Почти прекрасное чудовище (СИ) - Юдина Екатерина - Страница 66

- Хм… А почему вы настолько плохо относились ко мне? – я взяла чашку с чаем. Опять откусила от булочки.

Затем поднялась на ноги и, подойдя к телефону, переключила песню.

- И давайте уже закроем эту тему. Не знаю, почему вы решили, что все это может меня хоть немного тревожить, но, поверьте, это не так. И, нет, это не означает, что я забыла про плохое. Просто в моей жизни хорошего достаточно и я склонна именно на нем акцентировать внимание.

Я вернулась к холсту. Поставила чашку рядом с ним на столик и, в одной руке держа булочку, второй взяла кисть. Продолжила рисовать. Подпевать песне. Получая удовольствие от каждой нанесенной линии. От того, что видела на холсте.

Некоторое время Тернер молча смотрел на меня. Я же старалась забыть о том, что он вообще находится в моей спальне.

- И что ты в своей жизни считаешь хорошим?

Услышав этот вопрос, я медленно повернула голову в сторону альфы.

- Я живу, - ответила, прожевав булочку. – Учусь, рисую. Ставлю цели. Достигаю их. Если получится, летом поеду в горы. Буду там валяться на траве и рисовать.

- Разве для омеги в жизни главное не богатство, красивая одежда, дорогие украшения?

- Какое же у вас стереотипное мнение про омег.

- Или ты, оказывается, какая-то ненормальная омега.

- Неа. Обычная, - я опять повернулась к холсту.

- Раньше ты помимо тряпья и косметики ничего не видела.

- Вы плохо меня знали. Может быть, я просто ради вас пыталась выглядеть красиво. А сейчас в этом нужды не вижу.

- Ты сейчас выглядишь намного лучше, чем раньше. Но, если бы разделась, было бы вообще идеально.

- Я и в одежде идеальна, - я пальцами поправила свою растянутую футболку, заправляя ее в сводные домашние спортивные штаны. Почему-то мне показалось, что альфа еле заметно улыбнулся. И даже от этого по коже скользнула что-то царапающее.

Тернер, поднявшись с кресла и, пока я рисовала, обошел мою комнату. Остановился около холста, на котором был изображен персонаж одного из старых, еще черно-белых фильмов. Оказалось, альфа его знал. Как я поняла, фильмы он вообще не смотрел, но с этим ознакомился еще в детстве. Как и я. Мы немного поговорили про него. Затем, про картины. Про этот город, про жизнь.

Тернер достаточно жестокий, тяжелый и циничный человек. Разговаривать с ним все равно, что вести беседу с монстром обитающим в темноте. И я во многом не была с ним согласна. Вернее, практически во всем. Поэтому мы спорили. Иногда я даже злиться начинала. Например, в том, что касалось погоды. Альфе не нравилась зима. Она тормозит работу и это, конечно, паршиво, но зачем прямо ненавидеть какое-либо время года? Да возьми и посмотри на улицу. Красиво же. Пока есть время наслаждайся снегом. Этим днем. Ночью.

- Вон, смотри, - я открыла окно и пальцем указала на сад.

- И что там? – альфа безразлично посмотрел в темноту.

- Тишина, луна, деревья, снег. Видишь, как ветви колышутся от ветра? И ты хочешь сказать, что это некрасиво? – меня злила точка зрения Тернера. – Прекрасное рядом. Постоянно. И оно ничего не стоит. Понимаешь? Совершенно бесплатно.

Тернер долго смотрел на сад. Молча. Я не знала видел ли он там тоже, что и я. Или для него подобного образа красота ничего не значила, но, уже когда я собиралась отойти от окна, он резко сжал мою талию и притянул к себе. Наклоняясь. Не просто целуя, а с первых же мгновений истязая мои губы. Вызывая во мне то, содрогание, которое к чертям обожгло и я, подняв руку изо всех сил влепила альфе пощечину. На этом наш поцелуй был окончен. Резко отойдя от него, я уже собиралась многое сказать, но Тернер первым произнес:

- Ты правда. Прекрасное рядом, - при этом он неотрывно смотрел на меня.

***

Когда я проснулась следующим утром, с первых же мгновений могла сказать, что этот день стал одним из самых худших в моей жизни.

Что-то случилось с Гвен. Я пока что не понимала, что именно. Да и было совершенно не до нее.

По всем новостям говорилось о том, что эту ночь мы с Тернером провели вместе. Я понятия не имела как именно, но кому-то из журналистов даже удалось заснять наш поцелуй. И насчет этого поднялся достаточно большой шум в сети. Много говорили о том, что Тернер сейчас пытается обезопасить свою омегу. То есть, меня. То, что Мериан всегда была в него влюблена и сейчас, когда раскрылась правда про Шэрон, наша пара наконец-то начинает становиться целостной. Имелись и другие статьи. Мнение было разным. Но одно оставалось точным – прошлая ночь обозначалась чуть ли не как становление нашей с Тернером пары.

Я была в ужасе от этого, но, куда хуже было другое. Утром мне позвонил мистер Вудро. Задал мне несколько вопросов. Спросил, как вообще такое могло произойти.

А затем дал понять, что все крайне плохо. Уже теперь практически на сто процентов суда по разводу не будет. Тернер не встал на сторону своей любовницы. И теперь присматривает за мной. А, значит, ему дают шанс показать себя, как моего альфу.

Более того, был издан указ, по которому я в ближайшее время была обязана переехать к Тернеру, ведь теперь я нарушала закон, отказываясь это делать.

Услышав об этом мне кричать захотелось. Схватиться за волосы, вырвать пряди. Упасть на диван и вообще не дышать, задыхаясь от того, что разрывало изнутри. И вот это вся справедливость? Один лишь случай дал понять, что все старания идут к чертям, ведь какой может быть развод, если сам суд был на стороне Тернера? Они и не хотели нас разводить. Поэтому и ухватились за малейший шанс этого не делать.

А меня просто поставили перед фактом – я должна собрать вещи и переехать к Тернеру. Стать его примерной невестой. Послушной омегой.

Глава 50 Эмоции

Мне казалось, что я задыхалась. Вздрагивала от каждого звонка мистера Вудро. Отвечая, чувствовала то, как ладони дрожали и с каждым мгновением биение сердца сильнее обрывалось. Все совсем паршиво. Суда не будет. Это уже остаточное решение. Семья Тернер слишком влиятельна и государство не хочет портить с ними отношения. И с каждым мгновением, пытаясь прорваться сквозь это, перед нами выстраивалась стена. Она отбрасывала. Разрывала. Растаптывала. Кричала о том, что нужно знать свое место и шага за пределы него нет.

Я не пошла на первую лекцию. Сидела на полу в своей спальни. Зарывалась ладонями в волосы. Сжимала пряди. И почему-то реветь хотелось. Я еле сдерживала слезы.

Постоянно делала глубокие вдохи и мысленно кричала себе, что сейчас не время для паники. Я же с рождения знала, что в плане женитьбы выбора у меня не будет. После того, как меня удочерила семья Лоу, я вообще жила словно в тисках. В моей жизни имелись моменты и похуже, даже критичнее, чем этот. Я же как-то справлялась и тут… наверное… смогу.

Голова кружилась, мысли рвались, но заставляя себя подняться на ноги, я вновь взглядом случайно скользнула по телефону и на экране увидела ненавистную фотографию нашего с Тернером поцелуя. Она сейчас была во всех новостях.

Кто черт раздери ее сделал? Слишком гладко, как для журналистов. И тогда почему они в новостях не пропустили то, что я Тернеру дала пощечину? Это была бы куда более громкая новость. А они именно к этому и стремятся.

Но, сколько бы я об этом не думала, не могла посчитать, что это сам Тернер. Не его почерк. Он более сложный, тяжелый человек. Может действовать жестоко. Даже разбить, растерзать, но все-таки открыто.

Тогда, получается… это Гвен? Стерва готовая на все, лишь бы выслужиться перед Тернерами?

Накрывая лицо ладонями, я сильно потерла его. Вновь сделала несколько глубоких вдохов. Была готова ударить себя. Да вообще все, что угодно лишь бы наконец-то хоть как-то взять себя под контроль. Мне, черт раздери, нужно пытаться что-то делать, но эмоционально меня расшатывало так, словно я уже сейчас умирала.

Почему? Черт раздери, какого дьявола?

Срывая с себя футболку, я отбросила ее в сторону. Хотела пойти в ванную комнату и встать под ледяные струи воды, но сделанные несколько шагов показались пыткой. Тело пронзило слабостью, ноги подкосились и я упала на пол. Это было то состояние, которое жутко испугало. Оно нахлынуло волной и, судорожно пытаясь подняться, я почувствовала, что сейчас потеряю сознание.