Абсолютная Власть. Трилогия (СИ) - Майерс Александр - Страница 113

– А говорили, что считаете меня умной! – усмехнулась графиня. – Дворянское ведомство уже знает про Роттера.

– Прекрасно. Тогда пусть ваши юристы заявят, что этой ночью его люди пытались вас убить, – сказал я, продолжая протягивать череп.

Эмилия забрала артефакт. Проведя пальцем по моей щеке, она направилась к своей лошади, плавно покачивая бёдрами. Все без исключения мужчины пристально следили за её походкой.

Соболев подошёл ко мне и спросил:

– Ты уверен? Эта стерва слишком опасна. Или ты правда берёшь её в плен?

– Официально я не могу, ведь у нас прекращение огня, – я осмотрел трупы лучников. – Хотя, похоже, так считают не все.

– Тогда зачем тебе Карцева?

– Потому что я хочу не просто вывести из её альянса. У меня далеко идущие планы, будущий шурин.

– Ах вот как, – Станислав поправил воротник, из‑под которого выглядывали края неизвестной татуировки. – Поделишься этими планами?

– Пока что нет. Ты поедешь с нами?

– Конечно, – Соболев накинул капюшон. – Хочу увидеться с невестой.

Я молча кивнул и сел на коня.

Мы ехали рядом с Эмилией. Она украдкой смотрела на меня, её глаза задорно блестели.

– Девять, – сказала она.

– У меня шесть.

– Значит, я победила! – рассмеялась графиня. – Мне положен приз!

– Конечно, ваше сиятельство, – улыбнулся я. – Что‑нибудь придумаю.

Пусть Эмилия порадуется этой маленькой победе.

Главную победу одержал сегодня я.

Переломную победу в войне против альянса Муратова.

Глава 13

Последствия

– Значит, здесь погиб мой отец? – спросила Эмилия.

Мы стояли на холме и смотрели на место последней битвы под поместьем Градовых. Поле заросло травой и, не считая воронок, ничего не говорило о том, что несколько месяцев назад здесь произошло отчаянное сражение.

– Да, – кивнул я.

Карцева цокнула языком.

– Какое невзрачное место для того, чтобы умереть.

– Для смерти нет хороших мест.

– А как же в своей постели, в окружении любящей родни? – графиня посмотрела на меня. – Вы бы хотели так умереть, барон?

– Неважно, как я умру. Главное, как я проживу свою жизнь и какое наследие оставлю.

– М‑м, философский подход.

– Он единственно верный.

– И какое наследие вы хотите оставить?

– Великое, – ответил я и тронул коня. – Едем, ваше сиятельство, у меня ещё есть дела.

Эмилия осталась на месте. Когда я обернулся, она сидела в седле прямо и продолжала смотреть на место битвы. Ветер развевал её чёрные волосы, а взгляд был полон тоски.

Но это продолжалось всего мгновение. Мотнув головой, графиня повернулась ко мне, и в её глазах замерцала прежняя игривость.

Впереди уже виднелись земли поместья. На площадке за казармой упражнялись новобранцы, над рядами которых возвышалась лысая голова Трояка. В стороне Моргун учил других новобранцев обращению с лучемётом.

– Надо же! Вы и правда готовитесь нанести альянсу ответный удар, – сказала Карцева.

– Я этого никогда не скрывал.

– Но я не думала, что вы возьмётесь за дело с таким рвением. И даже привлечёте такого симпатичного союзника, – она повернулась к Соболеву, который ехал со своими людьми позади нас. – Похоже, у вас и правда есть шанс победить.

– Шанс? Я одержу победу неминуемо, – произнёс я.

– Это звучало бы смешно, если бы не звучало так уверенно, – Эмилия улыбнулась.

– Уверенность в себе – один из главных факторов победы.

– Многие путают уверенность с глупостью.

– Перестаньте, ваше сиятельство. Мы оба прекрасно знаем, что вы не считаете меня глупцом. Я вам симпатичен, – я подвёл коня ближе и тихо добавил: – Возможно, вы даже влюбились в меня.

Графиня ахнула.

– Какая наглость! Будь я мужчиной, уже вызвала бы вас на дуэль.

– Повезло, что вы не мужчина. Я бы не хотел причинить вам вред.

– У вас бы не получилось, барон.

– Ещё получится, если вы останетесь в альянсе, – я посмотрел вперёд. – Но мне бы правда не хотелось. Ваш род нанёс моему немало ущерба, однако это ваш отец решил воевать. Вы не обязаны расплачиваться за его грехи.

– Какая низкая манипуляция, Владимир Александрович, – фыркнула Эмилия, задрав нос.

– Это факт. Вы не должны отвечать за преступления, что совершил ваш отец. Тем более, он сделал это под руководством графа Муратова.

– И вы правда на это пойдёте? – сощурилась Карцева. – Забудете всё то, что было между нашими родами?

– Рано или поздно мы всё равно заключим мир, если только чей‑то род не будет полностью истреблён. Смею заметить, в роду Градовых осталось три человека, а в роду Карцевых – только вы.

– Это угроза? – наигранно вспылила графиня, а затем подозрительно сощурилась: – Погодите, три человека? Вы, ваш брат… кто ещё?

– Скоро увидите, – я кивнул на поместье, к которому мы приближались.

– О, вы запомнили, что я люблю сюрпризы. Теперь мне не терпится! Поскакали! – воскликнула Эмилия и дала своей лошади шпор.

Я бросил коня вперёд и преградил ей путь. Лошадь Карцевой встала на дыбы, а графиня от неожиданности вскрикнула.

– Вы что творите? – на сей раз она разозлилась по‑настоящему. – Я чуть не выпала из седла!

– Напоминаю, вы моя пленница, Эмилия Романовна, – твёрдо ответил я. – Я не позволяю вам разъезжать по моим владениям, куда вздумается.

Карцева поджала губы, её взгляд похолодел.

– А если мне хочется? Как вы собираетесь помешать?

– Способы есть, но мне бы не хотелось до них доводить. Держите себя в рамках, ваше сиятельство, – сказал я и развернул коня.

Фыркнув, графиня поехала за мной на расстоянии, всем видом показывая, что обиделась. И даже попыталась завести разговор с Соболевым, нарочито громко став восхищаться его мастерством магии воздуха. Станислав что‑то со смешком ответил и догнал меня, оставив графиню со своими дружинниками.

Поравнявшись со мной, он подмигнул и сказал:

– По вам с графиней не скажешь, что вы военные противники. Со стороны вы скорее похожи на пару голубков.

– Я не рассматриваю женщин как военных противников. В альянс вступил её отец, а Эмилия вынуждена разгребать то, что он после себя оставил.

– Да, наверное. А ещё она мечтает убить твоего брата.

– Так ли мечтает? Скорее, это тоже долг перед покойным отцом, от которого она с радостью откажется, – ответил я.

Станислав задумчиво хмыкнул и посмотрел на Эмилию через плечо.

– А ты не боишься, что она увидит слишком много? – проговорил он. – Пускать врага в свой дом, пока идёт война – не лучшая затея.

– Как говорится, держи друзей близко, а врагов ещё ближе. Всё идёт по плану. Графиня Карцева и её дружина больше не причинят нам вреда.

Когда мы приблизились к поместью, навстречу вышел Никита. Он знал, чем должно было закончиться моё ночное рандеву с Карцевой, и поэтому ни капельки не удивился. Вытянувшись в струнку, он приложил руку к козырьку и приветствовал нас:

– Здравия желаю, господа! Станислав Николаевич, для меня честь познакомиться.

– Майор Добрынин, полагаю? – Соболев выскользнул из седла и плавно, применив немного магии, опустился на землю. – Взаимно. Позвольте пожать вам руку! Восхищаюсь вашей стойкостью – вы столько месяцев провели в осаде и не сдались.

– Благодарю, ваше сиятельство, – Никита пожал ему руку и посмотрел на Карцеву.

Своей враждебности воевода скрывать не стал. На его лицо будто бы нашла туча, голубые глаза обрели цвет стали. Если бы взгляд мог убивать, графиня бы уже умерла.

– Эмилия Романовна, – сказал Добрынин. – Не могу сказать, что рад видеть вас, тем более здесь.

Карцева смерила его взглядом и цокнула языком:

– А ты кто вообще такой?

– Извольте обращаться ко мне на «вы», сударыня, – потребовал Никита. – Я дворянин и воевода дружины Градовых.

– Ох, правда? А выглядишь, как желторотый солдатик. Что это за пушок у тебя на подбородке?