Воплощение Похоти 5 (СИ) - Некрасов Игорь - Страница 14

Она замерла. Свет погас, оставив лишь тусклое, пульсирующее свечение в её костях. Она медленно повернула череп в сторону Шарка, и её голос прозвучал ужасающим, диким тоном, в котором скрежет костей смешался со скрипом ржавых ворот в аду:

— ПРИ-ДУ-МА-ЛА!

Это был не крик, а декларация. Звук, от которого кровь стыла в жилах, а по коже бежали ледяные мурашки. Тот, уже напуганный этими тихими щелчками и мерцанием света, беззвучно обмяк, сползая со стула и грузно шлёпнувшись на пол в глубоком обмороке. Сата не обратила на это ни малейшего внимания. Она вытянула костяную руку, будто хватая невидимую нить.

— Мне нужны жертвы! — проскрипела она своим обычным, ровным, но теперь полным невероятной решимости голосом.

И, развернувшись, пулей вылетела из склепа, оставив позади груду костей, вонь и лежащего на полу Шарка. Гений, осенённый идеей, не терпит промедления.

Глава 7

В комнате царила приятная атмосфера. Я лежал на кровати в блаженном покое, наслаждаясь отдыхом после продуктивного дня. Он был настолько продуктивным, что я не сразу заметил резкий скрип открывающейся двери.

На пороге стояла Сата, от которой пахло костной пылью и гарью. Её чёрные кости отливали синевой в свете факелов, а сферы на посохе нервно подрагивали.

— Господин. Мне нужны жертвы, — заявила она своим ровным, лишённым всяких эмоций скрипучим голосом, словно сообщала о необходимости заказать ещё костей.

— Сата, — выдохнул я, приподнимаясь на локтях и переводя на неё взгляд. — Объясни поподробнее, пожалуйста… а то вот так вот… с порога…

— Я придумала! Я придумала, как создать генератор маны! — продолжила она, полностью игнорируя происходящее в комнате. — Основа — не просто боль, а процесс. Последовательность физических и ментальных издевательств, трансформирующая психику в идеальный катализатор для преобразования агонии в чистую энергию. Мне срочно требуются испытуемые для отработки методики и последующей фиксации их душ в качестве энергетических сердечников. Без живого, чувствующего носителя, способного к максимальной эмоциональной отдаче, конструкция не будет стабильной…

Она объясняла это долго, умно, с использованием таких терминов, что у меня в глазах начало двоиться. Но суть я уловил. Нужны были люди, которых она проведёт через череду издевательств, чтобы обучить их… или чтобы сломать их и превратить в батарейки, а потом из этих батареек собрать генератор.

Я задумался, потирая подбородок, стараясь сохранять деловой вид, несмотря на отвлекающие… факторы.

Кого ей отдать? Паладины… нет, они мне ещё для других дел нужны. Есть Олэк. Его можно сразу. Он тупица, и вряд ли от него будет большая польза. Также есть те рабы-парни, парочка… Вот не помню, обещал ли я их не трогать… Ну, в целом, и не важно. Сами виноваты, что поверили демону. Логично?

— Хорошо, — кивнул я, принимая стратегическое решение. — Бери. Рабов-парней и того последнего авантюриста, Олэка.

Сата коротко кивнула, её безглазый взгляд будто бы просиял от удовлетворения.

— Спасибо, господин! Эффективность возрастёт в два раза, — констатировала она и, развернувшись, так же внезапно вышла, хлопнув дверью.

Когда дверь за Сатой захлопнулась, в комнате воцарилась красноречивая пауза. Я медленно перевёл взгляд вниз.

Ольха, всё ещё не прерывая процесса отсасывания, приподняла на меня свой взгляд. Её змеиные зрачки сузились от концентрации, а из уголков губ потекли сперма и слюна. Несмотря на испачканное лицо, она не выпускала мой член изо рта, и её мощный хвост снова начал лениво вилять по каменному полу. Она прошипела что-то неразборчивое, но явно ободряющее, не прекращая своих старательных движений ртом.

Справа от меня, прислонившись к груде подушек, полулежала Анора. Её обычно суровое лицо было раскрасневшимся, а взгляд, полный смеси отстранённости и нескрываемой зависти, был прикован к Ольхе. Одна её рука сжимала край одеяла, выдавaя внутреннее напряжение, в то время как другая находилась между ног.

Слева, растянувшись с кошачьей грацией, возлежала Балия. Идеальная, как всегда, она наблюдала за происходящим с томной усмешкой, будто оценивала не слишком искусное, но занятное представление. Её рубиновые глаза блуждали по моему обнажённому торсу, затем переходили на Анору, и в них читалось ленивое любопытство.

А Эля, устроившись в ногах у Балии, с материнской нежностью разминала напряжённые мышцы демоницы. Её полуэльфийские черты сияли спокойным удовлетворением.

— Ну что ж… — тихо произнёс я, опуская голову на подушки и глядя в потолок. — Продолжим.

Это была не просьба, а констатация факта. Ольха ответила новым довольным урчанием, и её голова с новым энтузиазмом задвигалась в такт взмаху её хвоста. Анора закрыла глаза, сдавленно вздохнув. Балия протяжно и насмешливо выдохнула: «Наконец-то». А Эля лишь улыбнулась своей таинственной улыбкой, и все девушки, кроме Ольхи, у которой и так была очень важная задача, начали подползать ближе.

Комната снова погрузилась в истому, теперь уже ничем не омрачённую.

* * *

Тем временем на поверхности, в лесу, царил вечерний сумрак. Маленький шармук-разведчик, приставленный наблюдать за северным направлением, увлечённо грыз корешок, время от времени настораживаясь и вглядываясь в чащу. Его задание было простым: следить и переключать внимание на то, что движется.

И кое-что двигалось.

Из-за деревьев, крадучись и нервно оглядываясь, появилось пятеро человек в потрёпанной униформе барона. Впереди шёл сержант Гарт с перевязанной головой, а за ним — четверо таких же оборванных и подавленных солдат.

— Чёрт бы побрал нас, эти артефакты тогда забрать! — пробормотал один из них, спотыкаясь о корень.

— А разве мы виноваты-то? — огрызнулся другой. — Приказ был — очистить подземелье и забрать трофеи. Мы так и сделали! Это же обычное дело!

— А зачем мы сюда вернулись, Гарт? — спросил третий, самый молодой, в голосе которого слышалась дрожь. — Действуем ведь без приказа. И что нам это в итоге даст? Кроме новых проблем?

Гарт остановился, обернулся к своим людям. Его лицо было искажено отчаянием и злостью.

— Проблем? — он хрипло рассмеялся. — Нас уже разжаловали, Рорк! Из солдат в пушечное мясо! Нас поставят в первые ряды на штурм города, на первые лестницы! Мы будем ждать этого, что ли? Смерти? Я не согласен.

— Ну, я понимаю это, — не сдавался молодой солдат. — Но я не понимаю, что нам даст возвращение в эту проклятую дыру!

— А вдруг там есть ещё что-то? — в голосе Гарта зазвучала почти что мольба. — Что-то по-настоящему ценное, что мы не нашли в первый раз! Какой-нибудь потайной тайник! Если принесём барону настоящий могущественный артефакт, то… может, он передумает. Может, не станет нас сразу на убой посылать. Это наш единственный шанс!

Он говорил это с такой убеждённостью, что почти сам в это поверил. Солдаты переглянулись. Логика была шаткой, как подгнивший мост, но альтернатива — верная смерть на стенах Нааркома — была ещё страшнее.

— Ладно, — сдавленно выдохнул один из них. — Давайте, только быстрее…

И они пошли дальше, осторожно пробираясь по знакомой тропе. Они так увлеклись своим спором и собственным страхом, что не заметили маленького пушистого зверька, который, насторожившись, наблюдал за ними из-под куста.

Шармук видел врагов, но система разведки работала через Костяное Древо, а единственный наблюдатель у экрана в этот момент лежал без сознания на полу склепа, грустно посапывая.

Отряд Гарта тем временем вышел на опушку перед зияющим входом в подземелье. Всё было тихо и пусто.

— Смотрите, вроде всё так же, как когда мы уходили, — обернулся Гарт к своим, и в его голосе прорвалась надежда. — Идёмте, у меня хорошее предчувствие…

Он сделал шаг вперёд. Всего один неосторожный шаг, и тут же послышался сухой хруст веток под ногами. Земля провалилась, и Гарт с коротким, обречённым криком исчез в глубокой яме. Снизу донёсся отвратительный, чавкающий звук и один-единственный, обрывающийся стон.