Серебряная колдунья (ЛП) - Саммерс Элла - Страница 30

«Ты здесь, Доминик, — сказала я ему, выходя из машины. Я добралась до тюремной парковки. — Пока мы так связаны, ты будешь со мной».

Снаружи Коробка была обычной чёрной коробкой. А внутри, ну, это были две тюрьмы.

Первая была такой же чёрной и непритязательной. Должно быть, там держали всех «обычных» заключённых, то есть тех, кто не был родом из Магического Дома.

Вторая тюрьма представляла собой безвкусно яркую белую коробку с четырьмя теннисными кортами, двумя бассейнами и даже собственным кинотеатром. Да, непослушные изгои Домов действительно страдали. Это место было скорее курортом, чем тюрьмой. По сравнению с этим даже подземелье Доминика под винным магазином выглядело мрачным.

Охранник провёл меня мимо элитного стейк-ресторана белой тюрьмы. Мы прошли по периметру крытого ледового катка, затем свернули в коридор. Правая сторона представляла собой, казалось бы, бесконечную стеклянную стену, за которой тянулись спортзалы за спортзалами. Тренажёрный зал, полный тренажёров и скамеек, гантелей и штанг. Зал для аэробики, в котором гремела музыка. Массажный кабинет. Комната с гидромассажной ванной. Затем были спа-центр, сауна и какое-то помещение, полностью затуманенное. Я действительно не хотела знать, что там происходило.

— Ну что, вам здесь когда-нибудь бывало скучно? — с улыбкой спросила я охранника.

Его ответом было полное замешательство. Я думаю, он никогда раньше не слышал шуток.

Молчаливый охранник передал меня другому охраннику. Форма первого парня была синей. Форма второго была красной. Цвета, должно быть, что-то значили, но я не знала, что именно. Бьюсь об заклад, Доминик знал, но я не могла спросить его. Его голос исчез из моего сознания.

Ну то есть, серьёзно, что хорошего в жуткой экстрасенсорной связи с моим бывшим любовником, если я даже не могла контролировать, когда мне удавалось поговорить с ним?

Мы остановились перед толстой белой дверью бункера, рассчитанной на то, чтобы выдержать сильный взрыв. Какие там способности были у Сорена? Ну, кроме мании величия и любви к зомби. Я покачала головой. Я не могла вспомнить, на что он способен. Я могла только надеяться, что его охранники позаботились о том, чтобы нейтрализовать его способности. Несмотря на эту кричащую обстановку, это всё же тюрьма. Сорен Фенрир был не единственным плохим мальчиком, которого Дома хотели спрятать от посторонних глаз.

Охранник провёл по сенсорному экрану на своём нарукавнике, и дверь с жужжанием открылась.

— Заключённый там, — сказал он.

Спасибо за констатацию очевидного.

Нет, я этого не говорила. Охранник не виноват в том, что такие жуткие преступники, как Сорен, заставляли меня нервничать, или в том, что, когда я нервничала, во мне просыпался сарказм.

Поэтому я сказала «Спасибо» и шагнула за дверь.

Я чуть не выпрыгнула из собственной шкуры, когда она захлопнулась за мной. Я была ещё не в камере Сорена. Я находилась в маленькой квадратной комнате между коридором и его камерой. Передо мной маячила вторая дверь бункера, чёрная, как дёготь. Был ли этот цвет предупреждением? Или просто выбор дизайна? Я действительно пожалела, что у меня нет руководства по цветам Коробки.

Чёрная дверь с жужжанием открылась. Я осторожно двинулась к ней. Ещё несколько шагов, и я окажусь в камере Сорена.

— Входи же! Входи же!

Мой пульс участился в ответ на зов Сорена.

— О-о-о, Арина!

Супер. Должно быть, они предупредили его о моём визите.

— А-ри-на! — пропел он радостным голосом. — Я-ску-чал-по-те-бе!

Мне серьёзно не нравился этот тип. Я вытерла руки о штанины, глубоко вздохнула и вошла в камеру Сорена.

Он лежал, откинувшись на кушетке, но, как только увидел меня, вскочил на ноги. Его глаза, горящие недобрыми намерениями, встретились с моими.

— Арина Феникс, какой восторг! — даже когда он поклонился, его взгляд не отрывался от меня. — Это мой супружеский визит?

Гадость.

— Продолжай мечтать, — выпалила я в ответ.

— О, я мечтаю, — он переплёл пальцы — очень, очень медленно. — Каждую ночь.

Дважды гадость.

— Я здесь по этому поводу.

Я показала ему экран своего телефона. Я сфотографировала серебряную шкатулку. Я, конечно, был не настолько глупа, чтобы принести её с собой в тюрьму. Она, вероятно, всё равно не прошла бы через охрану. В тюрьмах строго относятся к подобным вещам. На самом деле, я немного удивилась, что они позволили мне оставить телефон. Они же забрали мои браслеты. Я думаю, таинственные магические артефакты были гораздо более опасными, чем обычные технические средства.

Не то чтобы мои всемогущие браслеты причинили мне что-то большее, чем лёгкое поражение электрическим током. Единственная причина, по которой я вообще смогла использовать силу Доминика, заключалась в проклятии, которое наложила на нас Серебряная Колдунья. Но я придумаю, как заставить браслеты работать. У меня всегда всё работает. В конечном счёте.

— О, я понимаю, — Сорен улыбнулся, увидев серебряную шкатулку на экране моего телефона. — Это очень интересная вещица. Да, очень интересная.

— Это набор. Есть ещё одна.

— Действительно, есть, Арина Феникс. Лорд Виверна нашёл одну шкатулку, но я спрятал другую там, где её никто никогда не найдёт. Но подойди, сядь рядом со мной, Арина, и я скажу тебе, где её найти, — он похлопал по кушетке.

Я предпочитала, чтобы между мной и Сореном Фенриром всегда было не менее двух метров, но у меня было чувство, что он ничего мне не скажет, если я не сяду рядом с ним. Поэтому я села, стараясь держаться как можно дальше на этом узком сиденье.

Некоторое время он сидел молча, затем заявил:

— Она в моём хранилище.

Я поднялась, чтобы уйти, но он схватил меня за запястье.

— Не так быстро, Арина. Я не сказал тебе, в каком из моих хранилищ. У меня их много, большинство из них секретные. Но я поделюсь этим секретом с тобой.

Уголок его рта приподнялся. Я бы даже назвала улыбку, которой он одарил меня, «мальчишеской», если бы не знала, какой он на самом деле психопат.

— Серебряная шкатулка, которую ты ищешь, находится в Красном Доме, одном из моих владений в Рубиновом Дистрикте. Тебе не составит труда найти это место. Весь фасад здания украшен фреской с изображением больших красных волков.

— Как утончённо.

— Я не утончённый человек, Арина.

Вот уж действительно.

— Используй код 5-4-6-4, чтобы войти в здание. Ты найдёшь серебряную шкатулку в хранилище на втором этаже. Комбинация 46-73-99.

Это было… удивительно любезно с его стороны.

— В чём подвох? Зачем ты мне это рассказываешь? — я не могла не спросить. Не то чтобы мы были друзьями. На самом деле, скорее уж врагами.

— Ну, я, само собой, хочу кое-что взамен, — взгляд Сорена скользнул вверх и вниз по моему телу. — Я хочу многого, и много раз.

— Только через мой труп.

Слова слетели с моих губ, но они были не моими. Каждый ледяной слог принадлежал Доминику. Я почувствовала, как сжимается мой кулак. Я замахнулась — нет, это Доминик замахнулся. Сорен упал на спину, зажимая нос. Между его пальцами закапала кровь.

— Что, по-твоему, ты творишь?

Охранник с криком ворвался в камеру. Мне сейчас точно влетит за то, что я ударила заключённого.

Но этого не произошло.

— Ты! — охранник указал на Сорена. — Ложись на пол! Руки за голову!

Сорен повиновался. Кровь окропила белый пол. Сорен, казалось, ничего не заметил. Он повернул ко мне голову, прижавшись щекой к холодной плитке, и подмигнул.

— Как ты смеешь так нагло разговаривать с Главой Дома, — сказал охранник. — Тебе должно быть стыдно за себя.

Сорен определённо не выглядел пристыженным. Он выглядел злорадствующим.

— Ты знаешь, что будет дальше, Фенрир. Тебя ждёт одиночная камера. Это означает, никакой сауны, спа-салона и ужина стейками. До конца недели тебя ждёт обычная тюремная каша.

Угроза охранника, казалось, не возымела никакого действия. Сорен продолжал веселиться, даже когда ещё двое охранников ворвались в его камеру и утащили его прочь.