Катнора. Сердце двух миров (СИ) - Кобзева Ольга - Страница 15

- Спасибо, Светочка, мне приятно.

Поднялась, чувствуя, как ломит спину. Да уж, Катерина, не девочка уже, чтобы всю ночь работать! – мысленно поругалась сама на себя. Покряхтывая и охая, двинулась к выходу, чувствуя, как от усталости подташнивает. А может и давление поднялось, в последнее время это частенько что-то случается.

Поплескав в лицо прохладной водичкой, пригладила волосы и вышла из здания мастерской. Никакие инструкции оставлять не требовалось, работа налажена, все мои сотрудники прекрасно знают, что от них требуется. Основную работу по подготовке к презентации практически завершили. «Лунный свет» - вот к чему я шла всю жизнь. Колье вышло таким, как и задумывалось. Потрясающее, что уж скромничать, а все благодаря огранке, которую я делала сама. Каждый камень. Вручную. Но оно того стоило, определенно.

Колье еще не готово, а покупатель на него уже есть. Цена заоблачная. Но формированием цен занимаюсь не я, маркетологи. Деньги, деньги, деньги… Зачем они, если вся моя жизнь в мастерской? Ни семьи, ни детей. Даже в отпуске последний раз была лет, наверное, пять назад. А может и семь.

Зажмурилась от яркого солнца. Знакомо пиликнула сигнализация, машина подмигнула галогеновыми фарами. Села за руль, чувствуя странную слабость. Потерла виски, ощущая, что рот вдруг онемел и мне сложно произнести хоть звук. Грудь налилась тяжестью, под лопатки будто кто-то воткнул обжигающий штырь. Я еще хотела закричать, позвать на помощь, но уже не смогла.

Последнее воспоминание – яркий солнечный свет, бьющий в окно машины и ветки растущего рядом дерева. Последний взгляд на зелень листвы, постепенно чернеющую, теряющую свои краски, пока все не заволокла тьма.

Проснулась, чувствуя, как жутко колотится сердце. Мне и до того снилось много странных снов, но этот… Этот сон - самый реалистичный, самый пугающий. Отмахнуться от него оказалось не так-то просто. В голове все смешалось. Даже дышать вдруг стало тяжело. Мысли путались, образы смешивались, заменяли друг друга.

Не отдавая себе отчета, выскочила из мастерской и понеслась в сторону речки. На бегу рывками сбросила с себя одежду и запрыгнула в прохладную воду в поисках облегчения, избавления от образов, наполняющих сознание.

Окунулась с головой, вынырнула, затрясла ею, силясь вытряхнуть жуткие воспоминания, но ничего не вышло. Напротив, голова вдруг стала наполняться множеством других. Будто я и не я вовсе. Я ныряла и ныряла, но тщетно, ничего не могло мне помочь. Сознание раздвоилось. Я перестала быть Катнорой, девочкой – найденышем, но не была я и Екатериной Дроздовой – королевой бриллиантов, как меня называли уже много лет. Нет, в реке плескался кто-то новый, кто-то, кто еще не понял, кто же он на самом деле и что произошло.

Выбралась на берег. Села, обхватив колени руками, крепко зажмурившись. Отделаться от образов никак не выходило, все, что я могла – стараться дышать. Но даже это было не просто. Грудь сдавило, на меня давили тысячи воспоминаний, тысячи лиц и мгновений…

Сколько так просидела, точно не знаю. Даже то, что выплыла на другой стороне озера, поняла только к вечеру. Стемнело, и лишь теперь я стала понемногу приходить в себя. Одежды рядом не нашлось. Растерянно осмотрелась, понимая, где нахожусь.

Уверена, тетушка Дора с ног сбилась в поисках меня, но пойти в дом, в котором провела последние десять лет я просто не могла. Заставляла себя, но ноги не шли.

В голове теснились десятки, сотни воспоминаний, пугая меня своей правдоподобностью. Вдруг нашлись ответы на многие вопросы о тех снах, что стали меня беспокоить в последнее время. Я поняла значение слов, которые раньше казались мне странными, вспомнила мир и жизнь…

Нет, так не бывает! – тряхнула головой в тысячный раз.

Не помогло.

Медленно стало приходить осознание того, что произошло.

Это не Катнора, это Екатерина Дроздова смогла рационально разложить по полочкам произошедшие события, это она уже нашла объяснение, в которое никак не могла поверить Катнора. Две личности никак не желали соединяться в одном сознании. Катнора упрямо гнала Екатерину Дроздову, но та уверенно отвоевывала все больше пространства в сознании юной Катноры.

Екатерина Дроздова никогда не верила в жизнь после смерти, никогда не ждала второго шанса, но все указывает на то, что она ошибалась, и второй шанс все же заслужила.

Катнора еще сопротивлялась, еще пыталась вытряхнуть воспоминания Екатерины из головы, но с каждым часом понимала, что это были не просто сны. Две личности постепенно стали сливаться в одну.

Переплыла озеро снова уже в полной темноте. Я не умею плавать… не умела раньше. Королева бриллиантов не умела, - пришлось снова оговориться внутри себя. Ощущение, что сошла с ума, спятила, постепенно стало покидать. К счастью, пришло и небольшое облегчение. Неужели так бывает? Неужели можно родиться заново и вспомнить прошлую жизнь?

Натягивая одежду на влажное тело, прислушивалась к себе. В животе заурчало. Немудрено, ела-то я последний раз вчера вечером. В мастерскую или в дом Доры и Готрека?

Снова, как в первый раз осмотрела свои руки и ноги, ощупала лицо и голову. Я узнавала себя заново. Катнора никуда не ушла, но Екатерина Дроздова сильнее. Духом, характером. Сильнее, опытнее, зубастее. Королева бриллиантов не может позволить себе бесконечную истерику. Екатерина Дроздова не сдается. Не отступала никогда, не отступит и сейчас.

И все же я пошла в мастерскую. Со вчера остался небольшой кусок пирога и немного скисшего молока. Съела и выпила все до последней капли и крошки. Прошла к рабочему столу, рассматривая заготовку нового изделия уже другим, опытным взглядом.

Что ж, зато я точно знаю, чем буду заниматься. Второй шанс я не истрачу на одну лишь работу. Спасибо, Великие Боги, за то, что подарили мне эту возможность. Клянусь, что не подведу. Проживу эту жизнь так, как хотела. Получу все, чего не имела раньше. Буду счастлива.

Глава 15

С того дня, когда воспоминания вернулись, прошло немало времени. Это были годы, наполненные многими событиями.

Самым сложным поначалу оказалось общение со старыми гномами. Смотреть на них прежними глазами я уже не могла. Отношение изменилось, но осталась неизменная благодарность за то, что спасли погибающего младенца, выходили, вырастили, ни разу не показали, что не родная.

Тетушка первой заметила, что я изменилась. Всегда она была намного более внимательной к деталям, чем Готрек. Обмануть ее оказалось непросто, да и не удалось это мне. Гномов, вырастивших меня, я по-прежнему любила, уважала, но смотрела теперь на них другими глазами. Я на все стала смотреть иначе, это было неизбежно.

Первое время я подолгу сидела на берегу речки, глядя на спокойную воду и думала. Вспоминала, размышляла, пыталась найти объяснение. Видимо, встреча с Тенью, Порождением мрака потрясла меня слишком сильно, настолько, что неокрепший детский разум… вот дальше пробел. Разум что, вспомнил прошлую жизнь? Похоже на то.

Думаю, на Земле я пошла бы в Храм, хоть никогда и не была истово верующей. Но где, как не в доме Божьем искать ответы на вопросы, терзающие меня. Здесь же… здесь я слишком боюсь себя выдать. Думаю, самым лучшим, самым правильным будет никогда и никому не рассказывать о другом мире, о моей жизни там. О прошлой жизни. Нет теперь никакой Екатерины Дроздовой, есть Катнора из клана Камнетесов.

Не знаю, как Дора с Готреком восприняли то, что я отдалилась от них, какое объяснение нашли для себя, но иначе я не могла.

Теперь в мастерской я проводила и день, и ночь. Изделия, которые у меня выходили, наполнены были не только мастерством, но и… магией. Да, Екатерина Дроздова – не девочка-найденыш, она быстро смогла понять, что это тело, новое тело, которое ей подарили Высшие создания этого мира наполнено магией. И ею требовалось научиться управлять.

Академия? Элесвар? Я долго металась, ища верное решение. Жить в поселении гномов было спокойно и привычно, мастерская Унгрема манила знакомым теплом, уходить… страшно. Я помню, что обучение в Академии стоит денег и наверняка немалых, которые еще предстоит заработать.