Абсолютная Власть. Трилогия (СИ) - Майерс Александр - Страница 13

— Здравствуйте, бойцы, — сказал я. — Благодарю за верную службу.

— Спасибо, ваше благородие, — вдруг смутившись, пробормотал здоровяк.

— Идёмте! — повторил Никита, хлопнув меня по плечу. — Так это вы через блокпост прорвались? Не ранены?

— Мы целы, — ответил я, направляясь в сторону усадьбы. — А вот у вас дела явно не очень.

— Это ещё мягко сказано, — помрачнел ещё больше Добрынин. — Ты, наверное, толком не знаешь, что произошло.

— В общих чертах.

— Да мы по дороге насмотрелись, что здесь произошло! — вмешался Артём.

— А что там происходит? — Никита посмотрел на него. — Мы больше полугода за границы Очага не выходили.

— Леса повырубали, фабрик каких-то вонючих настроили, и засрали всё! — ответил рыжий.

Молодой воевода нахмурился, а дружинники переглянулись. Смуглый покачал головой, а лысый ругнулся под нос и сплюнул.

— Моргунов, беги к дому, — приказал Никита. — Доложи, что всё в порядке. Ложная тревога. Хотя это странно…

Одноглазый кивнул и убежал вперёд.

— Что странно? — уточнил я.

— Очаг сказал, что на территорию проникли чужаки, — ответил Добрынин, взглянув на меня так, будто я должен был что-то объяснить.

— Похоже, он меня не сразу узнал, — отшутился я.

Никита понимающе улыбнулся и не стал допытываться. Хотя сомнение в его глазах осталось.

Скоро мы приблизились к холму, на котором стояла усадьба. У подножия с одной стороны раскинулся затянутый тиной пруд, с другой — были расположены хозяйственные и другие постройки, включая конюшню.

Часть из них была заброшена, несколько строений стояли обугленными после пожара. Рядом с дорогой был разбит огород с теплицами, где росли капуста, фасоль и другие овощи.

— Так и живём, — Никита кивнул на грядки. — Порой через границу дичь забегает, хотя нам кажется, что Очаг сам изюбрей приманивает.

— А вон в том сарае у нас кролики, — тихо добавил смуглый.

— Сколько вас? — спросил я.

— Двадцать человек вместе со мной, — ответил воевода. — Все, кто остался. Большая часть дружины погибла, а кое-кто нас предал и перешёл на сторону врагов.

— Роттер, падла, — пробурчал лысый и снова сплюнул.

— Следи за языком, Трояк! — резко осадил его Добрынин.

— Простите, воевода, — покаялся тот.

Фамилия Роттер казалась мне смутно знакомой. Кажется, это был один из офицеров дружины Градовых, и Владимир знал его с детства. Однако в критический момент он, видимо, оказался слаб духом и пошёл на измену.

А то, что Никита заставил лысого Трояка замолчать — это правильно. Рядовой дружинник не имеет права говорить в подобном тоне об офицерах, даже о предателях.

Дружинники, которым одноглазый Моргунов уже доложил о нашем прибытии, сгрудились перед поместьем. Я окинул взглядом их суровые, покрытые шрамами лица. Настоящие воины, которые одним своим видом вызывали уважение. Потрёпанные и уставшие, но не сдавшиеся.

— Дружина! — объявил Никита, ускоряя шаг. — Владимир Градов вернулся!

Секунда тишины сменилась радостным возгласом. Солдаты вопили, подняв кулаки и оружие в воздух, кто-то даже на радостях стал обнимать товарищей.

Их восторг был понятен. Много месяцев они сидели здесь, со всех сторон окружённые врагами, и не знали, закончится ли когда-нибудь эта осада. Моё возвращение дало им надежду.

Я вышел вперёд и поднял руку, призывая к тишине.

— Стройся! — приказал Добрынин.

Бойцы мгновенно умолкли, выстроились в шеренгу и все как один уставились на меня. Никита, Трояк и тот смуглый присоединились к строю.

Мысленно пересчитав бойцов, я увидел, что здесь неполный состав. Остальные, видимо, находились в дозоре или выполняли другие задачи.

Дружинники смотрели на меня прямо-таки с жадностью, готовясь внимать каждому слову. В их глазах сияла вера в то, что с моим возвращением всё наладится.

Настолько мужественными и преданными людьми нельзя было разбрасываться. Поэтому я не хотел убивать их веру, но и давать ложную надежду не собирался. Прежде чем решать что-либо, я собирался узнать подробности о положении дел рода — хотя по пути уже успел сделать неутешительные выводы.

— От лица рода Градовых я благодарю всех вас за верную службу, — громко произнёс я. — Вы лучшие солдаты, о которых только можно мечтать. Ваша верность будет вознаграждена по достоинству. Воевода!

— Ваше благородие, — Никита выступил вперёд, чеканя шаг.

— Прикажи своим людям вернуться к обязанностям. А нам с тобой надо поговорить.

— Так точно. Дружина! За работу. Сменить разведчиков, остальное знаете сами. Выполнять.

— Есть! — рявкнули бойцы.

Не успели они разойтись, как за их спинами раздался скрипучий старушечий голос:

— Чего разорались с утра пораньше⁈ Кто у вас там приехал? А ну-ка, отошли!

Между дружинниками протиснулась маленькая старушка в косынке и кухонном переднике. В руке она держала расписной деревянный половник, которым ловко раздавала тумаки замешкавшимся солдатам.

— Баба Маша, — ласково сказал Никита. — Смотрите, кто домой вернулся.

Старушка посмотрела на меня и выронила половник, а её глаза тут же наполнились слезами.

— Ой, — выдохнула она. — Володенька, неужели это ты. Родненький!

Рыдая, баба Маша засеменила ко мне и обняла с неожиданной силой. Мария Николаевна Светлова, которую в усадьбе все называли бабой Машей или просто Бабулей, была Владимиру хорошо знакома. Поэтому встреча с ней тоже заставила моё сердце наполнится теплом — причём гораздо более глубоким и нежным.

Особенно учитывая, что баба Маша была неожиданным образом похожа на мою собственную бабушку из прошлой жизни…

— Что же ты так долго, — плакала Бабуля, прижимая седую голову к моей груди.

— Главное, что вернулся, — ответил я. — Ну всё, Бабуль, хватит. Нам с Никитой нужно серьёзно поговорить.

— Сразу за дела, это ты правильно. А то распоясались без хозяйской руки, — не уточняя, кто именно распоясался, баба Маша притянула меня к себе и поцеловала в щёку. — А я пока завтрак состряпаю. Эй, охламоны! Мясо у нас осталось ещё?

— Копчёное только, баб Маш, — ответил Трояк.

— Тащи давай! На копчёном добрая похлёбка получается.

— Ого, как тебя встречают, — с завистью произнёс Артём.

— А ты ещё кто такой? Доходяга, — старушка глянула на него так, что рыжий вздрогнул. Переведя взгляд на меня, он спросила: — Друга привёл?

— Вроде того. Помоги Бабуле по хозяйству, — сказал я парню.

— За мясную похлёбку? Запросто! — Артём засучил рукава.

— Давай-давай, поможешь мне печь растопить. Добро пожаловать домой, Володенька, — баба Маша ещё раз чмокнула меня в щёку и пошаркала в сторону дома.

Рыжий последовал за ней, солдаты разошлись по своим делам, а Никита жестом пригласил меня в пристройку, над дверью которой висел обшарпанный герб Градовых — золотой тигр на лазурном щите.

Мы вошли, и воевода проводил меня в свою комнату, в которой царил идеальный порядок. Заправленная кровать, аккуратно разложенные на столе карта и письменные принадлежности. Из всего этого выделялся висящий на стене меч со сломанным клинком. От него исходила магия, такая же разбитая, как и сам меч.

— Ну, — Никита отодвинул для меня стул, — что ты хочешь услышать?

— Всё, — ответил я. — От начала и до сего дня.

Добрынин снял саблю с пояса и аккуратно прислонил её к стене. Затем сел рядом со мной и вздохнул.

— Хорошо, слушай. Чем всё закончилось, ты сам видишь. А вот с чего всё началось…

Глава 5

С чего все началось

Никита замолчал, собираясь с мыслями. Его взгляд уплыл вдаль, в прошлое. За этот год для него случилось столько, что хватило бы на целую жизнь, поэтому я его не торопил.

Молодой воевода провёл рукой по русой бородке и спросил:

— Может, сначала расскажешь, что с тобой приключилось? Тот рыжий парень говорил, что он тебя чуть не закопал. Что это значит?

— Враги узнали о моём возвращении и пытались убить, — ответил я. — Послали ко мне головорезов из банды некоего Зубра. Слышал о нём?