Проклятие лилий - Валентеева Ольга - Страница 46

— Ваше величество. — Она поднялась навстречу.

— Я один, не надо титулов.

Тиа казалась такой хрупкой в бледно-голубом платье. Никогда бы не поверил, если бы мне рассказали, что эта самая девушка сбежала на войну и участвовала в боях. Тем не менее это так. Я сел рядом с ней на скамейку. Почему так настойчиво искал ее общества? Наверное, потому, что мы были похожи: полулитонцы, полуизельгардцы, которые понятия не имеют, где их дом.

— Завтра я передам твоих сослуживцев послам Изельгарда, — сказал Тиане, и ее глаза вспыхнули радостью. Я прекрасно знал, что она частенько бродила около входа в подземную тюрьму. Наверняка высматривала пути для бегства, но в чем было ее винить?

— Спасибо! — Она бросилась мне на шею, но тут же испуганно отпустила и чинно сложила ладони на коленях.

— Я должен спросить, хочешь ли ты уйти с ними.

— Нет, — без раздумий ответила Тиа. — Я все еще надеюсь, что вернется мой дядя. Мне надо с ним поговорить.

Я тоже надеялся, что Эйш приедет, и даже тянул время до наступления, вот только никаких новостей от него не приходило, а посланное магическое письмо вернулось ни с чем. Странно…

— Что ж, право твое, — кивнул Тиане.

— Я могу попрощаться с ребятами?

— Завтра.

— Хорошо.

И она помрачнела.

— Боишься, что тебя посчитают предательницей? — спросил я.

— Нет, не боюсь, но все равно тревожно. Мы с друзьями многое прошли вместе. Как их примут в Изельгарде? Не обвинят ли в том, что они попали в плен?

— Этого я не могу знать, Тиана. Я не провидец.

Она только склонила голову.

— Ты обещал мне прогулку по Самарину, — сказала вдруг девушка. — В прошлый раз она закончилась, едва начавшись. Может, все-таки исправим эту оплошность?

— Хорошо. Давай захватим плащи, ночь холодная, и прогуляемся немного.

Мы лишь на пару минут заглянули во дворец, прошли по уже знакомому тайному ходу и вышли на улицу. Сегодня действительно было прохладно. Ветер срывал листву с деревьев, а я думал о том, что в Изельгарде сейчас еще тепло и даже можно искупаться в заливе в погожий день. Мне не хватало солнца. Наверное, неправильный я некромант. Тиа тихонько шла рядом. Она смотрела на улицы, дома.

— Красивый город, — сказала вдруг Тиа, — только запущенный. Ему не хватает хозяйской руки.

— Согласен, — ответил я, — но сейчас не до Самарина. Через несколько дней я снова выступлю с войсками.

— Куда?

— К Изельгарду.

Тиана отвела взгляд. Все же для нее я оставался врагом.

— Когда я была маленькой, — вдруг заговорила она, — дядя Ник всегда привозил мне игрушки. Он приезжал очень редко, но никогда не появлялся с пустыми руками. Сначала это были куклы, но я так быстро откручивала им головы.

Я рассмеялся, представив, как маленькая беленькая Тиана терзает несчастных кукол. Забавно.

— Потом дядя начал привозить оружие: деревянные мечи, затем кинжалы, арбалет. Маме это не нравилось, а папа сказал: «Вези что хочешь». И они всегда называли друг друга братьями. Не знаю, сколько мне было лет, когда мама объяснила, что родители у них разные, а братьями их сделала война.

— Они вместе были в плену.

Тиана украдкой вздохнула:

— Мне не хватает их. Родителей, дяди Ника, братьев. У меня будто вынули что-то изнутри.

— Я понимаю. Мне тоже не хватает родных, и я знаю, что они сейчас рядом с Осмондом. Захочет — убьет.

— Это тяжело.

— Да.

Тиана что-то заметила в темноте и потащила меня к старому, потрескавшемуся фонтанчику. Удивительно, но он еще работал и вода не ушла из его чаши.

— Смотри, в воде отражаются звезды.

Вместо того чтобы взглянуть на воду, я поднял голову и уставился на небо. Только сейчас заметил, как много сегодня звезд, но все созвездия казались едва знакомыми. Как разорваться на две страны? Если только… соединить их в одну? Не об этом ли говорил Айк Эйш? Мало захватить Истор. Мало свергнуть Осмонда. Надо объединить Изельгард и Литонию. Но смогу ли я, если это две страны с разным языком и культурой? И которой из них я принадлежу?

— Идем? — Протянул руку Тиане, а она вдруг изловчилась, и мне в лицо полетели брызги. Ах так? Я набрал полные пригоршни воды из фонтана и плеснул на нее.

— Ну, Ил! — фыркнула девчонка и побежала от меня прочь, успев облить. Нет уж, победа будет за мной.

Мы носились вокруг, как малые дети. Подбегали к воде и плескали друг на друга, пока не вымокли до нитки, но никто не собирался отступать.

— Ты весь мокрый, — смеялась Тиана. — И похож на галчонка.

— А ты — на воробышка.

— Да ну тебя!

И в лицо снова полетела вода. Я поймал Тиану на очередном вираже, подхватил на руки и потащил от фонтана прочь.

— Пусти! — Она отчаянно вырывалась. — Пусти, Ил!

Я отошел подальше и поставил ее на ноги. Щеки моей спутницы горели, на ресницах блестели капли воды. Я не особо задумывался, что делаю. Просто наклонился и поцеловал. Тиа замерла на миг, а затем обвила руками мою шею и прижалась ближе, всем телом. Сквозь мокрую ткань платья я ощущал тепло ее кожи.

— И зачем это? — Она все-таки отстранилась первой.

— Чтобы было теплее, — ответил я, ощущая на губах привкус солнца. Вопреки опасениям, Тиана улыбнулась и протянула мне обе руки.

— Холодная погода Литонии плохо влияет на вас, ваше величество, — заявила она. — Здесь всегда можно продрогнуть. Так что же, каждый раз греться поцелуями?

— Почему бы нет?

И я поцеловал ее снова. Мы были двумя глупыми детьми, которые дурачились, позабыв о завтрашнем дне. Позабыв, что мы по разные стороны. Тиана — за Изельгард, я — за Литонию. И назад, во дворец, мы шли очень медленно. Я отдал Тиане свой плащ, она действительно дрожала после нашего непредвиденного купания. Холодно не было. Наоборот, жарко, горячо.

— Спасибо за вечер, — сказала она, когда мы вошли в калитку у дворца. — Я даже забыла, где нахожусь.

— Я тоже. Завтра утром зайду за тобой, чтобы ты попрощалась с друзьями.

— Хорошо. Спасибо, Илверт.

Она коснулась губами моей щеки и убежала первой, а я остался. В комнату не пошел, вместо этого вернулся в сад и долго сидел на скамье, думая о том, как так получилось. Снял булавку-лилию, покрутил в руках. Когда-то этот подарок дал мне силы справиться с очень многим. Лицо дочери дэя Аттеуса скрыло время, но я помнил озеро, на берегу которого мы сидели, и то тепло, которое от нее исходило. Мне тогда было до безумия трудно и страшно. Куда страшнее, чем сейчас, потому что призраки не отступали и я недавно узнал, что это мама убила отца. Пытался ее понять и не мог. И тогда бойкая девочка и ее брат на несколько часов будто выдернули меня из всего этого, дали сделать глоток воздуха. Я почти забыл ее, а вот это ощущение тепла в груди — нет, и сейчас оно неожиданно вернулось. Тогда, когда было так нужно.

Я улыбнулся и вернул лилию на место. Наверное, это ирония судьбы. Или то великое проклятие, о котором твердил лер Эйш. То самое, которое притягивает друг к другу мой род, Эйшей и Аттеусов. Только если это проклятие, почему мне так спокойно с Тианой? Разве не должно быть наоборот? Разве не должно небо рушиться на наши головы? Я ничего не понимал и, если честно, не хотел понимать. Среди напряженных событий последних дней сегодняшняя прогулка тоже стала глотком свежего воздуха, и стоило поблагодарить за это Тиану.

Било полночь, когда я поднялся и пошел во дворец. Меня, как всегда, сопровождали призраки. Они доложили, что Тиана легла спать, и я приказал охранять ее сон. А в спальне меня поджидал подозрительно довольный призрак отца.

— Что? — с порога спросил я. — Ты выглядишь таким счастливым, будто тебе достался главный приз.

— О нет, — рассмеялся мертвый король, и стало жутковато. — Я радуюсь, что хоть эта девчонка пришлась тебе по вкусу, а то, если честно, начал уже беспокоиться. Только, боюсь, Осмонд не оценит, что вместо его дочери ты выбрал приемную дочь Аттеуса.

— Я еще никого не выбирал, — ответил отцу.

— Кому ты врешь? Да ты со своими сестрами разговаривал меньше, чем с этой малышкой. Кстати, переодевайся, иначе утром будешь щеголять не счастливыми глазами, а красным носом и жаром.