Вчетвером (ЛП) - Кеннеди Слоан - Страница 1

Оглавление

Часть 1

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Часть 2

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Часть 3

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

Глава тринадцатая

Часть 4

Глава четырнадцатая

Глава пятнадцатая

Часть 5

Глава шестнадцатая

Глава семнадцатая

Глава восемнадцатая

Часть 6

Глава девятнадцатая

Глава двадцатая

Глава двадцать первая

Глава двадцать вторая

Глава двадцать третья

Глава двадцать четвертая

Глава двадцать пятая

Глава двадцать шестая

Глава двадцать седьмая

Глава двадцать восьмая

Глава двадцать девятая

Глава тридцатая

Глава тридцать первая

Глава тридцать вторая

Глава тридцать третья

Глава тридцать четвертая

Глава тридцать пятая

Глава тридцать шестая

Глава тридцать седьмая

Глава тридцать восьмая

Эпилог

y

ВЧЕТВЕРОМ

Автор Слоан Кеннеди

Перевод: Alex 3717

Часть 1

Киллиан и Зак

Глава первая

Киллиан

- Что ты сделал? - спросил я, как только вошел в парадную дверь. Меня встретила какофония лая, мяуканья и нескольких пронзительных воплей. Когти заскребли по дешевому ламинату, и я практически видел, как в другой комнате летают перья, когда Скиттлс и Черника, вероятно, одновременно взлетели, чтобы попытаться добраться до меня первыми.

Черника победила.

Но всего лишь на мгновение.

Я протянул руку, чтобы дать серому попугаю место для посадки. Как только она легко устроилась на моей руке и прижала крылья к телу, в нее врезался Скитлс. Когти Черники впились в мою руку, когда я протянул ее, чтобы поймать Скиттлса, прежде чем он упадет. Разноцветный попугай ара был маленьким для его возраста, так что задача поддерживать его и одновременно держать Чернику в вертикальном положении немного облегчалась. В то время как Черника была такой же проворной, как и раньше, Скиттлсу не так повезло. Ярко окрашенный попугай получил значительные неврологические повреждения от рук своего предыдущего владельца, и хотя было чудом, что он вообще мог летать, если бы у него не было Черники, которую он мог использовать в качестве ориентира, его способность достигать цели была пятьдесят на пятьдесят в лучшем случае... даже если цель размером с меня.

Я сразу почувствовал себя более свободно, когда птицы стали подниматься по моей руке, чтобы усесться мне на плечо в то самое время, как все пять собак и три из четырех кошек ворвались в комнату.

- Ладно, ладно, - пробормотал я, приветствуя каждого четвероногого члена семьи по очереди. Узел боли, который нарастал в моей груди по мере того, как я приближался к дому, немного ослаб, когда одно животное за другим приветствовало меня своим уникальным способом. Бентли, единственная собака, с которой я подружился семь лет назад, послушно лежала у моих ног, пока другие животные пытались привлечь внимание. Но, как по маслу, маленький зверинец расступился, как Красное море, при едва уловимом звуке «цок-цок», доносившемся по короткому коридору от кухни к входной двери. Напряжение в моей груди еще больше спало, когда черно-белая птица среднего размера осторожно направилась ко мне по скользкому полу. Мы давным-давно положили дорожку на эту часть пола, просто чтобы Уолдо было немного легче, но упрямый тукан всегда считал нужным обходить узкую полоску ковра. Казалось, это был его способ напомнить нам, что на его долю, возможно, и выпала тонна дерьма, и он поневоле не был похож на своих прекрасных собратьев, свободно летающих в тропических лесах Южной Америки, но он все еще здесь. И с его уникальной решимостью пережить все, что бы на него ни обрушилось, он, скорее всего, переживет нас всех.

Я подождал, пока Уолдо окажется в нескольких футах от меня, прежде чем осторожно наклонился. Скиттлс и Черника балансировали у меня на плече и немного покачивались, но оставались на месте.

- Привет, старина, - сказал я Уолдо, протягивая ему руку. Он проигнорировал кошек и собак, которые кружили вокруг меня, когда медленно ступил мне на руку. Как и у Скиттлса, у него было не очень хорошо с равновесием, но я знал, что лучше не пытаться помочь ему, как попугаю ара. Потрепанной птице потребовалась добрая минута, чтобы добраться до моего предплечья. Он использовал свой изуродованный клюв, балансируя, когда ступал, и когда я медленно поднял руку и встал, он расправил свои искалеченные крылья, пытаясь сохранить равновесие. Я прижал руку к груди, чтобы он мог использовать мое тело в качестве дополнительной поддержки, если ему это понадобится.

Чем он и воспользовался.

- Ты присматривал за своим папочкой ради меня? - спросил я Уолдо как раз перед тем, как поцеловать его в макушку. Какой бы грубой ни притворялась птица, по какой-то причине, из всех людей он особенно привязался ко мне. Настолько, что я был единственным, кто смог по-настоящему прикоснуться к нему, несмотря на то, что Зак сыграл свою роль в его спасении больше года назад. Именно по этой причине Уолдо теперь жил с нами, а не со спасательной группой, которая координировала изъятие птицы у его обидчика.

Мой взгляд упал на маленькие черные винтики, которые торчали, как бельмо на глазу, на ярко-оранжевом фоне длинного верхнего клюва птицы. Часть клюва была великолепного натурального оранжевого цвета, с которым птица родилась. Остальная часть была почти такой же, но не имела тех тонких оттенков цвета, как на оставшемся естественном клюве Уолдо. Я сделал все возможное, подбирая цвет максимально близко к основному оттенку оранжевого, но 3D-принтер смог сделать только это. Мне удалось дать Уолдо клюв, который позволял ему есть больше продуктов, являющихся частью естественного рациона птицы, но это все равно разбивало мне сердце каждый раз, когда я видел эти чертовы винты. Я чувствовал, как во мне нарастают гнев и досада, когда я думал о безымянном, безликом человеке, который избил бедную птицу палкой настолько сильно, что его верхний клюв был расколот надвое.