел эту ратушу своими глазами.

— Вот и есть символ новой страницы жизни славного города? — пробормотал шляхтич цитатой из местного буклета. — Во Львове гораздо лучше.

Дорога характерника пролегла по крутой ступеньке на последний этаж, бессрочно арендованный Серым Орденом по договоренности с городским советом. В просторном зале царил аскетизм: карта Украинского Гетманата во всю стену, огромный круглый стол, кресла. На тяжелых дверях висело несколько замков, из трех панорамных окон двое заслонены деревянными створками. Из единственного свободного окна открывался живописный вид на восточный край города, мягко освещенный вечерним солнышком.

В зале ждали двое: есаула военных Николай Яровой и есаула разведчиков Мирон Демчишин в неизменном капюшоне к носу. Последний без приветствий хлопнул засовами на дверях:

- К делу.

Стол для совещаний был завален картами, схемами, дагеротипами и документами.

— Подытоживая встречу с военной разведкой и агентами Тайной стражи: Изумрудная Орда прекратила экспансию на восток, восстановила силы и готовится к новому вторжению. Направление неизвестно: либо юг, либо запад, то есть мы. Ребята чуть не разрываются по их улусам, – докладывал Данилишин. — А тут еще последовал новый случай: Объединенное княжество Валахии, Молдовы и Трансильвании утверждает, что Османская Империя планирует наступление на их земли. Мои люди подтверждают, что турки действительно готовятся к войне.

— Княжество ищет помощи?

– Да. Пригласили делегатов Гетманата на рассмотрение вооруженных сил Княжества и выводов о вероятном вступлении в Союз. В Киеве согласились с подчеркнутым словом «вероятного».

— Кроме гетманового посланника должен уехать один из Ордена, кто-то понятливый. Это будешь ты, — приказал старший Яровой младшему. — Языком там владеешь?

– Вспомню.

Ярема едва удержался от улыбки. Новости невеселые, но новое поручение ему нравилось.

– Хорошо, – в голосе Мирона и намека не было на одобрение. — Западно-южная граница очень важна. Несмотря на нехватку ресурсов, я не могу пренебречь возможной угрозой под боком. Мои люди говорят, что за последние месяцы Княжество существенно накопило военные силы, хотя признаков османского присутствия они не заметили. Из Крымского ханства в это время рапортуют о наплыве турецких агентов. Допускаю, Бухарест мог сговориться со Стамбулом и притворяется жертвой вероятной агрессии, замыливая нам глаза. Боссёрки молчат, а раньше мы постоянно обменивались новостями. В общем, брат, ситуация мутная, разобраться.

— Понять, что вызревает на Юге, — сказал Ярема.

Мирон кивнул.

– Где друг, а где враг, именно так. Миссия в Северном Альянсе доказала, что у тебя есть кебет. Отправишься в официальном статусе охранника атташе. На самом деле будете на равных, но ты за ним наблюдай.

– Понял.

– И не дай себя убить! Мы здесь скоро будем считать людей на пальцах рук.

– Не подведу, брат.

Данилишин вытащил трубку с длиннющим луком и принялся набивать ее каким-то удивительно смрадным табаком.

— Отправитесь через десять дней из Черновцов. Пробудьте в Княжестве сколько нужно, соберите все возможные сведения. Я хочу видеть полную картину, чтобы Совет Симох мог расставить приоритеты. Если они там сговорились... Мы не разорвемся на два фронта.

Есаула закурил, тяжелый дым поплыл по комнате.

- Вопрос есть?

Ярем вопросов не имел. Николай имел.

— Что за гадость ты смольешь?

– Nicotiana rustica, – ответил Мирон.

Это название Яровым ничего не сказала. Николай подмигнул внуку и продолжил:

— Слушай, брат, на улице такая жара... А тут все свои. Может, снимешь капюшон, а?