Ком 10 (СИ) - Войлошникова Ольга - Страница 41

НАШЛИ!

— Лечилка есть⁈ — крикнула она. — Уходит всё, как в песок. Боюсь, сильно потрачусь, а нам ещё выбираться.

Я обхлопал карманы:

— Две осталось.

— А у тебя? — Айко посмотрела на Белую Вьюгу и, поскольку та изображала отсутствующий вид, настырно ткнула ей в плечо кулачком: — Вера! Тебя спрашиваю!

— Оу! — возмущённо потёрла плечо та. — Откуда у меня лечилки⁈ Зачем? Я — и лечилки, пошлость какая! Чтобы меня пробить…

— Да при чём здесь ты! — яростно завопила Айко. — Ты на спасательную операцию шла! Неизвестно, в каком состоянии Катя ещё! А ты ничего не взяла⁈ Кукушка драная!

Вьюга настолько опешила, что даже не нашлась, что возразить, моргая и обалдело приоткрыв рот:

— А… Ну…

— Что «ну»? — окрысилась Айко. — Лечить хоть можешь, великая магиня⁈

— Это не по моему профилю, но… Я проходила курсы… Давно… — совсем угасла она.

— Тьфу! Илья Алексеич, давай одну лечилку, выпаивай ему, я держу. А ты, Вера, приготовься жизненной энергией его поддержать. Хоть тебе и не по профилю, а придётся.

Я влил в Джедефа лечилку, Вера что-то пыжилась, Айко на неё шипела — мол, не так, коряво и неумело помощь оказывает, расплескала половину! Но, видать, в прок всё же пошло, потому как этот египетский бегемот подскочил и принялся орать что-то и пальцем тыкать, пришлось ещё и придерживать его. Орал он в ажитации по-египетски.

— Катерина в том здании, — перевела Вера Пална. — Говорит, что там держали пленников для жертв. Как интересно… — Глаза её сузились, а в голос начала возвращаться былая уверенность: — Говорит, что там же и друид. Пойду-ка я проведаю этого любителя…

И такой стужей от этих слов повеяло…

— Я с тобой! — категорично объявила лиса. — Илья Алексеевич, вы посидите с принцем, а? Вы всё равно туда не влезете… — Маньячки, блин горелый! Хотя насчёт «не влезу», это она права. Не всегда быть большим хорошо…

Мы самые!

Ну, в сегодняшних наших кондициях, это да.

Пришлось сидеть перед входом в длинный двухэтажный домик, изображая фигуру «мишка на попе». Да ещё этого крокодила-бегемота удерживать, чтоб из последних сил внутрь не убежал. Он вообще всё геройствовать хотел, но был так слаб, что даже когда облик свой принял, толком ничего сделать со мной не смог. Не впечатлил, ага. Я просто прижал его лапами к песку и держал. Ну в самом деле, там Белая Вьга и лиса свирепствуют. Этим помогать — только мешать будет…

Тем более, что уже через десять минут из двери выскочила бледная, как немочь, Екатерина и повисла на толстой шее бегемота.

— Илья Алексеич, да пусти ты его! — Айко подбрасывала в воздух оторванную, да ещё и замороженную голову. — А, это? — Она проследила за моим взглядом: — Подарочек некроманту. Пускай допросит.

— Всё, наши дела тут закончены. Джедеф найден, Катерина с нами. — О! А это уже Вьюга командовать изволит. Вернулась уверенность-то, вон как орлицей смотрит! — Уходим к нашим войскам.

Я оглянулся. Там, где бились шагоходы, земля всё еще вздрагивала и в небо поднимались дымные столбы. Выходить надо аккуратно. И совершенно синхронно с этой мыслью на нас упало небо…

КРЫНДЕЦ

Песок взлетел вверх, и нас накрыло мелкими взрывами. Ударная волна вломилась в щиты, разрывая их в клочья. Я успел сгрести под себя синхронно пискнувших Катерину и Вьюгу. Остальные в звериных образах, осколки не пробьют наши толстые шкуры. Разве что бегемота слегка…

Эти мысли обрывками мелькали в моей голове, а рот уже наполнялся отвратительно-знакомым металлическим привкусом, который явно давал понять, что магией я пользоваться смогу не раньше, чем часов через восемь.

Тело скрутило судорогой. Из последних сил я завалился на спину, чтобы девок тушей не задавить. Пронзительно закричала Белая Вьюга. Ещё бы. Чем сильнее маг, тем сильнее и удар. Как бы она от боли не окочурилась. Или хуже того — умом бы не подвинулась. Сутки пройдут — она ж снова магичить сможет. Если мозги с глузду съедут — уж она нам намагичит!

Шевелиться я пока не мог. Даже веки как раскрылись, так глаза и таращились в небо, режет уж… В поле моего зрения неторопливо вплыли три массивных сигары дирижаблей. Ясненько, откуда нас так угостили! Не иначе, англы. Кто ещё может на международную договорённость насрать и для красоты сверху розами засыпать? Только они, суки. На брюхах, меж тем, не рассматривалось ни одного опознавательного знака. Я прям представляю, с какими наглыми мордами они будут в случае чего отбрехиваться. «Не видели, не знаем! К английской короне эти угнанные единицы техники не имеют никакого отношения!» Одним словом — твари.

И что-то тут у них этакое было, раз они после примороженной Темзы посмели так обнаглеть. И даже не толпы новых моделей шагоходов, видом своим напоминающих сильно уменьшенный «Кайдзю», мимо строя которых мы так лихо дважды проскакали на «Саранче». Тут что-то посерьёзней происходит. Какая-то каверза, благодаря которой англы себя почувствовали столь сильными, что смогли себе позволить вот так открыто наплевать на договорённости с мировыми державами, которые могут выставить за себя архимагов. Тем более, что у самой Англии тех архимагов как раз и не осталось. Стальной Ветер где-то в Российской в спец-тюрьме — может, на Соловках, а может, ещё где поглубже. А друид у Дальневосточных берегов сгинул…

И тут как щёлкнуло! Именно поэтому англы и сделали ставку не на магию, а на чистую технику, чтобы на этом поле неоспоримое превосходство приобрести! Что-то они тут затеяли исключительно техническое, да такое убойное, что недрогнувшей рукой обработали весь свой комплекс антимагией. Магические контуры, привода и линзы всякие так или иначе пострадать должны. Пусть в разной степени, но тут и пятиминутное преимущество на руку сыграет, а если уж полчаса!..

Поэтому они просто взяли и тупо засеяли антимагическим боеприпасом всё поле боя! А нам так досталось, случайно. Никто специально ни по Белой Вьюге не целился, ни по мне. С такой-то высоты поди разбери, что тут творится. Мы ещё и в развалинах каких-то обретаемся, разгляди-ка нас… Да что за звук дурацкий? Я раздражённо поморщился.

Вьюга скулит. Ей шибче всех досталось.

Ах ты ж, ядрёна колупайка! Я прислушался к остальным. Джедеф кашляет и что-то бормочет, кажется, Катьку утешает. Силён, бегемот! После такого удара уже оклемался. Айко стонет сквозь зубы. Всё же, она по магии мало Вьюге успутает. Однако, звериное свойство должно немножко спасать.

Глаза моргнули и закрылись. Ох, какое счастье! Думал, так и засохнут на корню…

Со стороны англов, с дальнего края их базы, послышался какой-то лязг и новый гул.

Так. Хватит лежать. Уходить надо. Это они пока не знают, что у них на базе Белая Вьюга орудовала. А вот если прочухают — гнать нас будут, как раненного зверя, тут к бабке не ходи. Не говоря уже о Катерине, Джедефе и нас с лисой.

Сел я со скрежетом зубовным. Кажную кость ломило. Кажную! По сравнению с этими ощущениями воспоминания об антимагическом ударе на Третьей Польской — так, цветочки. Зарычал… Нет, скорее, захрипел сквозь стиснутые зубы.

— Встаём, друзья мои. Иначе скоро сюда придут любители привязывать девочек и мальчиков к деревьям.

Эта фраза заставила Айко сесть прямее и слегка встряхнуться. Была она вся какая-то серенькая.

— Держишься? — спросил я.

— Держусь, — ответила она хриплым, не своим голосом.

— Давай на загривок. Придётся тебе, сестрица, Вьюгу придерживать. Ей, вишь, совсем худо.

— А у нас осталась одна последняя лечилка.

Точно! Катерину-то так и не напоили.

— Делим по-братски, — решил я.

— Мне не надо! — сразу запротестовала Катерина. — Мужу отдайте. Вон он посечён как…

На шкуре у Джедефа действительно было больше отметин, чем у нас с лисой. Всё же шерсть боевая — она даже без щитов немного держит.

— Надо всем! — отсёк я. — Он тебя потащит, а тебе ещё держаться надо. Да и истощение.

— Звуки ближе, — тревожно сказала Айко.

— Всё, время не теряем. По колпачку на нос. Всем нужна помощь. И уходим.