Шарлатан IV (СИ) - Номен Квинтус - Страница 61

— Никакие. Не успели геологи там грунты проверить, все на весну откладывается. Однако, как оказалось, соображаешь ты неплохо, в Минэнерго уже отдел специальный организовали для выбора мест и подготовки проектов твоих аккумулирующих станций. Но главное, что ГЭС в Новинках они на свой баланс взять решили, так что нам на нее тратиться уже не придется. А это, между прочим, очень приличные деньги.

— Я им могу еще парочку мест порекомендовать. А вообще-то я эту ГАЭС под свою программу строить собрался.

— Сиди уже, рекомендатор! И ГЖС — она не твоя ее для страны строить будут. А у тебя сейчас работы будет столько, что придется мне защиту от жены твоей у начальства просить: она меня точно убить захочет. Нужно рассчитать, как ты говоришь, на пять уровней вглубь, программы для Рязанской, Владимирской и Ивановской областей, и сделать это необходимо до начала декабря. Я с собой папочку с программами не взяла, чемодан с бумагами у меня в машине лежит, пойдем, меня проводишь и бумаги заберешь. Да, кстати… раз уж мы так крупно сэкономили. В Сюкеевских горах местечко есть одно, там перепад высот от волги слегка так за сто сорок метров. Ты же, когда мне Новинки предлагал, думал, где турбины с генераторами для электростанции взять? Я к чему: ты еще раз подумай. А сколько примерно такая ГЭС обойдется, я уже знаю, деньги на твою очередную идиотскую затею найду. Ох, чувствую, выгонят меня с работы без пенсии и выходного пособия! Чувствую, но удержаться-то не могу… Ты меня в случае чего с голоду-то помирать ведь не оставишь? Одна у меня на тебя надежда остается…

Глава 22

Насчет того, что я подумал, где взять турбины с генераторами, Зинаида Михайлова была права. Но оттого, что я подумал, ни турбины, ни генераторы появиться не могли. Теоретически могли, конечно — но при условии довольно изрядных денежных вливаний в действующие заводы. По поводу турбин у меня было две могучих идеи: первая состояла в том, чтобы их заказать на Сызранском гидротурбинном заводе, который вообще-то с прошлого года переименовался в завод Тяжмаш и временно делать именно турбины перестал. Но при этом — я отдельно этот момент уточнил — вся необходимая оснастка и оборудование на заводе пока осталась, то есть ее не переделали под новые производственные задачи, и оставался шанс этим воспользоваться. Небольшой, и только при условии, что заводу для установки нового оборудования будет и новых цех выстроен, а вместо того оборудования, которое они хотят перепрофилировать (с изрядными доработками) им просто новое откуда-то привезти.

Второй вариант выглядел даже посмешнее: можно было для такой работенки задействовать «Красное Сормово», но там примерно такие же проблемы возникали с оборудованием, но хоть новые цеха можно было не строить — однако оба этих варианта не обещали начала поставок турбин ранее, чем через пару лет. И я эти варианты отбросил, причем вовсе не потому, что ждать столько не хотел. Раньше-то всякое турбины не получить, разве их заказать у каких-нибудь американцев, дело было в другом: расчеты показали что за два года можно выстроить просто новый завод по изготовлению нужных мне турбин, причем это даже в деньгах сильно дороже не станет, а возможно и дешевле обойдется. Если строить не «завод тяжелого машиностроения» вообще, а завод, выпускающий только такие турбины.

Однако и турбины — это примерно четверть дела: электростанциям еще и генераторы требуются. А тут в стране вариантов не просматривалось: нужные генераторы могли изготовить только в Ленинграде, Харькове и Новосибирске, причем на заводах, которые уже были загружены на сто процентов. И единственной альтернативой было строительство нового завода. Благо, на этом перечень того, чего было «не достать», исчерпывался: трансформаторы и всякие распределители в СССР производило довольно много разных заводов, причем даже не все они относились к Минэнерго, у того же МПС было два завода, на которых эту (довольно сложную и дорогую) технику можно было заказать потому что на заводах там «запас мощностей» все же имелся. Им всего лишь требовалось оплатить заказанное оборудование…

Чтобы все нужно сделать, требовалось очень много денег, а чтобы деньги получить, было бы неплохо сделать много всякого для продажи за эти самые деньги. И вариант с самыми «быстрыми» деньгами просматривался простой: делать автомобили, как раз те самые «железные телегомобили». Благодаря Маринке, точнее, ее заводу, массово теперь выпускающего новые бензиновые моторы. «Векши» в Красных Баках как раз с новыми двигателями и собирались — а вот старое производство девятисильных дизелей продолжало работу — и это позволяло где-то наладить выпуск уже минимум семидесяти тысяч телегомобилей в год. Да, для машины не только мотор нужен, но все прочее из комплектующих можно было «разбросать» по многочисленным сельским мастерским.

Кроме разве что кузовов можно было разбросать, а с кузовами тоже ведь проблем особых не было. Конструкцию очень приличного кузова очень быстро разработали павловские кузовщики, на основе моего рисунка и «живого» джипа «Виллис». И кузов тоже получился в производстве довольно несложным, причем изрядную часть его деталей уже начали делать на нескольких МТС, куда были поставлены разные прессы (а формы для этих деталей в Павлово и изготовили). Вот только оставалась одна мелкая загвоздка: семьдесят тысяч автомобилей требовали для производства сто тысяч тонн очень непростого железа…

Да, треть потом «вернется» в виде металлолома, но все равно «железо» нужно было сначала в полном объеме изготовить. А в СССР все, что производилось, на несколько лет вперед было уже распределено по предприятиям. Почти всё, но те крохи, которые оставались, тоже разбирались еще до того, как я к ним свои загребущие руки успевал протянуть. И хорошо, что руки загребущие не один я отрастить успел: Наташа Резникова тоже кое-что «загрести» успела. Она же занималась управлением финансами моего института и всего, что этот институт по своим программам делал — и каким-то непостижимым для меня образом успела добыть сразу два прокатных стана. Небольших, однако в какой-то степени проблему решающих: один стан для получения «горячего» листового проката она приобрела на «Уралмаше», но его она заказала вообще под нужды стана австрийского, на котором из продукции первого стана должен был делаться уже лист холоднокатаный. Правда «австриец» был «слегка поношенный», то есть довоенный еще — но после капремонта и модернизации (которые в Австрии же и провели) для работы вполне пригодный. Вот только Павелецкий завод, куда эти железяки отправили, теперь мог ежегодно давать советской телегомобильной промышленности целых пятьдесят тысяч тонн столь нужного металла, где-то с начала следующего лета мог…

А чтобы этот завод вообще мог такой лист выпускать, ему требовалось откуда-то подавать примерно пятьдесят мегаватт электрической мощности. Тридцать из которых тратили сами прокатные станы, а двадцать отжирали разные «вспомогательные производства»: ведь на этих станах прокатные валки заменялись раз в сутки-двое, а на ремонт износившихся и изготовление новых электричества «вспомогательные» цеха тоже тратили, ни в чем себе не отказывая. По хорошему к этому нужно было добавить еще мегаватт тридцать на новые электропечи по переплавке металлолома, но нам пока было не до хорошего, новые печи намечалось только через полтора года начинать ставить. Но тем не менее электричества требовалась прорва — а ведь все и затевалось, чтобы остро нехватающего электричества побольше производить…

Однако тут мне в моих начинаниях очень сильно помогло то, что руководство Советского Союза заметную часть стоящих передо мной проблем уже решило и ударными темпами продолжало развивать энергетику: сейчас уже почти вся европейская часть страны покрывалась объединенной электросетью, позволяющей легко нехватку электричества в одной ее части компенсировать перетоками из другой, где электричества имелось в избытке. Правда, избытка почти нигде не было, но именно что «почти»: например, электрические можности сельских электростанций Нижегородчины были на самом деле избыточными.