Катнора. Сердце двух миров (СИ) - Кобзева Ольга - Страница 29

- Давай к нам в комнату, - услышала, как Агнора зовет Старса. – Нужно отметить!

Старс видимо тоже почувствовал общий настрой, от визита к нам отказался, но зато вся группа как-то неожиданно решила не оставить такое событие без внимания. В итоге все пошли в давно закрытую столовую, где магистр Фаэст распорядился накрыть для нас поздний ужин и даже расщедрился на сладкий напиток, наподобие щербета. Такой приторный, что я его пить не смогла, а вот одногруппники встретили такой презент с одобрением.

Беседа с ректором состоялась уже на следующее утро и прошла под неугасаемым контролем магистра Фаэста. Он же проводил меня в святая святых лично и присутствовал все время разговора, не отлучившись ни на минуту.

- Насчет уровня молчи, - шепнул он мне, дернув в сторону уже перед самым кабинетом ректора. – На углубленные занятия соглашайся. Сам с тобой заниматься стану.

- Так мы ведь и так…

- Вот и соглашайся! – перебил магистр Фаэст. – Ректор не в курсе, что я ученицу-первогодку взял, не принято такое! Так что молчи и на все кивай, поняла?

Поняла, что уж непонятного.

После того разговора я чувствовала себя странно. Вроде и похвалили и при этом грязью забрызгали. Ректор оказался из снобов, которому воспитанница клана гномов не показалась достойной претенденткой на то, чтобы с ней занимался магистр лично, но тут ужу магистр Фаэст выступил, заверил, что будет рад взять новую ученицу.

- Молодая кровь, ректор Армин, это хорошо. А то засиделся я, признаться честно, заскучал.

В общем, наши занятия узаконили, свободного времени у меня стало еще меньше, но домой я все же смогла вырваться. Очень меня тянуло в клан. К Доре, к Готреку, в мастерскую.

Насчет практики в столице в кабинете ректора не было сказано ни слова.

Глава 27

Яйцо велькара перед поездкой в клан я забрала. Просто не смогла оставить его в лавке. Забирали вместе с дядюшкой. Сидрак Хармон, торговец, на гнома смотрел с затаенной надеждой, которой не суждено было сбыться. Да, за этот год мне не удалось сделать ни одного украшения, слишком я была занята учебой.

Академия готовилась принять новых первокурсников, а тех, кто успешно прошел итоговые испытания, на полтора месяца отпустили по домам. Я планировала, что навещу Дору и Готрека и вернусь обратно, чтобы не терять времени, ведь мне еще столькому нужно научиться, столько нужно наверстать! Однако магистр Фаэст настоял, что мне нужно провести все каникулы с семьей, отдохнуть, набраться сил перед новым учебным годом.

- Успеется, Катнора, - по-отечески похлопав меня по плечу, заметил он. – Со второго года мало кого отчисляют, раз уж смогла продержаться первый курс, дальше полегче будет. Если, конечно, сама замуж за кого не соберешься и не станешь занятия пропускать почем зря, - хмыкнул он.

Замуж я пока точно не собиралась, так что решила послушать мудрого наставника и побыть в клане весь положенный срок.

Думала, буду говорить с дядюшкой всю дорогу, так о многом я хотела его спросить, но уснула, стоило только улечься и прижать к себе корзину с потеплевшим яйцом. Уснула, разморенная мягким покачиванием и мыслью, что наконец-то не нужно никуда бежать, что-то учить, ждать подвоха, можно просто выдохнуть и отдыхать.

Несмотря на обещание отдыхать, данное магистру, с собой из Академии я все же везла конспекты и кое-какие записи, которые успела сделать перед отъездом. Я планировала потренироваться, попробовать сделать артефакт. Под руководством мэтра Молграна, библиотекаря, я скопировала самые простые формулы, чаще всего используемые начинающими артефакторами. У меня было множество задумок, которые я планировала попробовать осуществить.

Тетушка Дора, не сдерживаясь, плакала, обнимая меня, прижимая к себе. Я почти на голову возвышалась над гномихой, которая спасла мне жизнь и вырастила меня. И да, тоже плакала. Не собиралась, думала, что уже переросла период повышенной слезливости, но ничего не могла с собой поделать.

- Катнора, дочка, да как же ты так вырасти-то успела? – то и дело всплескивала руками тетушка, отходя на шаг и осматривая меня любящим взглядом. – Штаны-то короткие совсем, да разве ж можно в таких ходить? И рукава, Готрек, гляди, рукава едва-едва достают! А ткань купили? Нужно платья новые шить! И штаны новые, и…

- Тетушка, я в Академии в форме хожу, - перебила я. – Мне все выдают. А эти вещи год не надевала, вот они и стали незаметно малы. Мне много не нужно, штаны, да пару рубашек.

- Штаны да пару рубашек? – ахнула гномиха. – Девушке на выданье? Штаны да пару рубашек?

Мы с Готреком переглянулись, гном послал мне понимающий взгляд, пожал плечами.

Самая большая проблема была в обуви, свои сапоги я даже натянуть не смогла, нога вдруг выросла аж на два размера, так что я приехала в форменных ботинках. В горах в них оказалось холодновато, но говорить об этом тетушке сразу не стала, чтобы не волновать ее еще сильнее.

Наобнимавшись и наговорившись с Дорой и Готреком, я отправилась в мастерскую.

Чего я ждала? Пыли, грязи, запустения. Однако, войдя, поразилась полному порядку в священном для меня месте. Даже дверь не скрипнула, словно кто-то ее смазал совсем недавно.

- Ты стала еще выше, - услышала голос за спиной и резко обернулась.

У открытой двери стоял Орис. Уже совсем взрослый, возмужавший, хоть пока и сохранивший подростковую сутулость и ту особую угловатость, что уходит только с возрастом. Орис был все таким же крепким, коренастым, только теперь к его внешности добавились мощные, вдруг раздавшиеся вширь плечи и потяжелевший, явно повзрослевший взгляд, в котором я прочитала сразу столько всего! И сожаление, и упрямство, и решительность, но больше всего радость от встречи.

Сама, первая я шагнула к другу детства и крепко обняла его за шею. Не стесняясь и не смущаясь. Для меня он был все тем же Орисом, с которым мы лазали по деревьям, плавали в речке, чинили крышу мастерской. Только теперь я поняла, что скучала по нему, очень скучала. Мы не виделись больше года, за это время он должен был жениться на Ийве. Совсем взрослый уже. Настоящий мужчина… гном.

Орис осторожно сомкнул руки у меня за спиной. В его действиях чувствовалась сдержанная решимость. Низкий рост подчеркивал плотность его фигуры – Орис весь словно был выточен из камня.

Отстранившись, заглянула в лицо гнома. Изменился, повзрослел. Волосы Орис отпустил и теперь зачесывал назад, собирая простым шнурком. Руки, все еще обнимающие меня, загрубели от работы. Он осторожно разомкнул объятия и отошел на шаг, рассматривая меня с грустью во взгляде.

- Твоя работа? – кивнула на выметенную мастерскую без единой пылинки.

Орис неопределенно махнул головой.

- Ийва злится, что я сюда хожу, но я все равно это делаю. Я ничего не трогал, ты не думай! – поспешил заверить Орис. - Просто убирал и сидел вот здесь, - он кивнул на тулуп у стены, которым я укрывалась, оставаясь ночевать. – Мне казалось, что ты рядом, даже говорил с тобой, - смущенно добавил гном.

Кивнула, ощущая почему-то ком в горле. Занятая обучением, полностью поглощенная новыми обстоятельствами, про Ориса я и не вспоминала, но теперь мне столько всего захотелось ему рассказать! И я была по-настоящему рада его видеть.

- Спасибо, - выговорила она. - За мастерскую. Мне очень приятно, вернувшись сюда, увидеть, что все в порядке, что кто-то заботился о ней в мое отсутствие.

Орис лишь кивнул.

- Я знал, что ты вернешься.

- А как иначе? – улыбнулась в ответ. – Это место священно для меня. Ты здесь, в клане? – спросила после паузы. – Значит ли это, что ты все же пошел против отца и Бофура?

- Это было непросто, - кивнул Орис. – Все еще непросто, - добавил он. – Но теперь я понимаю, как правильно, как должно быть. Я был неправ, Катнора. Должен был отстоять нашу дружбу, не должен был слушать отца. Прости меня.

- Усыр умеет настоять на своем, - хохотнула я. – У тебя не было шансов. Ты был подростком, зависел от него. Я не держу на тебя зла, Орис.