Слой Первый. Книга 3 (СИ) - "Poul ezh" - Страница 8

— Я могу помочь. — немного подумав, я ответил.

Хотя сомнений было много, и помогать этим уродам я смысла не вижу. Пусть гоняются. А то, что охотников ведет Мар, я не сомневался, мой неугомонный друг в каждой бочке затычка, не смотря на свою ворчливость. Надежнее товарища еще надо поискать.

И уж он сделает всё не просто отлично, а так что у гоблинов и Зейна жопы отвалятся, прежде чем они смогут его найти и догнать. У меня вообще сложилось мнение, что Рубор просто не написал в своем анализе про мое выхваченное так удачно умение. Чувство пути… Да или нет. Да. Хочу, чтобы это закончилось быстрее.

— Я могу помочь, — повторил я, видя, как задумчиво смотрит на меня церковник. — Зейн забрал мой револьвер, а моё умение — оно позволяет привести меня к тем предметам и людям, которые мне дороги. Не знаю, как правильно сформулировать. Но я знаю где Зейн… то есть Враг. И могу привести вас прямо до него.

— Рубор писал про него, — пояснил мне Вейс, показывая, что про умение он знает, но не спрашивает. — Как потенциально сильное, но пока не слишком надежное. Но если ты уверен, то так будет даже проще. Я всё равно собирался взять тебя с собой в поход, но скорее всего под стражей, чтобы не мешался. А теперь, раз у тебя есть возможность нам помочь — ты пойдешь как полноценный участник с охраной. Даже доля с добычи тебе будет выделена. После победы, естественно.

После слов церковника я почувствовал себя крайне неуютно. И так, как курица при лисе в курятнике, а теперь вообще добавилось ощущение, что я сам себя загнал в ловушку. И мой собеседник внутри себя потирает ладони от удовольствия, что на ровном месте развел дурачка.

— А без охраны можно?

— Боюсь, что нет. Ты не так прост, как кажешься. Мои аналитики и мастера уже все головы сломали, думая о том, как и за что ты получил свой протез. Как — понятно. Одно из любимых наказаний Чудовища — рубить кисти рук. Он так подражает Ирчину, одному из богов гоблинского пантеона, который рубил пальцы за непослушание. Как говорится, с кем поведешься, от того и наберешься. Расскажешь про протез?

— Если честно, я не до конца принимаю даже тот факт, что Зейн меня отпустил. Он в принципе вполне мог догадаться, что у меня есть чувство пути, я использовал его при нем. Убить меня — как по мне — правильное решение. Но он счел по-другому. Ну и кисть. В подарок. А когда я очнулся, мелкий гоблин, сказал, что это подарок их вождя, и что вождь передал слова — верь и не сомневайся. Что это значит я не знаю. Я про гоблинов вообще ничего не знаю.

— Ну и мы мало что можем сказать, на более высоких уровнях церковь более информирована. А так как гоблины появились только на пятом в первый раз, то ниже спускалась только общая информация. Сейчас это дело исправляется, но на всё нужно время. Ты не против если твою новую кисть осмотрят мои мастера? Очень уж интересная конструкция.

— Если без пыток, то я согласен, не думаю, что другой ответ от меня ожидается.

На этом мы распрощались с местным главнюком, и я под конвоем всё той же пятерки пошел в мастерские, где познакомился с мастером Станиславом и десятком его подмастерьев.

Следующие три часа я только и делал, что вертелся под пристальным взглядом десятка людей, показывая, рассказывая и смотря как они рисуют схемы, или пытаются определить весь принцип работы механизма. Даже то что протез не магический — проверили сразу на специальном устройстве, почти полностью покрытым рунами.

Единственное, что смутило мастера — материал, который был невероятно крепок, и способы приживления протеза. В обычном случае потребовалось бы гораздо больше времени, чтобы протез прижился, и подобная рана затянулась. Но никак не сутки.

Штыри, которые составляли основу крепления, вросли в кость и стали, по сути, её частью. Вырвать протез теперь просто невозможно, не оторвав руку целиком.

Еще у протеза был потенциал, заложенный, но не использованный — проволока, которая тянулась по руке, могла быть использована для приведения пальцев в подвижность не только за счет движения всей рукой, где работала простая механика, но и за счет подачи энергии на каждый палец.

Но никакие виды энергии не сработали, потому что в протезе не было самого главного — «сердца», как выразился Станислав, которое может преобразовывать эту энергию в нужное действие.

— Гобсы всегда славились своим подходом к механике, — хмыкнул мастер, ковыряясь в механизме. — Первый Слой не терпит сложных механизмов и источников энергии, вот они и вывернулись, сделав полу магическое устройство. Не удивлюсь, если увижу у них силовую броню, основанную на тех же принципах.

— Скажите, а как мне найти «сердце» для руки? — мой интерес был очевиден и если есть шанс расширить функционал протеза, то его надо использовать. А не слямзил ли Эхо, часть подарочка от своего вождя?

— У гобсов, наверное, — пожал плечами мастер. — Скорее всего это как центральный процессор, который обрабатывает команды и одновременно служит накопителем энергии. Других вариантов я не вижу — рун или зачарований на протезе нет.

Гоблины не переставали удивлять. Если они смогли сделать такое за столь короткий срок, то что будет, если им дать больше времени? Через пару месяцев они рванут покорять следующие Слои на космическом шаттле? Благо такой вариант перехода неосуществим — орден пробовал.

А еще, меня это натолкнуло на интересную мысль — протез можно использовать как основу для рунной магии Падших. Осталось только научиться ей и у меня будет возможность дополнительно усилить себя за счет нанесенных на протез рун.

На сколько я понял, руны нельзя наносить на живую плоть — она не выдерживает потока энергии и есть нехилый шанс откинуть копыта в попытках проведения подобных экспериментов. При том, что без рун распределенная энергия Нексуса не может навредить его носителю.

А тут, удивительно плотный «магопроводящий» металл как настоящий холст для творчества.

Я по-новому взглянул на протез и уже практически не жалел, что лишился руки.

Прервались только когда мой желудок, сказал, что еще пять минут такой пустоты и он начнет жрать сам себя, стуча кишками по кишке. Меня накормили отдельно в общей церковной столовой и провели в небольшую комнатку, где кроме кровати и крепкой двери с внешним засовом, была еще небольшая щель под потолком, откуда тек свежий воздух. В туалет по запросу.

Хотя Вейс и отнесся ко мне по-человечески, я видел в этом только одно — я ему нужен. И не только из-за умения. Но и по каким-то другим причинам. Верить им — да я лучше сам себе язык откушу. А вот то, что они меня определенно используют для каких-то своих целей — это однозначно. Что, конечно, расстраивало. И вырваться из этой западни я не мог. Пока это было не в моих силах.

Глава 4

Пожалуй, в моём заточении и незавидной участи всё-таки находился один скромный, но весомый плюс — меня кормили. Причём не абы как, а вполне себе по-человечески: завтрак, обед и ужин. И пусть это был не царский пир, но первое, второе и даже компот присутствовали стабильно, да и блюда не повторялись.

Удивительно, как за какие-то несколько дней мой организм, попавший в экстремальные условия, начал воспринимать обычную горячую пищу как благословение свыше. Не иначе, как накопленная усталость дала о себе знать. Сказывались и ранения, и провалившийся поход, и культя.

Впрочем, был и ещё один приятный сюрприз — мне вернули рюкзак. Почти в полной комплектации: всё моё барахло оказалось на месте, за исключением ружья. Ложка, к слову, та самая, что я использовал в последней стычке, оказалась тоже в наличии — отчищенная от запёкшейся гоблинской крови до зеркального блеска. Помимо рюкзака я стал обладателем нескольких листков и небольшого карандаша, исписанного практически полностью. Мемуары что ли им написать? Из пары сотен ласковых слов.

Главное — я наконец смог переодеться: сменить мешковатую накидку, на что-то более пригодное для жизни. Одежда в рюкзаке оказалась чисто выстиранной, а ещё и пахла чем-то… ароматным мылом, что ли? Помыться мне, правда, не позволили — видимо, уровень доверия пока был не настолько высок.