Катнора. Сердце двух миров (СИ) - Кобзева Ольга - Страница 24

Вздрогнула, не сразу поняв, откуда исходит зов. Стейсия толкнула меня в бок, привлекая внимание, кивнула в сторону входа в огромный зал.

- Тебя зовет магистр Фаэст, - зашипела она. – Не слышишь, что ли?

Теперь я его заметила.

- Катнора, тебя срочно вызывают в секретариат факультета! – громко объявил магистр, стоило нашим взглядам встретиться. Он торопливо шел в нашу сторону, студенты переглядывались, не понимая, что происходит.

- Но, магистр, скоро моя очередь, - растерялась я, когда наставник приблизился вплотную.

- Пройдешь измерение позже! – отрезал он, буквально утаскивая меня из зала.

- Магистр Фаэст, я должна пройти измерение, - попыталась снова возразить, просто не в силах смириться с тем, что придется попрощаться с моментом триумфа.

- Я сам запишу результат на доску, Катнора, - не сбавляя шага, ответил наставник. Мы уже вышли из зала измерений и двигались в сторону, противоположную той, где располагается кабинет ректора. – Третий уровень, - пробормотал наставник. - Да, пожалуй, пока пусть будет третий.

- Третий? Но, магистр…

- Не спорь! – отрезал он. – Так будет лучше.

Лучше? Кому лучше? На глазах выступили слезы. Я была близка к отчаянию. Уже позднее я поняла, что в тот момент во мне бушевали подростковые гормоны, справляться с которыми на фоне усталости и постоянного недосыпа удавалось не всегда. Мне так хотелось показать себя с выигрышной стороны, продемонстрировать свою силу, утереть нос чванливым аристократам…

- Уровень дара – это то, чем одарили тебя Боги, Катнора! - заметив мое состояние, магистр остановился. – Это не твоя заслуга, ты такой родилась! – нещадно бил он по моему тщеславию. - Неужели не важнее доказать группе, что ты умна, талантлива, целеустремленна! Катнора, я ведь вижу, сколько времени ты проводишь за занятиями. Вижу, сколько сил отдаешь изучению того, чему должны были тебя научить в семье. Ты еще покажешь всем, на что способна, девочка! Это обязательно случится, я верю в это! А уровень твоего дара… послушай старого магистра, я прожил немало лет, и что-то мне подсказывает, что пока даже ректору Армину не стоит о нем знать.

Да, он был прав. Бесспорно. Однако в тот момент я чувствовала себя несправедливо задвинутой в дальний угол. Справиться с эмоциями, взять себя в руки мне удалось далеко не сразу.

А еще мне было очень стыдно получить эту отповедь! Однако, получив ее, я стала стараться еще больше, учиться еще усерднее, а спать… еще меньше.

Спать мне было просто некогда, ведь даже приходя в комнату после того, как библиотекарь Львинтус Молгран буквально выгонял меня из своей вотчины либо с полигона, я, под светом небольшого осветительного артефакта, садилась за конспекты, которые сделала на занятиях. Повторяла, учила, закрепляла. Что-то старалась понять.

Соседки ворчали, что я мешаю им спать, однако мне стало казаться, что их отношение ко мне постепенно меняется. Все реже я обнаруживала неприятные сюрпризы на своей кровати, все реже мне в спину неслись обидные слова. А однажды, к концу первого года, они даже разбудили меня, засидевшуюся допоздна и заснувшую лишь под утро.

Стейсия, уже полностью одетая, бахнула дверью купальни, чего раньше себе не позволяла, но этот звук лишь потревожил мой сон, но не прогнал полностью.

- Вставай, гномиха! – громко пропела она неприятным голосом. – Завтрак уже проспала, - добавила девушка.

- Оставь ее, - хмыкнула Агнора. – Опоздает, и магистр Остриус подаст ее в списки на отчисление. Наконец-то перестанет мешать нам спать. Всю ночь светильник не гасила, мне пришлось укрываться с головой, с утра все волосы взмокли! – громко пожаловалась она.

- А ведь сегодня последняя подготовка к итоговым испытаниям, - подойдя вплотную, чуть ли не мне на ухо выдала Стейсия, наконец-то вырывая из объятий Морфея, или кто тут из Богов отвечает за сон. – Магистр Остриус будет рад тому, что студентов станет поменьше, будет рад избавиться от лишних! – довольно громко добавила она.

Я открыла глаза, сонно щурясь, чувствуя, что голова тяжелая, а я совершенно не отдохнула и не выспалась, убрав конспекты, лишь когда солнце уже поднималось. Поспать удалось от силы пару часов.

Стейсия удовлетворенно поймала мой уже вполне осмысленный взгляд, словно и правда хотела убедиться, что я окончательно проснулась, прежде чем выйти из комнаты под руку с Агнорой. А я заметалась, понимая, что соседки меня спасли. Пропуск занятий мог стать для меня фатальным, и причина вряд ли кого-то взволновала бы. Особенно, если речь идет о магистре Остриусе, невзлюбившем меня с первого дня.

Глава 23

К концу года группа будущих артефакторов заметно поредела, особенно в сравнении с первыми днями после набора. Теперь нас осталось лишь девять. Три девушки - я, Стейсия и Агнора, и шесть парней. Старс – самый взрослый одногруппник, он поступил то ли в шестнадцать, то ли в семнадцать. В любом случае, он – самый старший в нашей группе, а я не только самая безродная, но и самая мелкая.

И пусть к концу первого курса мне исполнилось четырнадцать, все же чувствовать себя спокойно я смогу не раньше, чем через пять-шесть лет. Именно к двадцати маги считаются способными на принятие самостоятельных решений, способными нести ответственность за себя и других, вступать в союзы, хоть мне пока об этом и рано задумываться. Наступает совершеннолетие. А пока мне нужен опекун. В Академии это наставник, дома – старший гном.

Год подошел к концу неожиданно. Это было похоже на длительный марафон со множеством препятствий. Ты бежишь, бежишь, тратишь все силы на преодоление преград, не думаешь о финишной ленте и, когда видишь ее впереди, все, о чем можешь мыслить – неужели конец? Неужели все, справилась?

Но перед финишной лентой вдруг вырастает стена – последнее препятствие, самое сложное. Именно к нему и готовил тебя этот марафон. Кажется, что сил на него уже нет, но и отступить невозможно, непременно нужно преодолеть и его, и себя. Доказать каждому сомневающемуся, что достойна!

На подготовке к итоговым испытаниям первого года обучения одногруппники с недоумением смотрели на меня, явно задаваясь вопросом, как вышло, что я все же стою здесь, рядом с ними, что не вылетела, как прочие. Особенно фыркала Стейсия, искренне уверенная с самого начала, что мое присутствие в группе артефакторов – недоразумение, досадная ошибка. И вот я здесь, стою плечом к плечу и с ней, и с остальными.

Этот год дался мне нелегко. Так усердно я не училась никогда. К счастью, молодой организм справлялся с нагрузками, не давал сбоев; мозг, словно губка, впитывал все новые знания, утрясал их, складывал на нужные полочки, чтобы выдать при необходимости.

Накануне, стоя перед доской, на которой горели подсвеченные данные каждого студента, я понимала, что не все потеряно, пусть я все еще отстаю в знаниях, зато кое в чем остальных все же превосхожу. Одаренность. Ведь у меня восьмой уровень!

Магистр Фаэст не зря решил держать эту информацию в тайне. Глядя на результаты всего курса и факультета, я в очередной раз убедилась, что у моих одногруппников уровень дара гораздо ниже, колеблется от второго до третьего. Лишь у нескольких студентов старших курсов четвертый. А у меня восьмой.

Не знаю, чем заслужила такую благосклонность Богов, но это наверняка может показаться странным не только мне. Странным и пугающим. А значит пока должно быть скрыто. Так что напротив имени Катноры из клана Камнетесов группы артефакторов первого года обучения стоял скромный третий уровень.

Каждую декаду, десять дней, у студентов был выходной. Для меня одного дня, чтобы съездить в клан, мало, дорога занимает минимум два, и это только в одну сторону. Так что выходные я проводила также, как и будни – за учебой. С той лишь разницей, что лекций в этот день не было, весь день я просиживала в библиотеке.

Готрек приезжал в Элесвар очень часто, в первый раз через месяц после начала обучения, как мы и договаривались. Гном привез пироги тетушки Доры и дух дома. Не ожидала от себя, но сама, первая бросилась гному на шею. Расплакалась, после стыдясь такого поведения.