Вчетвером (ЛП) - Кеннеди Слоан - Страница 15

Слова, которые, как я думал, он собирался произнести, не прозвучали, но когда он выдержал мой пристальный взгляд и медленно покачал головой, я почувствовал, как по мне обдало смесью жара и холода. Я все еще злился, что кто-то порвал дневник его отца, но осознание того, что он «разговаривает» со мной, подняло меня на седьмое небо.

Ной указал на себя.

- Ты сделал это? - спросил я.

Он поколебался, затем кивнул. Я уже собирался спросить его, почему, когда по его щекам потекло еще больше слез, и он снова посмотрел на разорванную страницу.

Я понял, что не имеет значения, почему он это сделал. Мои отношения с собственным отцом были испорчены, но я все еще боготворил землю, по которой он ходил. Он был моим отцом, я был его сыном... Дальнейших объяснений не требовалось. Семья может выявить лучшее и худшее в каждом из нас.

Вид Ноя, такого убитого горем из-за чего-то, что явно значило для него очень многое, разрывал меня изнутри.

- Пожалуйста, не плачь, Ной, - в отчаянии прошептал я.

То возвышенное чувство, что он действительно общается со мной, исчезло, и все, что я чувствовал, это сильную потребность сделать так, чтобы он больше никогда не пролил ни слезинки.

Я протянул свободную руку, чтобы коснуться страниц дневника, в то время как другой начал поглаживать его спину.

- Я починю его, Ной, - пробормотал я. В итоге я снова прижал его к своей груди. - Теперь мы семья, а семья заботится друг о друге, верно?

Он кивнул, прижавшись ко мне. Ощущение его щеки на моем теле и то, как его рука доверчиво обвилась вокруг меня, спутали все мои чувства, и я едва сдержался, чтобы не поцеловать его в затылок. Вместо этого я положил пальцы именно на это место и начал массировать его нежную кожу.

- Братья, - выпалил я, потому что мне нужно было напомнить себе, что в этот момент я хотел дать Ною утешение, в котором он нуждался, и ничего больше. Даже если бы он не был натуралом, я бы не стал делать ничего, что могло бы подорвать доверие, которое он мне оказывал. Он был молод и уязвим, и ему нужен был кто-то, кто присматривал бы за ним.

- Теперь я твой старший брат, хорошо, Ной? - повторил я, крепче сжимая его в объятиях. – Теперь я позабочусь обо всем, хорошо? - Когда он не ответил, я потер то место, где его волосы соприкасались с затылком, и прошептал: - Ты ведь веришь мне, правда, Ной?

Только когда он снова кивнул головой, часть моей жизни, казалось, пришла в норму, и я снова почувствовал так, как не чувствовал уже очень давно.

Целым.

Глава восьмая

Ной

Настоящие дни

Я сел, когда услышал, как со скрипом открылась дверь, и сразу же пожалел об этом, потому что мое тело закричало в знак протеста. Но мне удалось устоять на ногах, когда Лиам быстро закрыл за собой дверь.

- Блядь, замка нет, - пробормотал он, изучая дверную ручку. Он оглядел комнату, а затем поспешил к кровати и поставил на нее бутылку с водой и лекарства. Я не удивился, когда он подошел к комоду рядом с дверью и начал двигать его по полу. От скрежета большого предмета мебели по деревянному полу у меня разболелась голова, но мне не удавалось расслабиться, пока комод не оказался перед дверью, не позволяя никому войти в комнату.

Ну, они, вероятно, смогут войти в комнату, если применят немного силы, но, по крайней мере, мы это услышим.

Я должен был подумать об этом сам, когда мужчина, Зак, привел меня в свой дом, но я был слишком напряжен и напуган, чтобы что-то предпринять. И, предположительно, какая-то часть меня, возможно, немного доверяла Заку.

Взрослый мужчина разговаривал со мной так же, как Лиам.

Как будто я был нормальным.

Не каким-то уродом.

- Вот, - сказал Лиам, возвращаясь к кровати. Мои внутренности сжались, когда я увидел, как сильно он все еще хромает и держится за бок, куда его пинали снова и снова. Я наблюдал за всей атакой с расстояния всего в десяток футов и ничего не мог с этим поделать.

Я даже не мог позвать на помощь.

Нападение произошло по моей вине, и я просто стоял там и тихо плакал, наблюдая, как мой брат сражается, чтобы спасти нас обоих.

На самом деле, он не твой брат, напомнил мне мой внутренний голос.

Я был одновременно рад этому голосу и немного ненавидел его. Я даже не знал, был ли это мой собственный голос, потому что не помнил, как он звучит.

Голос, напомнивший мне, что Лиам не был мне настоящим братом, помог снять чувство вины, связанное с некоторыми вещами, которые я иногда о нем думал.

Например, как приятно было ощущать его вес в тех редких случаях, когда он засыпал на мне, а не я на нем.

Или как я жаждал его прикосновений в те моменты, когда мне не обязательно нужно было утешение.

Или как мое тело горело всякий раз, когда он был рядом со мной, и мне было трудно дышать.

Но чувство вины, возникшее из-за того, что я хотел от своего брата того, чего не должен, также помогло мне немного легче контролировать свою реакцию на его прикосновения и его слова. Это был пресловутый замкнутый круг.

- Вот, прими лекарство и выпей немного воды, - сказал Лиам, подходя, чтобы сесть на кровать рядом со мной. Я был под одеялом, а он сидел поверх него. Но ощущение того, как его бедро коснулось моего, когда он повернулся ко мне, не притупилось разделяющей нас тканью.

Лиам протянул мне таблетки, которые я принял без вопросов, так как знал, что Лиам проследит, чтобы в них не было ничего, что могло бы причинить мне вред. Мне хотелось плакать от облегчения, что Лиам снова был рядом, присматривая за мной.

- Мы просто отдохнем здесь ночь, а утром отправимся в путь, хорошо? Я найду для нас место, где тебе станет лучше, но только не здесь. Я не доверяю этим парням.

Я кивнул, хотя на самом деле это было не то, что я хотел сказать. Хотя я чувствовал себя дерьмово и сомневался, что завтра буду чувствовать себя лучше, я больше беспокоился о Лиаме. Когда Зак отвез меня к себе домой, он говорил о травмах Лиама, в основном, чтобы заверить меня, что с ним все будет в порядке. Но я также слышал беспокойство в его голосе, поэтому знал, что он что-то недоговаривает.

А Лиам был без сознания так долго…

Я указал на его лицо, затем на голову.

- Я в порядке, - быстро заверил меня Лиам, хотя я не пропустил, как он поморщился, когда слишком сильно качнул головой. - Обещаю, - добавил он с легкой улыбкой.

Это не было его настоящей улыбкой. Я не замечал ее с тех пор, как мы уехали из дома. Иногда он был похож на прежнего Лиама, когда начинал рассказывать о новой жизни, ожидающей нас в Вермонте, но теперь эти разговоры происходили все реже и реже.

Слишком многое произошло.

В основном с Лиамом... но и со мной.

- Подвинься, - тихо сказал Лиам, вставая. Бабочки заплясали у меня в животе, как всегда, когда я откинул одеяло и подвинулся на кровати. Матрас прогнулся под весом Лиама. Как только он устроился и мы оказались лицом друг к другу, его руки потянулись ко мне. Я протянул руку, чтобы остановить его, и указал на свой рот, затем на него. Когда он в замешательстве посмотрел на меня, я слегка кашлянул в руку, а затем указал на него.

- Я не заболею, - сказал он почти с вызовом, затем притянул меня к себе и обнял.

Его заявление было нелепым, но так похоже на Лиама. Он был самым сильным человеком, которого я когда-либо знал.

И самым упрямым.

Все, что произошло за последние шесть месяцев, произошло из-за меня. Лиам мог и должен был уйти от меня давным-давно, но он этого не сделал. Даже если он не мог вернуться домой, он мог бы выстроить новую жизнь для себя, потому что он был таким целеустремленным и умным. Но я был камнем на его шее, тянувшим его вниз, в самые темные глубины, и у меня не хватало сил, чтобы его отпустить. Единственная попытка, которую я предпринял, закончилась неудачей для каждого из нас… доказательство этого было написано на лице и теле Лиама.