Шарлатан IV (СИ) - Номен Квинтус - Страница 26

— Обязательно. А там еще немножко добавить можно будет?

— Я же тебе простым русским языком сказала: пасть крокодилью закрой. Еще вопросы будут?

Глава 10

До зимы дядька Бахтияр успел выстроить цоколь высотки, причем в цоколе на всех этажах уже и отделочные работы были полностью закончены. В «общественных» этажах отделочные работы были закончены, а на «жилых» они еще продолжались, но тут уж вообще никто никуда не спешил: в поселке с жильем проблем в принципе пока что не было. А вот с «общественными» помещениями проблемы еще прошлой весной наметились, так что в этой высотке под такие был не один этаж отведен, а сразу три, правда только в боковых секциях здания. И первый этаж полностью был отдан под разные магазины и спортивные помещения (тот же бассейн товарищ Ильдаров и в это здание впихнул), еще там появились по паре баскетбольных и волейбольных залов, зал для занятий тяжелой атлетикой. И два зала для занятий танцами: с точки зрения архитектуры они от прочих спортивных не отличались, а вот отделка (например, зеркальные стены) была уже «индивидуальной».

С очень дорогой «отделкой», причем проведенный «за мой счет»: мне Наташа Резникова, которая так и осталась «главным бухгалтером междуречья» (то есть части Горьковской области между Окой и Волгой) сказала, что все затраты на отделку «общественных помещений» будут проводиться полностью из «фонда Шарлатана». Но я его почти и не тратил, так что мне на это пока что плевать было, а получилось очень неплохо.

Еще в новое здание переехала ранее ютившаяся в квартире старого дома редакция районной газеты, поселковая жилищно-эксплуатационная контора, отделение милиции (последнее заняло место, которое в Ветлуге было отведено под кинозал, но тут ни кино-, ни театральный зал за ненадобностью устраивать не стали) и из Дворца культуры сюда же переехала библиотека. И в процессе переезда она претерпела серьезные «технические усовершенствования»: в ней, кроме нового и удобного читального зала появился и зал, в котором были установлены несколько машинок для подготовки информации на дискетах. Эти машинки в текущем году все же немного усовершенствовали, память расширили до тридцати двух килобайт, поставили второй дисковый накопитель — и получилась уже неплохая вычислительная машинка, на которой, кроме всего прочего, можно было и пионеров обучать работе с компьютерами. Собственно, для этого этот зал и организовали.

Меня то, что компы для школьников поставили, тоже некоторым образом коснулось: хотя школьников учить предполагалось силами программистов моего института, составление программы обучения было на меня возложено, да и не только школьников районное руководство учить навыкам работы с новой техникой возжелало. Так что мне предстояло до Нового года два курса составить, а это дело простым мне точно не казалось. Во-первых, я все же слабо представлял себе нынешнюю «базовую подготовку» школьников (в том числе и потому, что школа, которой руководила Надюха, в качестве показателя вообще не годилась, у нее каждый год с медалями по несколько человек из школы выходило), а во-вторых, я очень неплохо представлял уровень нынешнего уже взрослого населения. В целом люди-то были грамотными, но в математических дисциплинах большинство откровенно «плавало»: ну не нужна сельским жителям в быту и работе математика, и в школе большинство ее просто «проходило», а чаще — вообще «мимо пробегало». Да и веских причин изучать компьютерную грамотность народ пока не видел — и, что меня поражало, не видел таких причин даже тот народ, который на работе просто обязан был с компами работать.

Та же Наташа Резникова (которая, собственно, меня и вынудила заняться обучением «простого народа») ругмя ругалась на то, что в районах бухгалтера, даже если им вычислительные машинки ставили, все равно считали на счетах (делая при этом довольно много ошибок) и отчеты в область сдавали по-прежнему на бумажках. Которые еще и заполнялись корявым почерком, что превращало работу по сведению «полуобластного» баланса в сущий ад. По ее словам, даже при вводе присылаемых циферок с бумаги в машину выявлялось очень много элементарных ошибок, которых, если бы расчеты сразу на ЭВМ в районах делались, было бы несложно избежать: все же в Минместпроме Зинаида Михайловна собрала довольно приличную команду программистов и те сумели написать программки, которые даже на «старых» устройствах записи на дискету множество ошибок сразу фиксировали, а если в районах отчеты сразу в «бухгалтерские» машинки запихивали, то не пришлось бы месяцами (и это была не шутка) отчеты выверять и перепроверять.

Но пока народ «не проникся» — это по мнению Наташи, а я искренне думал, что люди пока что просто боялись к вычислительным машинам подходить. Я это в своей «прошлой жизни» успел застать: когда персоналки пошли в массы, многие просто включать их боялись. А уж если при работе они делали какую-то мелкую ошибку, вроде нажатия «не на ту кнопку»… Перед тем, как меня завербовали на работу к буржуинам, довелось мне подработать в одной столичной конторе: там никто понять не мог, почему у них база данных буквально через день рушится. И оказалось, что когда тетки, которые в базу данные заносили, где-то ошибались, то очень часто они просто комп выключали (а о том, что нужно подождать завершения транзакции, они даже не подозревали, да и слова такого, понятное дело, не знали).

Так что проблема была вовсе не в том, чтобы людей (как раз в основном теток из бухгалтерий) научить работе с компом, а в том, чтобы научить их компов просто не бояться. Ну не боятся же они телевизоров дома! Хотя и тут имели место инциденты, но на них я предпочел внимания не заострять. И вспомнил, как моя жена (в «той жизни») как раз учила своих сотрудниц компов не бояться. Она просто запустила на всех компах игрушки (пясьянс и сапера) и тетки уже на следующий день утром компы самостоятельно включали, а некоторые и игрушки запускать умели. А начальник… жена смогла ему объяснить, зачем весь отдел в рабочее время «дурью мается», и он даже пообещал премию выдать той, кто в «сапере» лучший результат к концу недели продемонстрирует. И ведь помогло: когда через неделю в отделе запустили нужную конторе систему документооборота, сотрудницам дня хватило, чтобы начать с ней работать. И, хотя собственно работу в системе они осваивали еще месяц с лишним, никто не дергался и работа продвигалась очень даже успешно.

Но вот что сейчас делать… программу для какой-нибудь игрушки написать было нетрудно, но, скажем, тетрис окажется «интеллектуальной диверсией», а пасьянс или сапера на алфавитно-цифровом экране отрисовать практически невозможно. Было над чем подумать, и думал я большей частью все там же, в канцелярии музыкальной школы.

То есть там я про игрушки думал, потому что на работе и других дум хватало: все же Валька очень интересную (в плане разработки алгоритмов) задачку поставила: ей теперь нужно было среди всего прочего определять «негативные» факторы, влияющие на урожайность. Но не природные, а возникающие «по вине человека», и в первую очередь почему-то она решила заняться вопросом уплотнения почвы из-за того, что по земле всякие трактора и автомобили ездят. Она мне и раньше говорила, что такое уплотнение — не есть хорошо, но теперь ей нужно было на основании очень «косвенных» параметров вычислить, сколько всякой техники в процессе обработки полей землю уплотняют и, что для нее было важнее всего, какая «нагрузка на почву» еще к негативным последствиям не приводит. Потому что всем же понятно, что трактора и автомобили по полям ездить не перестанут, но как минимизировать вредные последствия этого, было пока непонятно. Однако чтобы подумать о «минимизации», сначала требовалось определить, сколько же на самом деле там техники шастает и какие из машин гадят больше…

Однако этим я как раз на работе занимался, а в свободное время как раз «развлечениями» и увлекся. И «подопытным кроликом» я решил взять Лиду: в канцелярии тоже машинку поставили, чтобы всю документацию на компы перевести. Вот что в стране Советов меня всегда удивляло, так это бюрократия: на каждый чих имелась инструкция о том, как этот чих нужно оформить документально. Но когда я в вопрос углубился (помогая Лиде готовить ее «бюрократию» к компьютеризации), с удивлением понял, что пользы от такой бюрократии было все же куда как больше, чем вреда. Правда, польза была пока еще больше потенциальная, но и без компов бумажная волокита позволяла при необходимости практически любую нужную информацию получить. Чаще пока лишь теоретически, потому что извлечь ее из груды бумаг было просто очень долгим занятием, но если все эти бумаги превратить в файлы, то информация действительно станет очень полезной. Но это уже когда программы по обработке всех таких файлов будут созданы.