Жнец. Книга двенадцатая (СИ) - Дарт Макс - Страница 32

— Ваше Величество… — как-то неуверенно начал Воронцов после того, как положил трубку. — Александр Петрович, он ведь сейчас в Заповеднике…

— Так, — кивнул Романов. — Ну же, Святослав Игоревич, смелее. Что успел натворить Новиков за полнедели на территории повышенной Рифтовой активности? — венценосному были искренне интересны причины необычного поведения своего помощника.

— Уничтожил клан Вольных Рифтеров, — у императора изогнулась бровь в непонимании, на что граф поспешил пояснить: — Имеется доказательная база, что они повинны в исчезновении отрядов Стражи, действующих на территории Заповедника. Александр Петрович был в своём праве, однако приговор Вольным вынес не он.

— А кто? — уже негодующе спросил Михаил.

— Для начала взгляните на это, — Воронцов протянул императору планшет, на котором было несколько изображений.

— Издеваешься? — усмехнулся Романов, глядя на несколько зданий, полностью поглощенных льдом. — Даже мне понадобилось бы немало времени, чтобы облачить несколько построек в лёд. Других Одарённых, способных на такое, я попросту не знаю. Монтаж?

— Никак нет, Ваше Величество, — отрицательно покачал головой и переключил несколько слайдов, оставив крупное изображение одного единственного человека. — Дело в том, что приговор Вольным вынес никто иной, как ваш отец.

Глава 17

— Этого быть не может, — тихо почти шёпотом проговорил Михаил Романов, глядя на изображение, открытое на планшете.

— Скажу больше, Ваше Величество, — не обращая внимания на замершего главу Российской империи, продолжал граф Воронцов, — ваш отец, Михаил Романович, представился своим полным именем. А если взять в учёт тот факт, что рядом с ним в этот момент находился Александр Петрович Новиков, который никак ему не помешал, то, полагаю, Канцлер уверен в том, что изображённый на фотографии мужчина — ваш отец.

— Хочешь сказать, мой отец, пропавший более десяти лет назад, шагнув в Великий Рифт, объявился, уничтожив клан Вольных Рифтеров⁈ — Михаил резко вскочил на ноги и всплеснул руками, что ему было совсем не свойственно. Начав мерить свой кабинет шагами, он добавил: — Святослав Игоревич, ты понимаешь, насколько это выглядит нелепым?

— Полагаю, Александр Петрович убедил вашего отца в суразности данного поступка, — пожал плечами личный помощник императора и, практически не сделав паузы, добавил: — К тому же, если мне не изменяет память, ваш отец хоть и владел льдом, однако славился горячностью своих поступков. Готов поспорить, что графу Новикову даже уговаривать Михаила Романовича не пришлось.

— Вот ты, Святослав Игоревич, говоришь так складно, что я склонен с тобой согласиться. Сам понимаю, что Новиков смог бы распознать в том, кто представляется пропавшим императором, самозванца. И если они действовали сообща, значит, что это и в самом деле мой отец, — размышлял, продолжая мерить свой кабинет, венценосный. — Но почему сейчас? Что мешало ему объявиться раньше или позже?

— Уверен, он об этом вам сам расскажет, Ваше Величество, — кивнул граф Воронцов. — Сомневаюсь, что после такого заявления, ваш отец не прибудет во дворец.

— С ним Новиков, Святослав Игоревич, понимаешь⁈ Да они вдвоём могут в какой-нибудь Великий Рифт в Заповеднике забуриться, забавы ради! Или чего хуже, начать спорить, кто закроет большее количество аномалий за определённый срок! Я не могу сказать, что мой отец является самодуром, но рядом с Рифтами он теряет голову, — Михаил замер, остановившись по центру своего рабочего кабинета. Вздёрнув голову, он провёл правой рукой по уже изрядно отросшей шевелюре светлых волос и проговорил: — Я не могу сидеть и ждать вестей о том, что Новиков решит выкинуть в очередной раз. Вели готовить императорский борт, Святослав Игоревич. Мы незамедлительно отправляемся в Заповедник.

Предположить того, что Романов окажется настолько силён, что взмахом руки заморозит обе казармы с находящимися внутри людьми, даже я не мог. В очередной раз понял, что в сражении со мной тот в самом деле не дрался в полную мощь, решив закончить дело одной техникой, на которую мне удалось найти управу. Не сдерживайся тогда Михаил I, боюсь, пришлось бы вносить некоторые правки в карты Заповедника.

Солнце уже практически стояло в зените, а я ещё даже не думал о том, чтобы отправиться в свой рейд по Рифтам.

Глядя на две огромные глыбы льда, я покачал головой, понимая, что внутри могли быть скрыты ещё некоторые тайны, на расследование которых сейчас попросту не хватало времени. Мне удалось отыскать лабораторию и, благо, сами оружейники клана Сибирских Волков не желали спать вместе с остальными в казарме, а поселились непосредственно рядом с местом своей трудовой деятельности. К тому моменту я уже не боялся, что Романов что-нибудь сможет сломать, так как лаборатории находились под землёй, когда часть базы Вольных Рифтеров, что была расположена на поверхности, служила для них маскировкой и защитой. Поэтому я дал команду пропавшему императору к действию, и тот в мгновение ока превратил две казармы в ледник.

Хочу отметить, что остальные члены клана Сибирских Волков, которым в этот момент повезло оказаться вне казарменных помещений, отчего-то решили сложить оружие. Хотя несколько смельчаков с артефактным огнестрелом всё же решило проверить свои игрушки в бою с Неограниченным, однако быстро присоединилось к своим более благоразумным товарищам, увидев, как пули не смогли даже поцарапать Стихийный Доспех Романова.

Верхушка клана так и вовсе не возжелали как-либо сопротивляться. После того, как я упаковал всех оружейников и с помощью Тени законсервировал лаборатории и мастерские, решил забраться в штаб, дабы, так сказать, отрубить врагу голову. Каково же было моё удивление, когда я застал там главарей местной шайки-лейки стоявшими на коленях и уткнувшими головы в деревянный пол.

По итогу из запланированной заварушки вышло так, что повеселиться довелось лишь Романову и немного Булдакову, который летал по округе с фотоаппаратом, покамест ваш покорный слуга прыгал по всей территории базы клана Сибирских Волков в поисках лабораторий и мастерских. А когда я их нашёл, так вокруг уже всё закончилось.

Казалось бы, что можно было делать остаток ночи и почти полдня, если всё закончилось так быстро?

Во-первых, необходимо было обезвредить всех сдавшихся в плен Рифтеров, дабы они ничего не учудили, а также убедиться в том, чтобы нигде не была оставлена ловушка или засада. Парочку засланцев легко удалось обнаружить с помощью моего Дара. Решили спрятаться в тайных местах штаба и переждать облаву. Да, тайные проходы мы не нашли. Вот только мы и не пытались искать из-за нехватки времени. Я просто разрубил стены, за которыми чувствовал души беглецов, и был таков: «кошки-мышки» закончились, так и не начавшись.

Во-вторых, пришлось немного времени потратить на допрос верхушки клана, члены которой всеми правдами и неправдами клялись в том, что никак не причастны к нападению на разведывательные отряды Стражи. Пусть они и не врали, но я был полностью уверен в том, что они замешаны в чём-то другом, что не менее вредило Российской империи, нежели деятельность Волкова. К тому же в нападениях на разведгруппы Стражи были задействованы образцы огнестрельного оружия, способного игнорировать Покров Одарённого, а значит, весь клан можно было считать причастным. Но это так, моё субъективное мнение, которое благодаря моему положению и статусу быстро станет объективным, если у Сибирских Волков найдутся высокопоставленные защитники.

Ну и напоследок исследовал лаборатории и мастерские оружейников. Не сказать, чтобы я что-нибудь осознал, потому как ни артефактором, ни мастером по изготовлению огнестрельного оружия не являлся, однако моего мозга, скрепленного Печатью Концентрации, вполне хватило, чтобы понять, что каждый образец оружия, найденный мной что здесь, что в ранних схватках с Волками, по факту является не артефактом, а комплексом артефактов. То бишь каждый элемент, будь то затвор, пружина или спусковой крючок, является артефактом. Во-первых, они изготавливаются из иномирного материала, во-вторых, на каждый элемент артефакторы наносят определённые символы. Всё это мне удалось выяснить из непосредственного разговора с самими оружейниками, так как сам бы я никогда в этом не разобрался.