Первый среди равных. Книга XV (СИ) - Бор Жорж - Страница 23

Когда аристократы начинали бороться за влияние всеми доступными им способами, страдали обычно простые граждане Империи. Но на это было всем плевать. Вместо того, чтобы улучшать и преумножать силу собственной страны, каждый в этом городе думал только о собственном кошельке. Отчасти поэтому так сложно было поверить, что хозяин скромного магазинчика, у которого мы остановились, действительно мог на что-то влиять.

Едва заметная на фоне соседей вывеска. Старые кованые решётки на окнах, которые видели ещё прошлого Императора. Тяжёлая деревянная дверь и простенький фонарик над ней, вместо яркой неоновой надписи. Внутри пахло травами и стариной. На стенах висели многочисленные таблички с иероглифами Поднебесной, а на полках за выцветшим от времени прилавком теснились глиняные сосуды с разными видами чая.

— Добро пожаловать в уголок Поднебесной на просторах великой Российской Империи, — послышался из-за прилавка надтреснутый старческий голос. У меня сложилось ощущение, что его обладатель был даже старше местных рек и озёр. — Чем могу быть полезен благородным господам?

— Здравствуйте, господин Шень У, — ответил стоявший немного впереди нас ресторатор.

— Да будет освещён предками этот день! — широко улыбнулся беззубым ртом старик за стойкой. Редкие белые волосы почти не закрывали покрытый пигментными пятнами череп хозяина магазина. — Глубокоуважаемый Вениамин Исаакович! Давно вы не заходили лично к старому Шеню! Как дела у вас, господин? Как здоровье дочерей?

— Я сегодня не по своим делам, уважаемый, — чуть дёрнувшись, будто хотел обернуться и посмотреть на нас с графом, ответил Пензер. — Вопросами поставок чая займёмся в следующий раз. Сегодня со мной пришли два очень уважаемых человека, и они хотят с вами поговорить.

— Очень рад новым клиентам! — подслеповато прищурившись, улыбнулся нам хозяин лавки. — Друзья уважаемого Вениамина Исааковича — мои друзья. Раз сегодня такой чудесный день, я велю заварить лучший чай!

Словно дожидавшись именно этой фразы, из подсобного помещения вышел молодой парень в традиционном одеянии жителя Поднебесной. Он низко нам поклонился и, не поднимая глаз, начал готовить место для чаепития. В отдельной зоне магазина стоял для этих целей стол и комод со всем необходимым. Шень У, тяжёлой шаркающей походкой вышел к нам и занял место за столом. Стульев там не было и я сел на пол рядом со стариком.

Григорий Владимирович уселся напротив, а Пинзер топтался в паре шагов от стола, не решаясь сесть рядом. Наконец Распутин не выдержал и жестом отослал ресторатора из магазина, чему тот несказанно обрадовался.

Мне не нужно было обращаться к каким-то особым заклинаниям, чтобы увидеть потоки магии. В этом месте было очень много свободной маны, но она будто бы избегала хозяина магазина. Господин Шень У не был одарённым и его почтенный возраст действительно внушал уважение.

Я внимательно следил за отточенными движениями юноши и молчал. Так же молчали и все остальные. По законам Поднебесной, гость должен был сам начать разговор и до этого хозяин дома не имел права нарушать его мысли.

— Я хотел поговорить о ваших встречах с аристократами Российской Империи, господин Шень У, — приняв из рук юноши маленькую пиалу, произнёс я.

— Многие со мной общаются и ведут дела, господин Разумовский, — слегка улыбнулся старик, а граф Распутин не сдержал усмешку. Едва дошло до дела, как хозяин лавки перестал играть недалёкого старика. Даже двигаться стал немного иначе. — Кто конкретно вас интересует?

— Все, кто хотел купить оружие в Поднебесной, — просто ответил я и старик скрылся за парящей пиалой с чаем.

— Продажа оружия не запрещена между нашими странами, — сделав глоток традиционного напитка, ответил Шень. — Когда речь идёт о благородных аристократических семьях, то мы руководствуемся законами Российской Империи. Согласно своду правил импорта, если глава рода изъявил желание усилить свой род, то он может обратиться к любым источника. Это не противоречит закону.

— Закону противоречит использование купленного у вас оружия в мятеже против правящей династии, — сухо и практически безразлично сообщил граф Распутин. — Это уже подтверждённый факт. Если кто-то из пленных дворян подтвердит участие в подготовке иностранных инструкторов, то ситуация превратится в очень серьёзный международный скандал.

— Я не продавал никакого оружия, господин Распутин, — удивительно спокойно ответил старик. — И не присылал в вашу страну учителей. Если хотите, то я готов повторить эти слова под любой клятвой. Моя лавка работает в этом городе уже много десятилетий и я ни разу не дал повода усомниться в том, что Шень У чтит законы Российской Империи.

— Я верю вам, господин Шень У, — кивнул я и хозяин магазина слегка поклонился в ответ. — А теперь не могли бы вы оставить нас наедине с вашим господином, чтобы мы могли обсудить действительно серьёзные дела.

Стоявший справа от меня помощник старика замер с чайником в руках. Шень У слегка улыбнулся и покачал головой.

— Я не понимаю… — начал было хозяин магазина, но парень медленно выпрямился и Шень У замолчал, удивлённо глядя на юношу. — Минь Цзе?

— Оставь нас, — негромко произнёс Минь Цзе. Пару секунд назад я даже предположить не мог, что старик может двигаться с такой скоростью.

— Очень странно, что хозяин чайной лавки не умеет сам проводить церемонию, — глядя на парня, улыбнулся я.

— Шень У хороший человек, ваша светлость, — улыбнулся в ответ юноша. Я бы не дал ему внешне и двадцати лет, но все чувства буквально вопили о том, что помощник хозяина магазина гораздо старше. Быть может, даже старше своего номинального начальника. Учитывая возможности Хозяина Востока, в этом не было ничего удивительного. Вот только магия в парне ощущалась очень слабо. Будто он находился за толстым стеклом. — Но чай он готовит отвратительный. Мне всегда было больно смотреть на это. Очень вы хотели поговорить со мной, господин Разумовский?

— Насколько велика роль Поднебесной в недавнем восстании благородных родов Российской Империи? — не тратя время на долгие словесные кружева, спросил я. Распутин слегка напрягся и я ощутил, как пробуждается его дар. Граф был готов атаковать Минь Цзе в любое мгновение.

— Не нужно так нервничать, ваше сиятельство, — едва заметно поморщился юноша. Запах трав в зале чуть изменился, и я почувствовал, как пробуждается где-то под зданием древняя магия Земли. — Ни вы, ни ваша дочь не сумеете мне навредить у меня дома.

— Вероятно, вы плохо себе представляете возможности рода Распутиных, — всё тем же нейтральным тоном ответил граф, но раскрытие собственной силы прекратил. Вместо этого он достал из кармана пиджака небольшой амулет, буквально кипевший от обилия энергии Пространства, и широко улыбнулся. — А тех, кому нельзя навредить дома, всегда можно попросить выйти за его пределы.

Эта новость оказалась для истинного владельца магазина довольно неприятной, но я не сомневался, что он сумеет подобрать достойный ответ. Однако, смотреть на развитие противостояния у меня никакого желания не было.

— Мне нужен правдивый и полный ответ, господин Минь Цзе, — произнёс я. — От этого зависит очень многое.

— Мне тяжело и больно это признавать, но Поднебесная сыграла очень большую роль в этом восстании, ваша светлость, — отставив в сторону чашку и замерев в глубоком поклоне, ответил Минь Цзе. — И в моём лице, как в доверенном слуге Императора Неба, бунтовщики получили максимальную поддержку. Я помог им с оружием, обучением и использовал все свои связи, чтобы погибло как можно больше слуг рода Романовых.

На периферии зрения полыхнулся серая вспышка и я неосознанно создал на пути атакующего заклинания аспекта Смерти барьер из чистого Эфира. И без того бледное лица Григория Владимировича превратилось в восковую маску. Граф сейчас в точности напоминал именно того, кто считался карающей дланью Российской Империи и Жнецом Душ. Распутин был готов убивать и мне удалось его остановить только высвободив часть своей силы.