Слой Первый. Книга 1 (СИ) - "Poul ezh" - Страница 39

Сначала подумал, что Мар включил глушилку, но его тяжёлое дыхание и шорохи вокруг говорили об обратном.

— Что случилось? — спросил я, вглядываясь в провал, через который мы вошли. Теперь никакого света оттуда не было видно, словно вход исчез.

— Мы в Разломе, — хмыкнул Мар. — Поздравляю, новичок. Все приключения тебе, за неделю. Везет же, а! Я в первый Разлом попал только через год.

Тарух тут же врубил свет, освещая пространство вокруг. Его способность рассеяла часть темноты, открывая перед нами стены с неровными выступами и влажными потёками. Свет был тусклым, но достаточно сильным, чтобы не спотыкаться.

— Ждём мелких здесь, глубже не лезем, — спокойно сказал Тарух, осматривая стены. — Если Твари появятся, будет плохо.

— Чёрт, давай не об этом, — пробормотал Мар, проверяя своё оружие.

Тишина всё равно давила, даже несмотря на свет. Всё казалось слишком тихим и неподвижным, словно сам воздух здесь застыл. Мы переглянулись, понимая, что расслабляться нельзя. Нас зажало с двух сторон — карлики поджидали снаружи, Твари ждали внутри. Умирать совсем не хотелось, так что нужно было выживать максимально долго, чтобы использовать любой возможный шанс на спасение.

Глава 14

Карлики так и не сунулись в Разлом, и было совсем непонятно почему. Мы прождали в напряжении около часа, но со стороны входа не раздалось ни единого шороха.

— Зассали, уроды, — ухмыльнулся Мар, сидя прямо на камне и облокотившись на стену.

— Надо попробовать выйти и глянуть, что там, — сказал Тарух слабым голосом.

Ему становилось всё хуже. Когда я снова перевязывал его руки, заметил, что они сильно опухли, покраснели, и из раненых мест выступала жидкость.

— Кажется, в раны что-то занесли, — пробормотал я, заканчивая перевязку. — Долго он так не протянет, если мы ничего не сделаем. С аптечкой у нас совсем тухло? Мази есть?

Тарух слабо махнул рукой, словно не желая слышать.

— Я порвал сумку, когда за вами лазил, там всё осталось, так что бинты есть, да тряпки, немного настойки еще. Да, — он продолжил командовать. — Надо разведать обстановку. Как только двинем дальше, приму настойки.

— Схожу, — коротко ответил я и направился к выходу из Разлома.

Тишину внезапно сменили шум реки и гортанные крики. Карлики всё ещё были здесь.

Аккуратно выглянув из пролома, удалось разглядеть неутешительную картину: они не только не ушли, но, похоже, разбили небольшой лагерь. Несколько из них переносили что-то к центру, остальные стояли на страже, внимательно осматривая местность.

Бесшумно отступив назад, вернулся к остальным.

— Разбили лагерь и что-то делают, — бросил на вопросительные взгляды товарищей. — Кажется, обратно ходу нет.

— Придётся идти через Разлом, — задумчиво произнёс Мар. Он на секунду замолчал, будто собираясь с мыслями, а потом добавил: — Краткий экскурс в суть Разломов, раз уж мы не удосужились сделать этого раньше. Это такие куски пространства из других миров, которые случайно притягиваются к нашему Слою.

Он задумчиво покрутил револьвер в руке и продолжил:

— Если в Городе и Колыбели всё понятно с Тварями, а чем ты глубже забираешься, тем сильнее они становятся. То Разлом может принести совершенно неизвестных противников, которых никто никогда не видел. В Разломы ходить опасно, но всё же не так смертельно, как в Город. Разлом даёт шанс на возрождение.

— А ещё Разломы бывают абсолютно пустые, там можно добывать разные ресурсы, — добавил Тарух, вытирая пот со лба. — Судя по тому, что нас никто ещё не попытался сожрать, этот Разлом может оказаться именно таким.

— Да, ещё важный момент, — продолжил Мар. — У Разломов несколько входов и выходов. Нам нужно попытаться выйти через другой, чтобы не нарваться на этих мелких засранцев.

— Раз уж у нас минутка лекций об устройстве этого мира, поясните мне, что такое Кошмары. С Разломами вроде всё понятно, — я сел рядом с Маром, облокотившись на стену.

— О, Кошмары — это то, с чем ты точно не хочешь столкнуться, — скривился Мар. — Оттуда реально лезут Кошмары — призрачные твари, которых только серебром и огнём можно завалить.

Он замолчал на секунду, потом добавил, чуть приглушив голос:

— Обычное оружие им вообще похрену. И, что самое неприятное, они просто проходят насквозь любые преграды. Даже стены. Сражаться с ними — это прям крайняя мера. Если видишь, лучше сразу уносить ноги.

— У нас есть команды, заточенные специально под Кошмаров, — пояснил Тарух на мой непонимающий взгляд. — Эти призрачные твари лезут из чего-то похожего на Разлом, и их источник вполне можно закрыть, только зайти туда нельзя. Этим Шам занимается, как только почувствует их появление.

Мы немного посидели молча, собираясь с силами и мыслями.

Вход в Разлом напоминал обычную пещеру, и я всей душой надеялся, что дальше будет так же. Узкие проходы давали надежду, что огромные твари сюда просто не поместятся. А с мелкими, если они появятся, мы попытаемся справиться.

— Всё, идём, — скомандовал Тарух, тяжело поднимаясь на ноги. — Мар впереди, Грис сзади. Я бесполезен, так что буду светильником и понесу максимум груза. Мар, помоги мне.

Мар достал из сумки Таруха флягу с настойкой и поднёс её к его губам. Тарух сделал глоток, и его лицо сразу преобразилось, порозовело. На мгновение он даже выпрямился, но как это скажется позже, когда действие зелья закончится, никто не знал.

Меня всё ещё держало, но заряд энергии постепенно сокращался. Я начал ощущать, что откат не за горами. Нужно было выбираться из Разлома как можно быстрее.

— Да это ёбаный лабиринт! — Мар пнул камень, который с глухим стуком улетел в темноту.

Два дня мы бродили по узким туннелям Разлома, не встретив ни единой твари. Мы потеряли направление и, как ни пытались, даже вернуться назад уже не могли.

Казалось, сам Разлом насмехается над нами. Иногда было ощущение, что мы ходим кругами, возвращаясь к одним и тем же пещерам и проходам. Каждый раз это выглядело чуть иначе, как будто место менялось, но знакомые детали выдавали ложность перемен.

Вода уже почти закончилась, а внутри пещер пополнить запасы было неоткуда — ни одного источника мы так и не встретили. Фляги показывали дно, и, хотя мы старались экономить максимально, уже начинало подводить само тело.

Часть оружия, две сумки и кучу всего пришлось бросить, так как тащить все это на себе не было никаких сил.

Энергия, полученная от зелья, давно иссякла, а теперь откат накатывал волнами. Головная боль не давала сосредоточиться, мышцы ныли, а слабость в ногах становилась всё сильнее. Каждый шаг давался с трудом, как будто Разлом вытягивал последние силы.

— Ты точно дойдёшь? — буркнул Мар, бросив на меня косой взгляд.

— Дойду, — выдавил я, стиснув зубы, хотя сам не был в этом уверен. Откат действовал так, что хотелось просто лечь и остаться здесь, но я знал, что это верный путь к смерти. Знаю точно одно, умирать я не люблю.

— Было бы куда идти… — пробормотал Мар, хмуро глядя вперёд. Вот кто из нас был железобетонным и шел упорно вперед, словно слон, наплевав на усталость и сон.

Тарух уже давно обосновался на его плече, полностью утратив способность идти самостоятельно. Энергии зелья ему хватило всего на полдня, после чего его состояние резко ухудшилось. Единственное, что он мог делать, — это поддерживать свою способность даже в полубессознательном состоянии, освещая нам путь.

Теперь он едва мог говорить, а его раны выглядели ужасающе: они сильно воспалились, и из них сочился гной. Мы даже не пытались снова перевязывать их — ни чистой воды, ни медикаментов у нас не осталось.

— Он долго так не протянет, — тихо сказал Мар, не поднимая глаз.

Я ничего не ответил. Оставалось надеяться только на чудо, что мы каким-то образом выберемся из этого Разлома, но с каждым шагом эта надежда угасала.

— Мар, ты говорил, что способности подбираются под то, что человеку действительно нужно в данный момент? — спросил я, устало усаживаясь у холодной стены.