Развод. Фальшивая семья (СИ) - Ладыгина Наталия - Страница 8

Глава 11

В ушах звенит как от удара хрусталя, а кровь с силой стучит виски.

Мой мир только что рухнул с такой высоты, что от него ничего не осталось. Он разбился, сгорел, обратился в пепел… а я все еще здесь, но и не совсем здесь.

И теперь, приоткрыв губы, я не знаю с чего начать…

Я не могу это принять. Это просто невозможно принять.

Я не верю…

Разве это может быть правдой?

Но он так смотрит, что и мысли возникнуть не может, что он может быть несерьезен.

— Мой ребенок… Он… — медленно двигаюсь в сторону на ногах, которых почти не чувствую.

— Возникли серьезные осложнения. Ты тогда потеряла сознание… Мне сообщили. Я сказал, чтобы они делали что угодно, но чтобы тебя спасли. Они и спасли, — трет лицо ладонями. — Я не знаю, можно ли было наоборот, и даже если можно было… Я не жалею.

— Потому что у тебя уже родилась дочь, — стоя к нему боком, произношу одними губами, но в этой звенящей тишине от точно слышит. — Зачем тебе еще одна…

— Нет, Венера! Как ты можешь так думать? — подходит он ко мне быстро. — Я тогда еще не знал, что Дарина уже родила. Только через несколько часов узнал. Ты еще была не в сознании. И мне пришлось решать быстро. И я решил, — смотрит виновато. — Я знал, что ты не вынесешь. И знал, что не могу оставить свою дочь мамаше, которой она не нужна. Это решение далось нелегко, но я не жалел.

Меня пробивает на слезы. Их так много. Такие жгучие и соленые. Скатываются по подбородку, достигают шеи.

Я смотрю на него и постепенно осознаю, с каким аморальным чудовищем прожила столько лет.

Такому нет оправдания. Мало того, что изменил мне с этой женщиной в самом начале нашего пути, так еще и…

— Господи… Господи… — растираю слезы по лицу. — Ты скрыл, что мой ребенок умер… Помнил каждый день об этом и молчал… Как тебя называть, скажи?

— Я спас нашу семью, — заглядывает мне в глаза. — Да, я свой грех прикрыл, но в первую очередь я спасал тебя. И все получилось. Ведь мы были счастливы все эти годы. Разве нет?

Проливая слезы и кривя лицо, я мотаю головой из стороны в сторону.

— Что же ты наделал… — судорожно всхлипываю. — Что ты сделал⁈ — как прокричу ему в лицо, что аж у самой в уши закладывает. — Ты убил… убил меня. Ты понимаешь это⁈

Осталось жить только тело. Но души больше нет!

— Не говори так…

Лучше бы я тогда умерла, а мой ребенок выжил. Или мы умерли оба. Эти концовки не так плохи, как то, что есть сейчас.

— Где она? — всхлипываю.

— Кто?.. — не понимает.

— Что ты сделал с телом моего ребенка⁈

— Не кричи, — просит он меня, коротко смотря мне за спину в сторону двери.

— Отвечай мне! Мне плевать, что кто-то нас услышит! Что ты…

— А как ты думаешь, что я с ним сделал? Она похоронена. Все, как положено. Она, — сглатывает, — похоронена как дочь Дарины.

Лихорадочно выдыхаю, приоткрыв губы и закрыв глаза.

Моя дочь умерла.

А ее продолжает жить. Жила все эти годы рядом со мной, а я ничего и не подозревала.

Муж все эти годы любил не меня, а женщину, которой стоило только объявиться… так он и побежал к ней, исполняя все ее капризы.

— Нера… Нера?.. — касается моего плеча.

— Воды… Я хочу воды…

— Сейчас, — Кос торопится к бару с холодильником. Он далеко. Поэтому он не успевает ко мне, когда мои колени подгибаются, и я падаю, ударяясь об пол и погружаясь в непроглядную тьму.

— Мама…

Слышу я отдаленно и чувствую, как меня слегка дергают за руку.

Разлепляю веки и вижу лицо, от которого у меня перехватывает дыхание.

Варя рядом со мной. И мы обе дома. В спальне нашей.

Я потеряла сознание, и он привез меня домой.

— Варя… — рассматриваю лицо дочери. Мне всегда казалось, что она похожа на нас обоих. Больше, конечно, на Коса, но и на меня тоже. А теперь… теперь это будто все исчезло. Я по-прежнему ее очень люблю, но то что чувство, что она моя плоть и кровь — оно пропало.

— Папа сказал, что тебе плохо. Он привез тебя домой, а потом за мной приехал.

Приподнимаюсь повыше на постели. Голова нереально раскалывается. Я ударилась.

— Где твой отец? — спрашиваю Варвару.

— Он внизу. По телефону говорит. Я его позову.

— Нет, погоди, — за руку ее успеваю поймать. — Варь, — надо по-хорошему, спокойно, чтобы она открылась мне. — Я хочу тебя спросить. Ответь мне, пожалуйста, правду. Мне очень важно знать.

Варя так смотреть начинает, словно уже знает, о чем речь пойдет.

— Я знаю, что тебе тогда не сон приснился. Мне папа все рассказал. Тетя Дарина… она настоящая. Успокойся, — Варя очень сильно напрягается. — Я совсем не злюсь, — выдавливаю из себя улыбку. — Скажи, вас папа познакомил? — на что малышка отрицательно мотает головой. — Нет? Тогда как вы познакомились?.. Расскажи мне, пожалуйста.

Мне не малых усилий стоит, чтобы сохранять сейчас спокойствие.

Похоже, она и правда сама с ней познакомилась.

— В… в музыкальной школе.

— Что?..

— Она дружит с Виолеттой Дмитриевной.

С ее преподавателем⁈

— Да?..

— Она приходит туда, когда у меня занятия. А еще она приезжает к родителям Марьяны. Мы сегодня с ней виделись.

Змея… Везде пролезла.

Вот что ее туда тянет постоянно…

— Мама, прости… — просит Варя искренне. — Она мне сказала, что ты не моя мама, и попросила, чтобы если ты узнаешь и спросишь об этом, то чтобы я сказала, что это папа нас познакомил.

Глава 12

Какая продуманная эта Дарина.

Слов просто нет.

Может, за это он ее и любит?

Я ведь не такая.

Не коварная. Совестливая. Со мной ему скучно стало с годами.

Она же… та еще штучка. Он по ней наверняка очень соскучился. Да любит он ее… Иначе не изменил бы мне тогда, когда казалось бы, мы были абсолютно счастливы. В одно время нам обеим детей заделал, подонок.

Я догадываюсь, чего она хочет.

Она хочет отнять все то, что есть у меня. Мужа, дочь… Ей вдруг все это понадобилось, и она просто ворвалась в нашу жизнь, как будто так можно. Видела я ее. Весьма наглая мадам. Но все же она тогда в комнате отдыха не позволила себе раскрыться. Осторожную игру ведет. Умная.

Я даже в какой-то степени ей благодарна. Иначе бы я не узнала правды.

— Мама, ты точно не злишься?..

Смотрю в глаза Вари и не понимаю. Мы теперь обе для нее ее матери?

Почему она вообще ей поверила? И поверила настолько, что тогда сорвалась на меня. Обидно. Бесконечно обидно. Ведь я всегда была для нее хорошей матерью. У нее нет причин от меня отворачиваться.

— Нет, не злюсь, — выдыхаю и начинаю вставать.

Поднявшись, я медленно двигаюсь из комнаты.

— Мама, ты куда?

— Идем к тебе в комнату, — говорю я, захватывая по пути сумку. Кос принес ее.

— Давай я папу позову?

— Нет. Потом.

Захожу в комнату Вари и двигаюсь к ее столику, на котором лежит ее расческа. Беру ее и вытягиваю из нее пару темных волосков. Вкладываю их в салфетку.

— Что ты делаешь? — спрашивает Варя у меня за спиной.

— Ничего, — кладу расческу на место и прячу салфетку. — Скажи, — оборачиваюсь, — когда она пообещала тебе следующую встречу?

— Она сказала, что придет в музыкальную школу. Завтра, — спокойно мне об этом говорит.

— М-м… — киваю.

Я эту Виолетту… Она пожалеет. Я этого так не оставлю. Она там работать не будет.

— Только не злись на Дарину. Она просто…

— Что, просто, Варя? — закипаю, хотя понимаю, что должна держаться. — Ты считаешь нас обеих своими мамами?

Варя лишь тупит глазки. Сама объяснить не может. Что она с ней сотворила…

Сразу видно ее отношение к Варе. Это она все ради своего бывшего. Только ради него. А путь к его сердцу куда проще найти через девочку. Видимо, она потеряла все перспективы в своей жизни, и ничего лучше не придумала, как вернуться к своему прошлому. Конечно, чего бы к такому бывшему не вернуться.