Это кто переродился? Трилогия (СИ) - Дрейк Сириус - Страница 38

Мотнув головой, амбал зарычал:

— Ну-ка иди сюда, сопляк! За дерзость…

Парень рванул изо всех сил. Их разделял сетчатый забор, и он, проигнорировав калитку, вскочил наверх, а затем сиганул вниз — и прямо на плечи амбала. На его кулаках заблестели золотые кастеты. Не успел Кувалда дернуться, как парень, усевшись на нем как на стуле, влупил ему по лицу.

— Что… — и удары посыпались градом. После десятого хука в челюсть амбал закачался. Парень соскочил с него — легко как пушинка — а вот его противник рухнул на землю как мешок с песком. Лицо у него превратилось в кашу, а зубы были выбиты в шахматном порядке.

Парень выпрямился, и стоило ему оглянуться на шпану, что обступила его кольцом, как все полсотни парней попятились.

— Ну, кто следующий⁈

— Вы что, струсили⁈ — заверещал бандит с перевязью. — Он всего один! Бей его!

Однако остальные как-то спешили бросаться в драку. Парень ухмыльнулся.

— И что вы мне сделаете? Вас-то всего четверо.

Вдруг в него полетели палки с камнями. Увернувшись, парень кинулся в драку. Толпа поглотила его, и Шептун уже было решил, что ему крышка, но нет — то и дело он выпрыгивал из этого моря людей, вбивая кастет то в одно, то в другое рыло.

А их и вправду было всего четверо — одновременно нападавших. Остальные просто мешались друг другу и тупо били своих товарищей по затылкам. Скоро под ногами у парня елозили в кровь избитые бедолаги.

Когда их накопилось с десяток, откуда-то зазвучал голос:

— Эй, Обухов! Ты не охренел бить каких-то увальней⁈ И без меня!

Шептун повернулся на голос — а к ним мчался еще один тип. Здоровый и жирный как боров, но бежал он с таким остервенением и прытью, будто первоклассный спортсмен. В зубах дымилась сигарета, в руках был деревянный меч.

— Бомбочкой! — и ударом в чью-то морду он тоже присоединился к избиению.

Конца дарки Шептун не стал ждать — и так было понятно, что бандитов ничто не спасет. Нужно было еще доложить Вергилию: Обухов успешно готовиться к Испытанию.

— Выплевывай!

Избитый бандит плюнул золотым зубом мне в ладонь.

— Еще!

Он снова плюнул. Снова золотым.

— Еще!!!

— У мефя мофше неф… — и он раскрыл свою беззубую пасть. — Прафда…

Фыркнув, я встал на ноги. Золотом от него действительно не пахло.

— Значит, завтра принесешь еще золота. А иначе снова поищем пару коронок у тебя во рту. Понял?

Он кивнул и отключился. Я же, развернувшись, оглядел ряды стонущих на земле бандитов.

— У кого еще осталось золото? Ты! Кольцо, давай сюда! А ты чего отворачиваешься? Все слышали⁈

Посиневшие лица повернулись ко мне.

— Все золото понесете в «Золотой котел», а не то! — и я хрустнул пальцами. — Будет плохо! Поняли?

Бандиты кивнули. Ну и прекрасно.

После драки меня слегка шатало, но я не жаловался. Золота удалось набрать полные карманы, да и разминка вышла неплохая. Теперь можно и вернуться к тренировке.

Артура пришлось взять с собой. В конце драки он сильно ударился головой и вернулся в свое неловкое сознание.

— И чего им было надо?.. — бурчал я на ходу. — Артур, есть идеи?

Пробежав положенные десять километров, я оставил истощенного Зайцева на лавочке, а сам бросился в реку. После трех километров схватил скакалку. Попрыгав сорок минут, с места рванул обратно.

— Пощади…. Пощади… — ныл проснувшийся Иван. — Я больше не могу…

— Терпи! Это все ради дела! Ради Башни, ради Принцессы, ради золота!

— К черту! Найди мне новое тело! Я больше не собираюсь страдать!

— Только после того, как стану аристократом. Не раньше!

Иван зарыдал, но к счастью быстро заткнулся. Я уже был у «Золотого котла». Стоило подойти ко входу, как дверь открылась и…

И меня оттолкнуло массивное пузо. Попятившись, я сжал кулаки. Что за?..

На пороге стоял какой-то здоровенный мужик с узкими как щелочки глазами. Длинные волосы стянуты в хвост. Руки перемотаны бинтами до самых локтей. В зубах дымился огрызок сигары.

— Ты чего творишь⁈ — зарычал я. — Ослеп совсем?

А тот широко улыбнувшись, лишь весело рассмеялся. Пивом от него попахивало так сильно, будто он последние сорок лет своей жизни плавал в пивной бочке.

Шлепнув себя по животу, толстяк пропел:

— А это ты Иван, которого нужно научить пунктуальности? Так-так-так…

И потряхивая своим пузом, сошел с крыльца.

— Хочешь в бар? Отдохнуть после тяжелой пробежки? Пивка холодненького попить?

— Что ты несешь? Дай пройти!

Но это огромное пузо снова встало у меня на пути. Едва заметным движением, он снова оттолкнул меня. Это было быстро.

— Зараза…

И снова этот странный тип шлепнул себя по пузу:

— Попробуй пройти, Иван. Иначе Ногай сделает из тебя котлету!

Я хотел уже использовать на нем Взгляд, как сбоку открылось окно, и к нам выглянул Борис.

— Иван, ты что, опять бездельничаешь? — покачал он головой. — Еще пять минут и придется бежать второй круг!

Ага, понятно — все проделки этого хитреца. Толстяк, похоже, очередная часть тренировки. Я улыбнулся. Этого мне было и надо.

— Нагай, — крикнул Борис, — ты же поможешь Ивану пройти в бар?

— А то, Борис! Нагай всем помогает!

Вновь шлепнув себя по животу, он рванул на меня, да так быстро, что я едва успел увернуться. Его кулак пролетел почти у самого лица. Он сверкнул как молния.

Пыль поднялась столбом. Нагай повернулся. На его лице было легкое удивление.

— Хех, признаюсь, не каждый сможет уйти от моего удара. Что ж, похвально… — и сунув руку за пазуху, Нагай вынул фляжку. — Твое здоровье, Иван.

Хлебнув какого-то пойла прямо из горла, он встрепенулся. Рыгнув, вытянул вперед кулаки. Мышцы на предплечьях надулись — а каждый бицепс размером был с мою голову. Кулаки тоже.

— Найти себе оружие, человек, — рыкнул я, вынув кастеты, — я не дерусь с безоружными.

Но Нагай покачал головой.

— Нагай презирает оружие. Он сражается так как привык — голыми руками!

И взмахнув животом, он подскочил в воздухе, легко как мячик. Когда он приземлился, то поднял гигантский столб пыли.

Во дворе «Золотого котла».

Драка разгорелась нешуточная — Нагай постепенно теснил Ивана, но тот не давался. Прохожие, спешащие на работу, домохозяйки на кухнях, пьянчужки, решившие с утра пораньше заскочить в бар — все следили за схваткой, вытаращив глаза.

— Во, толстяк дает! И не скажешь, что он в стельку пьян!

— Время же семь утра. Когда он успел? Да еще и во вторник?

— Борис, откуда ты его вытащил⁈

— Сидел в соседнем баре, пил рассол и искал, с кем бы подраться, — кивнул бармен, стоящий в дверях. — Это мой старый армейский приятель. Нагай по прозвищу Каменный мешок. Он натаскает Ивана, как сле…

Оба соперника прыгнули друг навстречу другу. Их кулаки столкнулись с громким хлопком.

— Вы видели, что произошло⁈

— Кажется, я моргнул…

— Признаюсь, Иван, — проговорил толстяк, стоя ко мне спиной. — Ты смог меня удивить…

— И ты тоже, человек, — проговорил я, сплюнув кровью. — Ты тоже.

Использовать против безоружного кастеты я посчитал бессмысленным — раз уж новый учитель дерется голыми руками, то и мы поборемся с ним без лишнего железа.

Пару раз уже казалось, что его упорство возьмет верх, но нет, новый Ваня Обухов не так прост.

Ухмыльнувшись, Нагай повернулся. У него из носа текла струйка крови.

— Но пока все еще слабо, Иван, — кивнул он, пропустив меня в бар, где столпилась куча зрителей. — Увидимся завтра в 7:00. На этом самом месте. Борис…

Бармен стоял на крыльце.

— Спасибо за нового ученика. Я сделаю из него настоящего мужчину.

И он поплелся прочь. Проводив его глазами, я покачал головой, а затем направился в бар.

Шаг за порог, и все вокруг закружилось. Удара об пол я не почувствовал. Кажется, все же не стоило тренироваться семеро суток подряд.