После развода. Верну семью снова (СИ) - Кароль Анита - Страница 20

− Да ну, мужики на такое внимания не обращают. А причина, по которой вы развелись? Вы о ней говорили? – борода делает такой строгий тон, что до меня доходит, где я ошибку совершила.

− Точно! Про ребенка мы не разговаривали, − подскакиваю на стуле, чуть не проливая на себя воду. – Вот причина! Я ведь даже ничего про мальчика не спросила. Да и он не стал о нем рассказывать.

− Вот! Как в басне – а воз и ныне там. Вы не решили свою проблему. Ты не решила. Твой муж решил, что ребенок тебе неинтересен и ты его не приняла. Тогда и смысла нет мириться, он же пацана в детский дом не вернет.

− Да, Исаев так и сказал – я не могу оставить сына в детдоме, − задумчиво говорю, даже не знаю, как исправить ситуацию. – Спасибо тебе, мой добрый доктор.

В ответ грубый смех, но такой добродушный. Этот человек искренне переживает за мой брак.

− Что мне делать? Накупить игрушек и гостинцев и ехать к Исаеву в дом? – мне реально совет нужен. Уверенности нет, что не захочу сбежать, как только ребенка увижу.

− Не вздумай! Оставь пока все как есть. Жизнь такая штука, сама все на места ставит. Если судьба, то все устаканится. Месяца три, а то и полгода дай вашим отношением отдохнуть.

− Да Стас меня забудет за полгода…

− Если любит, то не забудет. И ты тоже не забудешь. Ну а если забудет, то не любит. Зачем тебе такой, который не любит. А ты своими кафе займись, когда дела делаешь, то и время быстро идет. А когда к нам соберешься, то сообщи, встречу в аэропорту.

Мы еще немного разговариваем про дела, мои и его. Друг хочет второй магазин открывать, зовет в совладельцы. Места в Горноснежинске специфические, постоянно ищут снаряжения для горных восхождений, палатки и прочие принадлежности, а продается все только в большом городе. Вот борода и решил открыть спецмагазин для туристов.

Я не отказалась, но и не согласилась. Подумаю. А пока займусь продажей всех кафе, кроме одного. Денег на счетах достаточно, хватит на две жизни. Может быть съезжу в отпуск на острова, куда−нибудь, где белый песок и пальмы.

Вот только одной ехать не хочется. Да вообще ничего не хочется. Звоню сестре, прошу ее погулять со мной по городу.

− Погулять по городу? – слышу удивленный голос Катюшки и усмехаюсь. Да, мы гуляли только в детстве. – Случилось чего?

− Да. Мы со Стасом больше не муж и жена. Развод же положено отмечать как−то? Вот и пойдем с тобой в кино, в парк аттракционов… куда еще можно? На пляж хочу…

− Ладно, сейчас подъеду. Ты где?

Говорю адрес и вздыхаю. Ну вот, времени свободного вагон. Завтра напрягу юриста и своего зама, начнем готовиться к продаже первого кафе. Того самого, с которого начинала.

Остаток дня и вечер мы с сестренкой гуляем. Я делюсь с ней своими планами и получаю в ответ удивленный взгляд.

− Ты продашь все свои кафе? А чем заниматься будешь? А жалеть потом не будешь? – Катя останавливается, сминает в руке остатки сахарной ваты. Потом трясет липкими пальцами, а мне так смешно. Помогаю вымыть руки из бутылки с минералкой. – И дядино кафе тоже продашь?

− Нет, «Снежный пик» никогда в жизни не продам. Возможно, переберусь в горы навсегда. Здесь меня больше ничего не держит… Юлька выросла, Стас стал бывшим. А у мамы есть ты.

Сестренка морщится, у них с мамой обоюдная неприязнь. Наверное, мама единственный человек, к которому Катя так относится. Она очень добрая, и многие этим пользуются.

− Хочешь, я тебе тайну открою? – вдруг решаюсь признаться в том, что я ей только по отцу сестра. – Я не родная маме. Моя родная мать умерла при родах. У нас с тобой только отец общий.

− Я знаю… − опускает голову. Не удивительно, всегда все знают, только ты не в курсе. – Еще папа был жив, слышала разговор родителей. Умер твой дедушка, наследство осталось, папа хотел тебе рассказать, что ты родилась у другой матери. Но мама подняла визг. Она не хотела открывать тебе, что не родная. В итоге дом и что−то еще перешло какому−то дальнему родственнику.

− Это не по закону, если я единственная кровная родственница, то… а вообще, родственнику дальнему наследство нужнее. Побежали на пляж?

Наплавались, впервые за много лет. Жить у моря и не иметь возможности им насладиться, потому что бизнес не оставляет ни минуты свободной, это про меня. Неожиданно я расслабляюсь, мне так хорошо, солнце поджаривает бока и спину, ветерок охлаждает слегка. Плеск волн успокаивает.

− А со Стасом вы помиритесь, − вздыхает сестра, переворачиваясь с боку на бок. – И малыш не помеха… мне бы такого, я бы его любила, с рук бы его не спускала…

− И кто бы из него вырос? – так и было бы, уверена.

Укутала бы ребенка в свою любовь и заботу. Эх−х, мужика бы ей другого, тогда бы и детишек нарожала бы, глядишь. Но она своего идиота не бросит. И я теперь знаю его тайны, а рассказать не могу, это убьет мою сестренку.

Ну их, эти чужие тайны, пусть Катя сама узнает, когда время придет. Но может и не узнает. Хотя, продажу дома в горах не скроешь, все равно вылезет.

В кино мы пошли на вечерний сеанс. Романтическая комедия, как героиня застала своего жениха с подругой, решила, что жизнь ее закончилась, она взошла на мост… и там началась ее новая жизнь в виде любви с тайным миллиардером. Он ее спас, потом уговорил стать фальшивой невестой. Любовь−морковь, свадьба фальшивая с настоящими чувствами.

Катя даже смеялась, толкая меня локтем. Но я получила смску от бывшего мужа и настроение напрочь пропало.

«Как ты?» − два слова, но чувство заботы зашкаливает. Он что, думает я в истерике бьюсь, или топиться в море пошла с горя?

«Я в кино, комедию с сестрой смотрим» − пусть знает, что я не отчаялась оттого, что он мириться не захотел. Надо же, смсками стал общаться.

И тут же вспомнилось – двадцать лет назад, мы с женихом юные совсем, на последнем ряду кинотеатра. Даже не заметили как фильм закончился. Губы пылают, припухли, глаза сияют. И улыбка блаженная бродит по лицу.

Я осталась ночевать в квартире. На встречу с мамой так и не решилась. И так мысленно слышу ее визг, обвиняющий меня за развал семьи. Утром поехала в кафе, вызвала юриста и своего зама.

− Я хочу продать это кафе. И все остальные. Нужно подготовить бумаги, дать объявление на бизнес−форуме.

− Ольга Владимировна, как же так? – расстроилась Альбина, даже вскочила. – Случилось что−то?

− Я просто устала, − сказала девушке и вдруг поняла.

Я жутко устала. Я хочу сидеть дома. Хочу родить ребенка, благо возраст еще позволяет. Хочу сама воспитать его, а не забросить, как дочку. Хочу большой дом, в котором буду хозяйкой.

И неважно, будет рядом мужчина или нет.

Глава 22

Стас

Она реально решила продать свой бизнес! Читаю на бизнес−форуме объявление и не понимаю порыва бывшей жены. Эти кафе – ее жизнь. Она забывала про все на свете, кроме своего бизнеса. Что случилось−то?

− Кафе купить хочешь? – Дмитрий заглядывает в мой комп через плечо, выхватывая взглядом объявление.

− Нет, это моя бывшая жена продает.

− Ольга? Ты пошутил сейчас? – друг склоняется ниже, читает вслух. – Реально… странно, думал она сроду не продаст. Может, влетела куда−то?

Может. В бизнесе можно разбогатеть за короткое время. Но можно и потерять все. Месяц назад мы развелись, тогда и видел ее в последний раз. Расстались не очень хорошо, позже написал смс, спросил, как она. И в ответ получил бодрое – мы комедию смотрим с сестрой. Я малость успокоился. Не истерит. Ничего не крушит.

Теща приезжала по−прежнему, через день, любит возиться с моим пацаном. Но про Ольгу не хочет говорить. Все хорошо – ее дежурная фраза. Ну и хорошо.

Видимо меня только тоска ломает. Оленьке на меня плевать. Как и раньше. Я ушел с головой в работу и заботу о сыне. Он стал лучиком счастья в моем темном царстве. Но теперь я стал понимать бывшую жену. Бизнес забирал все мое время, я приезжаю домой, когда сын уже спит. Уезжаю – он еще спит. Воспитывают его няньки с опытом и теща. Язык не поворачивается назвать ее бывшей тещей.