Абсолютная Власть. Трилогия (СИ) - Майерс Александр - Страница 85

Кровь брызнула на мою рубашку, горячая и липкая. Спицын вскрикнул и выпустил оружие. Сабля воткнулась в землю у его ног, покачиваясь.

Капитан, продолжая кричать, отступил и, споткнувшись, рухнул в грязь. Побледневший ефрейтор подскочил и встал между нами, выставив ладони.

– Ваше благородие, довольно!

– Надеюсь, что так, – сказал я, опуская саблю.

Спицын замолк. Он сидел на земле, тяжело дыша и зажимая располосованное лицо. Кровь струилась между пальцев, сбегала по подбородку и заливала белую рубашку.

– Кровь за кровь, – сказал я, возвращая Моргуну его оружие. – Теперь вы навсегда запомните, что люди барона Градова неприкосновенны.

Капитан ничего не ответил. Ефрейтор помог ему подняться и вопросительно глянул на меня. Я кивнул в сторону их машин. Ефрейтор кивнул и, поддерживая своего командира, повёл его к автомобилям.

Через пару минут машины фон Берга уехали прочь, тарахтя моторами и поднимая клубы пыли.

Степан бухнулся передо мной на колени и склонил голову. Остальные мужчины последовали его примеру, а из домов начали выглядывать другие селяне, в том числе женщины и дети.

– Не знаю, как благодарить вас, господин, – прохрипел своим медвежьим голосом Кожемяко. – Вы нас не только спасли, но и заплатить офицера заставили, – он осторожно прикоснулся кончиками пальцев к лицу.

– Тебя мне тоже есть за что благодарить, – ответил я. – Встаньте.

Мужчины поднялись. В их глазах я читал искреннюю признательность, и это грело душу сильнее любых слов.

– Слава барону Градову! – вдруг проревел Степан, поднимая кулаки в воздух.

– Слава барону! Ура! – тут же поддержали его остальные.

Мужчины, женщины и дети наперебой закричали слова благодарности. Я кивнул, принимая почести, а затем поднял руку, призывая к тишине.

– Останься, Степан, надо поговорить, – сказал я. – Остальные ступайте пока по домам.

Селяне разошлись, приглашая моих дружинников с собой: выпить квасу и перекусить. Секач глянул на меня, и я кивнул. Раз люди хотят отблагодарить, нет смысла отказываться.

– Хорошие у вас здесь люди, Степан, – сказал я.

– Так и есть, господин. Мы друг за друга горой, и вашему роду всегда были верны.

– В этом я не сомневаюсь, – я перевёл взгляд на пороховой завод фон Берга, который был совсем недалеко.

Комплекс из унылых бетонных зданий, окружённых забором с колючей проволокой, казался чуждым на фоне природного пейзажа. Над заводом до сих пор поднимался дымок, но насколько большие он получил повреждения, отсюда не было видно.

– Диверсия прошла отлично, – сказал я. – Взрывы радовали меня до вечера. Мне жаль, что барон фон Берг посмел отправить к вам солдат.

– Не страшно, ваше благородие, – скривился Кожемяко, ощупывая распухшую щёку. – Всё могло гораздо хуже закончиться.

– Люди фон Берга могут в любой момент вернуться, а у меня нет лишних людей, чтобы поставить здесь охрану, – сказал я. – Вот что, Степан. Вы со всеми селянами должны перебраться поближе к поместью.

– Предлагаете нам покинуть деревню? – нахмурился Кожемяко.

– Да. Барон фон Берг не думает головой, он может в любой момент приказать своим солдатам поджечь ваши дома вместе с вами внутри. Заодно это избавит его от свидетелей, потому что на барона завели дело о вашей эксплуатации.

– Понимаю… – мужчина вздохнул. – Ну, я когда подполье организовал, на спокойную жизнь и не рассчитывал. Попробую своих убедить, что необходимо переехать. Но где же мы жить‑то будем?

– Недалеко от поместья есть заброшенные дома, они находились под куполом. Вам там хватит места. Если кто‑то захочет работать в усадьбе, там достаточно свободных комнат. Для всех остальных тоже найдём работу.

– Совсем другое дело, господин! – тут же воодушевился Степан. – Коль и жильё для нас есть, и работой обеспечите – люди только счастливы будут!

– Вот и хорошо. Начинайте собираться немедленно – вечером вы должны быть уже в поместье. Не будем рисковать.

– Как прикажете, ваше благородие, – поклонился Кожемяко.

Я на всякий случай оставил в деревне несколько дружинников, а со всеми остальными вернулся в поместье. На этот раз мы ехали медленно, и когда проезжали через блокпост Муратовых, могли вдоволь насладиться враждебными взглядами солдат. Им очень не нравилось, что теперь мы можем спокойно ездить туда‑сюда, а у них нет права нам помешать.

– Добрый день, – заметив офицера, я остановил лошадь.

– Здравствуйте, барон, – ответил тот, обозначив поклон.

– Почему вы ещё здесь?

– Не понял вопроса, ваше благородие.

– Вы слышали о прекращении огня?

Офицер ответил не сразу. Обведя рукой своих дружинников, он протянул:

– Конечно.

Наверняка имел в виду, что если бы не прекращение огня, то они бы уже истыкали нас стрелами.

– Прекрасно, – кивнул я. – Так почему вы ещё здесь?

Офицер облизал губы, поправил фуражку и сказал:

– Мы находимся на своей позиции, ваше благородие.

– Видимо, вам до сих пор не доложили, что вы не можете здесь находиться. Согласно условиям, которые назначил генерал‑губернатор, вы должны располагаться не менее чем в пяти километрах от поместья. Это примерно возле того перелеска, – указал я.

Мужчина угрюмо проследил за моей рукой и ничего не ответил.

– Также вам запрещено иметь боевые артефакты, а пороховая артиллерия должна располагаться вне пределов своей максимальной дальности стрельбы. Впрочем, насчёт артиллерии вопросы только к дружине фон Берга.

– Нам пока не поступали приказы, ваше благородие, – проговорил офицер.

– Очень жаль. Надеюсь, граф Муратов не собирается игнорировать условия, ведь в этом случае генерал‑губернатор будет очень недоволен. В любом случае, теперь вы всё знаете. Советую заранее собрать вещи, – сказал я и тронул коня.

Никита встретил нас недалеко от усадьбы.

– Всё в порядке? – спросил он, когда я спрыгнул на землю.

– В порядке. Мы прогнали солдат фон Берга из деревни, а с их офицером я провёл дуэль.

– Ты убил его?

– Зачем? Всего лишь пустил немного крови. Надо было показать, что если трогают моих людей, это не обходится без последствий.

Добрынин кивнул.

– Правильно. Надеюсь, они не решат отыграться на деревенских.

– Я об этом уже позаботился. К вечеру вся деревня переедет сюда.

– И что мы с ними будем делать? – удивился Никита.

– Дадим работу. Помнишь вчерашний совет? Нам нужно поднимать экономику, а для этого необходимы рабочие руки. Да и тебе пригодятся крепкие мужики для строительства укреплений. Кстати, ты составил план?

– Пока только наброски. Думаю, нам надо выкопать систему траншей и установить лучемёты здесь и здесь…

Мы с воеводой обсудили, как организовать оборону усадьбы с учётом того, что теперь наш Очаг не обладает прежней мощью. А затем я направился именно к Очагу.

Зайдя в коридор Чертога, я ощутил знакомое магическое давление. Но я выдерживал его и раньше, даже когда Очаг был третьего уровня – а теперь он лишь первого. Да и после того, как мой Исток активирован, это вовсе не было проблемой. Агрессивная энергия ощущалась как родная и доставляла только лёгкий дискомфорт.

Но я – глава рода Градовых, связанный с Очагом душой и кровью. Всем остальным, особенно не магам, очень тяжело находиться в коридоре Чертога.

А как здесь может находиться кот – я вообще затрудняюсь сказать. Но это был уже второй раз, когда я видел здесь Варвара. Сейчас кот сидел спиной ко мне, шевеля пушистым хвостом и подёргивая оборванными ушами.

Заслышав шаги, Варвар повернулся и сурово на меня посмотрел. В зубах он держал крысу, чьи лапы и длинный хвост безжизненно свисали.

– И что ты здесь делаешь, пушистый? – спросил я, подходя.

Кот ожидаемо ничего не ответил. Вместо этого он положил крысу перед дверью и мяукнул, будто подзывая меня.

Я подошёл к двери. Варвар посмотрел на неё, потом на меня и снова мяукнул. Взявшись за холодную ручку, я начал открывать дверь. Кот сразу же подхватил свою добычу и юркнул внутрь через щель.