Ложечник - Хоф Марьолейн - Страница 49

— Не может быть и речи, — отрезал Кундер.

Вошла Ханта.

— Можно уже убирать со стола?

— Нет. Принеси линейку, ты знаешь, где она.

— Хорошо, господин, — кивнула она и тут же вышла из столовой, оставив корзинку на столе.

— Такие вещи при посторонних не обсуждаются! — заявил Кундер. — Чтобы ты ходил со своей сестрой по улице и отдавал ей команды, как собаке? Не может быть и речи! Или тебе хочется выставить Холдерлингов на посмешище?

— Но задумка не так уж плоха, — мягко остановил его Ассерик. — И вполне укладывается в нашу концепцию… Понимаешь, Кундер?

Вернулась Ханта. Кундер выхватил у нее линейку и жестом отослал прочь. Она опять не успела убрать со стола.

— Вытяни руки вперед! — приказал Кундер Силке. — Ладонями вверх, а пальцы разогни.

— Ни за что!

— Не надо всё усложнять, так ты только делаешь хуже самой себе. — Кундер встал и сунул линейку в руки Янису. — Бей! Плоской стороной.

Силка вытянула руки. Они у нее дрожали.

— Вы сказали, что решать мне, — спокойно возразил Янис. — А я хочу, чтобы она стала моей собакой.

— Бей, — скомандовала Силка. — Это мне не страшно. А вот собакой твоей я не буду никогда. Уж лучше умру.

— Подожди-ка, — обратился Ассерик к Кундеру. — Если Фолкер выбрал именно это наказание, то кто мы такие, чтобы ему мешать?

— Но ведь позор…

— На улице она должна будет вести себя так, чтобы никто ничего не заметил, — вмешался Янис, помахивая линейкой. — Иначе я ее побью. Сто пощечин слева и сто справа.

— Сто — это слишком много, — осадил его Ассерик. — Но тридцать будет в самый раз, если вдруг она не станет слушаться. Хотя знаешь, Кундер, я думаю, что Силка и сама не захочет позориться у всех на глазах. Она прекрасно понимает, что на нее потом всю жизнь будут показывать пальцем.

— А прислуга? — осторожно спросил Кундер.

— Сделаем вид, что это игра, — ответил Ассерик. — В семейном кругу дети и не такое вытворяют.

— Ну, коли так… — замялся Кундер. — Ты прав, мальчика нужно поддержать.

— Я согласен, — обернулся к Янису Ассерик.

— Тогда и я тоже, — поддакнул Кундер.

— Ты всё слышала, — заявил Ассерик Силке. — Ближайшие несколько дней ты будешь собакой Фолкера.

— А если не будешь слушаться, то я сам возьмусь за линейку, — добавил Кундер.

— Собака! — приказал Янис. — Возьми булочку!

— Ужин окончен, — отрезала Силка.

— Говорить ты ей разрешаешь? — спросил Кундер. — Или пускай лучше гавкает?

— Неси! — скомандовал Янис.

Вроде бы Силка поняла, к чему он клонит.

— В пасти!

Силка наклонилась над столом и взяла булочку зубами.

— Отдай!

Силка встала со стула и обошла стол с булочкой в зубах.

— Давай сюда, — радостно сказал Янис. — А теперь на место.

Он впился в булочку. И чуть не сказал «хорошая собака», но вспомнил Локу и почувствовал укол в груди, в том месте, где и вправду могла находиться душа.

Силка уже вернулась на место и смотрела на Яниса злыми глазами.

— Я пойду на конюшню, — сообщил Янис. — А собака останется здесь.

— Интересное наказание, — похвалил Кундер. — Сам бы я до такого не додумался.

Он всё приукрашивал

Янис сидел на конюшне и смотрел на торчащий из соломы нос Локи.

— Боюсь, вам придется уйти, — сказал Бенно. — Время позднее, за вами скоро могут послать.

Янис поднялся и стал отряхивать налипшие на штаны соломинки.

— Она гоняла кошек? — спросил Бенно.

— Кошек у нас не было, — вздохнул Янис. — Только куры.

Счищать больше было нечего, но он всё тянул время.

Бенно взялся за метлу.

— У меня были Чернушка и Белянка, вот между ними Лока и будет лежать. — Он отодвинул в сторону ведро. — Простите, но мне пора приступать, ведь потом еще вашу собаку…

— Я ухожу, — попрощался Янис с Локой.

Ответил ему Бенно:

— Спокойной ночи, молодой господин.

На сад уже спустились сумерки. Янис поплелся домой.

Из гостиной вышел Лоде.

— А, вы вернулись. Я как раз собирался за вами идти.

Янис прошел мимо, не сказав ни слова в ответ.

Он открыл дверь в комнату Силки.

— Будь осторожен. — В коридоре с книгой под мышкой появился Кундер. — Она не лает, а сразу кусается.

— Лежать! — приказал Янис и, зайдя в комнату, закрыл за собой дверь.

Силка сидела на кровати.

— Твоя собака! — выпалила она. — Зачем ты всё это придумал?

— Ладно, в следующий раз я побью тебя этой штукой, — громко сказал Янис. Потом сел на кровать и показал на дверь. — Там Кундер, — прошептал он.

— Меня заставили дать лапу, — прошипела в ответ Силка. — А потом Кундер погладил меня по голове, а за ним и Ассерик тоже.

— Я не хотел тебя бить.

— Это еще хуже. Он меня погладил! И спросил у Ассерика, можно ли мне ходить без намордника.

— Скоро всё закончится, — прошептал Янис Силке на ухо. — Завтра утром. Уходим после завтрака. Мы с Ютой всё продумали. Пойдем по лесу, а когда ты устанешь, разведем костер. Будем есть жареных кроликов. Любишь жареных кроликов? Спать будешь у костра, там тепло. А утром, когда проснешься, услышишь пение птиц. — Янис задумался, что еще ей может понравиться. — Любишь цветы? Их там растет видимо-невидимо! Синие, желтые и красные.

Он всё приукрашивал. Цветов по дороге было не так уж много, а какого они цвета, он не запомнил. Какие-то бледно-голубые или бледно-розовые, ничего особенного. Развести костер без огнива он не сможет, а кроликов еще ни разу не ловил. Но рассказывать об этом сейчас было бы глупо.

— Сразу после завтрака, — повторил он. — Брать с собой ничего нельзя.

— Мамину книгу тоже?

— Ее тоже, — решительно сказал Янис. — Наверное, можно взять твои сокровища. О них ведь никто не знает?

— Не знает.

— Деньги нам тоже понадобятся, — напомнил Янис.

Он встал и приоткрыл дверь. В коридоре никого, так что можно ни перед кем не притворяться.

— Завтра, — в третий раз повторил он. — После завтрака.

На кровати Яниса лежало принесенное Гретой с чердака одеяло. Сами шкурки загрубели, а шерсть с мягкой стороны слиплась.

Янис снял сапоги, прижал одеяло к груди и свернулся калачиком на кровати. От одеяла исходил кислый запах.

Он так и заснул в одежде, хотя твердо намеревался пробраться на улицу, когда стемнеет, и дождаться в саду, пока Бенно не закончит копать. Чтобы запомнить место, где лежит Лока.

Его разбудил колокол. На улице было уже светло. Янис до сих пор сжимал одеяло в руках.

Было слышно, как Ассерик и Кундер спускаются к завтраку.

— Доброе утро, Лоде! — поприветствовал Ассерик.

Что ответил стоящий внизу лестницы Лоде, было не разобрать.

Янис не хотел опаздывать. Вчера он и так остался без ужина, а сегодняшний завтрак будет, скорее всего, единственной едой за весь день. Янис протер глаза и побежал на лестницу вслед за Ассериком и Кундером.

Силка сидела на своем месте. Кузены брали хлеб из корзинки, но ей велели дожидаться, пока ее не покормит Янис. Он положил ей на тарелку три булочки.

— Ешь! — разрешил он.

— Фолкер, вид у тебя запущенный, — нахмурился Кундер. — Не пора ли принять ванну?

— Мне надо выгулять Силку, — ответил Янис с набитым ртом.

— Сначала прожуй, потом говори, — сделал ему замечание Кундер.

Янис откусил от булочки еще раз. Силка неохотно жевала корочку. Ей нужно наесться наперед, иначе она проголодается уже по дороге к озеру.

— Ешь, тебе сказано! — скомандовал он.

— Ты слышишь, что я тебе говорю, Фолкер?

— Пусть сначала погуляет, а потом уже помоется, — предложил Ассерик.

— Просто помыться недостаточно, — решил Кундер. — Пусть Грета его пострижет. А то вон что у него на голове творится, волосы на глаза падают.

После завтрака Янис в последний раз зашел в свою комнату. Он погладил кроличье одеяло и расстелил его на кровати мягкой стороной вверх. Погладил шкурку в черную крапинку.