Это кто переродился? Трилогия (СИ) - Дрейк Сириус - Страница 20

После завивки, утюжанья, укладки и прочего на меня из зеркала посмотрел совершенно чужой человек. Мне даже стало немного не по себе.

— А ты, Иван, совсем не урод, — кивнул я, встав из кресла. — Хорошая работа.

И похлопав опешившего парикмахера по щеке, я отдал ему пару бумажек. Марьяну пришлось подождать — над ней колдовали так активно, что из-за ширмы буквально валил пар.

Я же решил пока сходить к оружейнику. Лавка со скрещенными мечами как раз была через дорогу. Там среди куч таинственно поблескивающего металла меня встретила тишина, а еще они — сабли, топоры, копья и все, что душа пожелает.

— О, клиент! — и из-за конторки вышел высокий мужчина с белыми волосами. — Как приятно видеть юношу, который еще не чужд старой-доброй схватки!

И подойдя, этот странный человек осмотрел меня с головы до пят.

— Что желаете? Рубить, колоть, шлепать, резать или рвать?

Я задумался. В прошлом мне больше нравилось рвать и жечь, но нынче, наверное, лучше будет…

— Колоть!

— Ага-а-а… — задумчиво протянул продавец и, разглядывая меня со всех сторон, обошел меня кругом. — Кого будем колоть? Портальных тварей или людей?

Тут я снова задумался. Пожалуй в Аркануме мне придется столкнуться скорее с людьми.

— Будем колоть людей.

— Блестяще! — и в его руке зашелестела мерная лента, он быстро принялся мерить меня то так, то эдак. — Предпочитаете дуэльное оружие? Потяжелее, или что-нибудь совсем легкое? Для близкого контакта, чтобы чувствовать кровь на губах, или дистанционное, дабы не запачкать сюртук?

Взяв под локоть, он подвел меня к витрине со шпагами и саблями, а их тут было под сотню.

— Есть зачарованное, и самое обычное, есть скрытой носки, двуручные и одноручные, — принялся он перечислять, хватая то одну железяку, то другую. — Имеются даже складные, но под заказ!

А тут были не только традиционные железки, а также пара довольно экзотических моделей. Например, пара железных наручей с шипами, а еще перчатки, каждый палец которых заканчивался заостренным котем.

Я улыбнулся. Мне такое нравилось. Вот были бы они золотыми…

Скоро от всего этого великолепия у меня закружилась голова. Я сделал шаг вбок, и вдруг мне на глаза попалась странная вещица над камином.

— А это что?.. — спросил я, ткнув пальцем в рамочку, в которой поблескивало нечто, напоминающее…

Чешую.

Проследив за моим взглядом, продавец хитро улыбнулся.

— О-о-о… — протянул продавец, затаив дыхание. — А вы разбираетесь в «инструментах», молодой человек! Но, увы, оно не продается…

— Откуда у тебя это? — спросил я, подойдя к рамке вплотную. Нет, ошибки быть не могло, ибо рисунок мне был СЛИШКОМ знаком.

Была лишь одна проблема…

— Мой дед когда-то принес из башни несколько Его чешуек, — сказал продавец, гордо подняв нос. — Давным-давно… В те самые темные времена… Дед хотел выправить из них броню, но его горн не справился с этим металлом. Тогда он решил ее продать, но так и не смог с ней расстаться…

Рассмотрев чешую получше, я ухмыльнулся. Ну что за брехун. Да эта чешуя сильно напоминал мою, но нет, первое впечатление было обманчиво.

— Дед обманул тебя, человек. Это подделка.

Продавец же грустно вздохнул.

— Эхх… А вас не проведешь, молодой человек! Да, увы… Оригинал украли много лет назад. Я же как мог пытался повторить его шедевр, но смог сделать только жалкую копию…

Моя рука сама схватила его за ворот. Он крякнул, но я сжал кулак только сильнее.

— Кто украл? Говори!

Вдруг звякнул колокольчик, и порог пересекла Марьяна.

— Ваня, ты тут?.. Ваня! Отпусти этого мужчину!

Я хотел было осадить нее, чтобы она не вмешивалась, но взглянув замер. После парикмахерской она была совсем другой.

Заметив мой взгляд, Марьяна порозовела.

— Ну как? — спросила девушка, тронув прическу. — Не слишком коротко?

Я улыбнулся.

— Так ты еще больше похожа на свою бабушку в молодости.

И мои пальцы сами собой разжались, выпустив удивленного продавца. Марьяна покачала головой:

— Буду считать это за комплимент…

Увы, он так и не смог рассказать ничего путного. Однажды проснувшись, продавец просто обнаружил эту рамку пустой.

— … Я так расстроился, что той же ночью сделал копию! Итак!

И как ни в чем не бывало, улыбнулся девушке.

— Что бы вы хотели, юная леди? Рубить, колоть, шлепать, резать или рвать?

— Ни то, ни другое. Нам с Иваном нужны парадные рапиры для торжественного приема.

Сверкающие глаза продавца тут же потухли. Махнув рукой, он сунул руку в свою гору железа и вытащил две новенькие шпажки.

— Она же даже не острая! — заметил я, коснувшись пальцем острия своего «инструмента».

Продавец с надеждой посмотрел на меня, но Марьяна была непоколебима:

— Тебе кого на церемонии колоть? Это чисто ради вида. С боевым оружием туда все равно не пускают. Дуэли в стенах Арканума запрещены!

Выложив деньги, мы направились на выход. У самых дверей я обернулся, и в последний раз поглядел на копию своей чешуи.

— Украдена, говоришь… — прошипел я и вышел в глубоких раздумьях.

Пообедав, мы направились в ателье через дорогу. Витрина была совсем скромной — и не скажешь, что здесь одевают для каких-то серьезных мероприятий. Называлось заведение «Золотая игла».

Так-с…

— Бабушка знает, где одеваться, — сказала Марьяна, когда мы подошли ко входу. — А еще ценит тех, кто умеет хранить секреты.

Несмотря на название, внутри все было довольно броско — конторка, а за ней развешена куча одежды. Колокольчик над дверью звякнул, и к нам выбежал лысый коротышка в костюме-тройке.

— Ах, Марьяна Васильевна, добрый день! Как вы поживаете? Как бабушка?

— Альберт, все хорошо, спасибо, — смущенно улыбнулась она. — Завтра важный день, и нам с другом нужно одеться так, чтобы не ударить в грязь лицом.

— С другом? А бабушка знает?.. — деловито приподнял он бровь, но Марьяна проигнорировала этот вопрос:

— И еще… Неплохо бы сделать так, чтобы на меня не пялились. Наказ бабушки.

Тот кивнул и улыбнулся.

— Это будет непросто, Марьяна Васильевна, но я сделаю все, что в моих силах.

— Благодарю. Ты мои мерки знаешь, а вот моего друга…

И она кивнула на меня. Подкрутив ус, коротышка осмотрел меня сверху донизу.

— Работы будет много, — заключил он, проводив нас в рабочую комнату с зеркалами, ширмами и кучей вешалок с одеждой. — Проходите.

По щелчку его пальцев отовсюду вылетели нитки, мерные ленты, пара тканей, а также десяток иголок — они и вправду были золочеными — и всей братией закружились вокруг нас.

Мне это позабавило. Как только не изощрялись во владении магией эти люди…

Через пару минут Марьяна вовсю вертелась перед зеркалом то в одном, то в другом платье. Я же страдал — на мне волшебным образом «нарастал» чересчур узкий брючный костюм. Его, стежок за стежком, сшивали прямо на мне.

— Ах, зараза! — зарычал я, когда Альберт затянул на мне какую-то шелковую удавку.

— Что такое? — прищурился коротышка. — Цвет не нравится? А как насчет черного?

— Ваня, не дергайся! — повернулась ко мне Марьяна. — Галстуки все носят.

— Их все носят⁈

Одна удавка сменяла другую, а меня только начинали мучить. На пару с Марьяной они выбирали расцветку галстука, форму запонок, ремень, туфли…

— Почему нельзя пойти в моих ботинках?

— Ты их видел? — и Марьяна кивнула на мою пару, лежащую в углу. На пятках были дырки. — Альберт, давай попробуем розовый…

Тут я не мог смолчать:

— Только попробуй, и эти иголки заштопают все отверстия в твоем теле!

Где-то глубоко-глубоко в моей голове послышалось хихиканье.

— Ага, проснулся-таки, — буркнул я себе под нос. — Выйду отсюда, поговорим…

А мои мучители принялись «пробовать» еще один вариант. Вдруг звякнул колокольчик, и со стороны входа послышалось:

— Человек! Челове-е-ек!

Извинившись, Альберт скрылся за порогом. Тут же раздались голоса: