Полукровка (СИ) - Горъ Василий - Страница 37

Ответ начальника шестого отдела белогорского управления ССО прилетел только через тридцать две минуты и основательно напряг:

— Здравствуйте, Тор Ульфович. Судя по тому, что любые попытки связаться с командующим этой группировкой и ее старшими офицерами автоматически блокировались искинами кораблей самой группировки даже в том случае, если запрос на подключение шел за личным идентификатором моего самого большого начальства, ловушка действительно готовилась при активнейшем участии самых высокопоставленных агентов влияния противника. Мы приняли ряд… не самых популярных мер и получили требуемый результат, так что адмирал Скобелев выйдет с вами на связь с минуты на минуту. А как дела у вас?

Я покосился на картинку со сканеров, ткнул в пиктограмму записи ответа и задавил вздох, рвущийся наружу:

— У меня весело: в зону перехода прибыли четыре малых разведчика, восемь тральщиков, двадцать четыре «Сеятеля» и два корабля-матки. Первые закончили сканирование и в данный момент держат периметр, вторые начинают выжигать «чужие» минные кластеры и масс-детекторы,

третьи висят в дрейфе, а четвертые выпустили все истребители и оттягиваются к области выхода из внутрисистемного прыжка. Тяжелых кораблей пока не видать, а корабль или корабли управления, как вы понимаете, могут прятаться под «шапками». В общем, все идет по их планам…

Не успел отправить это послание, как прилетело сообщение от адмирала Скобелева и изрядно разозлило — командующий группировкой был уверен в ее неудержимости, отказывался понимать, с какого перепугу он-великий должен связываться с каким-то мальчишкой-стажером ССО, и пребывал в нешуточном раздражении. Нет, срываться не срывался. Но «забыл» поздороваться, не счел нужным представляться и потребовал немедленно переслать ему всю новую информацию о кораблях, появившихся в системе с момента отправки первого донесения!

— У-у-у… — протянул Феникс, на пару со мной дослушав его монолог, и хмуро добавил: — Боюсь, что это — классический адмирал мирного времени. И мы с ним однозначно не сыграемся…

Я был того же мнения. Но понимал, что этот самовлюбленный болван летит в Смоленск не один, поэтому задвинул куда подальше желание послать Скобелева по известному маршруту или, на худой конец, устроить итальянскую забастовку и сделал то, что должно. В смысле, врубил запись сообщения, уставился в камеру, поздоровался, сообщил, что приаттачиваю к посланию самые последние данные со сканеров и «Кукушек», еще раз попросил обратить внимание на количество постановщиков помех, заявил, что остаюсь на связи, и ткнул курсором в нужную пиктограмму.

Продолжал делать то, что должно, и следующие час пятнадцать. Сразу после того, как «Сеятели» закончили вывешивать минные кластеры, отправил и Скобелеву, и Переверзеву «картинки», демонстрирующие точное расположение этих «подарков» относительно зоны перехода и предположительного вектора схода нашей группировки со струны. Через какое-то время после прибытия тяжелых кораблей ОЕ отослал вторую — с точными координатами каждого отдельно взятого борта. А через считанные секунды после исчезновения всех трех флотов и минных кластеров евров под маскировочными полями «поделился» третьей. И посоветовал адмиралу немедленно выводить корабли из гипера, ибо влипать в эту ловушку однозначно не стоит.

На последнее сообщение он не ответил. Поэтому я продублировал этот совет через Переверзева, но тоже без толку. Вот и разозлился. А Феникс выдал комментарий, усиливший эту злость как бы не в разы:

— Тор, ты чего? У Скобелева имеются абсолютно все данные о противнике, в группировке либо большее, либо равное количество кораблей, на тренировках мирного времени минные кластеры протраливались с полпинка, а тактический искин флагмана наверняка выдает волнующие прогнозы на наиболее вероятные результаты боя. Говоря иными словами, адмирал летит за славой величайшего флотоводца всех времен и народов, соответственно, проигнорирует не только твои просьбы обратить внимание на нестандартное количество постановщиков помех, но и недостаточно четко сформулированный приказ командующего ВКС!

Я скрипнул зубами, представляя последствия такого героизма, собрался наговорить еще одно сообщение Переверзеву, но был вынужден вслушаться еще в один монолог ИИ и схватился за голову. Почему? Да потому, что в открытых каналах Смоленска-три вовсю обсуждались «непонятные» маневры остатков Семнадцатого Пограничного: судя по утверждениям сотен граждан, флот уходил от орбитальных крепостей в открытый космос и перестраивался в один ордер!

— Он вообще представляет, в каком состоянии эти корабли⁈ — взвыл я, как только искин замолчал. И получил ответ, взбесивший до невозможности:

— Корабли на ходу? На ходу. Значит, обязаны в нужный момент ударить еврам в спину и ускорить Великую Победу…

…Мои попытки остановить полет к Великой Победе ни к чему не привели — корабли группировки «величайшего флотоводца всех времен и народов» сошли со струны в шестнадцать ноль три по внутрикорабельному времени моего МДРК и, конечно же, вляпались. По полной программе: уже на второй секунде после одновременного «возникновения» бортов в зоне перехода рванули ближайшие минные кластеры и разнесли в пыль семь корветов, два фрегата и корабль-матку, повредили четыре средних крейсера и оторвали корму одному ударному. Затем в работу включились постановщики помех ВКС ОЕ и активировали «обновления прошивок» искинов кораблей наших ВКС. Те самые, которые блокировали все «сопряжения» и, тем самым, не позволяли системам целеуказания использовать данные, получаемые от кораблей управления и малых разведчиков, прописанных в системах.

Евры были к этому готовы, а наши — нет. Поэтому линкоры и ударные крейсера первых навелись на тяжелые крейсера, прикрывавшие наш флагман своими корпусами, ударили главными калибрами и разнесли все три громадины вдребезги. Да, далеко не все командиры кораблей впали в ступор — два корабля-матки и шесть ударных крейсеров начали выпускать истребители практически одновременно с этим залпом, а один «Пересвет» без приказа командующего дал полную тягу на маршевые движки и рванулся к его линкору, но, в общем и целом, бардак начался знатный. В этот-то момент Феникс в рубки и «постучался». Само собой, во все сразу, благо, аппаратура позволяла. И слил офицерам связи запись заранее подготовленного обращения:

— Здесь — МДРК ССО ИР «Химера». Позывной командира — Медоед. Вишу под «шапкой» в пяти минутах хода от ЗП. Кинете закрытый канал передачи данных в СОУФ — солью точные координаты всех тяжелых бортов евров и их минных полей плюс заменю ваших Умников!

Клинических идиотов среди старших офицеров группировки не было, поэтому первые закрытые каналы передачи данных мой ИИ установил секунды через три-четыре. А на шестой одно из вспомогательных окон ТК вдруг резко увеличилось в размерах и показало взбешенного адмирала Скобелева.

Первый же вопль взбесил до невозможности:

— Кто вам дал право перетягивать на себя управление боем?!!! Немедленно отключи— …

Отключил. Его. Но запись этого требования сохранил. И даже отправил Переверзеву. А потом снова уставился на сканер и удовлетворенно хмыкнул: стараниями Феникса наши заканчивали жечь постановщики помех и достали два малых разведчика, имевших глупость болтаться в тех же точках, в которых ушли под «шапки»! Порадовал и следующий удар главными калибрами «Пересветов» и «Ослябь» — он уничтожил все пять новейших тяжелых крейсера «Сен-Жермен», зачем-то выдвинутых командующим евров «вплотную» к зоне перехода. И пусть к этому времени их группировка сожгла штук пять-шесть «Семарглов» и все «Мокоши», наши убедились в точности «моих» целеуказаний и включились в работу.